Глава 297. Неужели кто-то и вправду занимается этой ерундой
Цинь Цзян внимательно осмотрел его и заметил, что лицо молодого человека было мертвенно-бледным, а губы посинели.
— Вы уверены, что у него болит живот? — нахмурился он. — Что-то не похоже.
Мужчина средних лет почесал затылок и промолчал. Он ведь не врач, откуда ему знать, что случилось с парнем.
— Ладно, сначала приложите удостоверения, я заведу карточку, — сказал Цинь Цзян, указывая на считыватель.
Мужчина достал свое удостоверение и удостоверение молодого человека. На экране тут же появилась информация о них.
Мужчину звали Цзяо Хэ, он был местным жителем. Постоянной работы у него не было, и больше всего он любил проводить дни, тренируясь с друзьями. Молодого человека звали Ли Лун, он работал охранником в соседнем жилом комплексе. Как и у Цзяо Хэ, у него не было других увлечений, кроме тренировок после работы.
Объединяло их то, что оба состояли в ассоциации под названием «Хунъянмэнь».
Цинь Цзян специально просмотрел описание этой ассоциации, и чем больше читал, тем больше ему это не нравилось.
Ассоциация специализировалась на фитнесе и спорте, но методы у них были весьма сомнительные. Например, «Тайцзицюань нового стиля», «Кулак Обезьяны», «Кулак Собаки», «Золотой Колокол», «Железная Рубаха».
А вишенкой на торте была их секретная техника под названием «Техника Железного Паха».
Увидев это на сайте, Цинь Цзян на мгновение опешил.
— Ваша... ассоциация... она вообще серьезная?
Услышав это, Цзяо Хэ возмутился.
— Доктор, как вы можете так говорить? У нашей ассоциации сотни филиалов по всей стране, и даже за границей есть представительства! И вы смеете говорить, что мы несерьезные?
Едва он это произнес, как несколько его спутников-бойцов грозно шагнули вперед и в один голос что-то выкрикнули. Атмосфера накалилась. Кто не знал, мог подумать, что они пришли не лечиться, а разбираться.
— Ну как, доктор? — с гордостью спросил Цзяо Хэ. — Это все мои братья по оружию. Все еще смеете говорить, что мы несерьезная ассоциация?
— Серьезная она или нет, вам виднее, — спокойно ответил Цинь Цзян, смерив его взглядом. — Я врач, и моя работа — лечить болезни. Понятно?
Цзяо Хэ на мгновение замер, а потом кивнул. Он был удивлен. Впервые он столкнулся с таким откровенным пренебрежением к его организации. Словно Цинь Цзяну было совершенно неважно, кто такой Цзяо Хэ. Хочешь лечиться — соблюдай мои правила.
Хоть Цзяо Хэ и был раздосадован, но, взглянув на корчившегося от боли Ли Луна, он не решился тащить его в другую больницу. Он сделал знак, и вызывающе настроенные бойцы тут же отступили за его спину.
— Доктор, надеюсь, вы не поймите нас неправильно. У нас нет злых намерений, — попытался объясниться Цзяо Хэ. — Мы просто очень переживаем за Ли Луна и хотим знать, что с ним.
— А чего спешить? — бросил Цинь Цзян, закатив глаза. — Сейчас прощупаю ему пульс.
Он положил руку на запястье Ли Луна, но тут же, словно от удара током, отдернул ее.
— Неужели его болезнь настолько серьезна?
Никогда еще Цинь Цзян не сталкивался с таким пульсом. Все показатели говорили о крайней слабости организма, но при этом Ли Лун умудрялся стоять на ногах и, казалось, вовсе не собирался падать — просто испытывал сильную боль.
— Молодой человек, вы помните, где именно у вас болит? — спросил Цинь Цзян.
Ли Лун с трудом поднял руку и указал на живот.
Цинь Цзян приподнял его одежду, но не обнаружил ни синяков, ни повреждений.
— Странно... Ты же сказал, что болит живот, но тут все чисто.
И тут до Цинь Цзяна наконец дошло, чем на самом деле болен Ли Лун.
— Ладно, идите в процедурную, сделайте обследование, — сказал он, указывая на кабинет. — Когда закончите, я скажу, в чем дело.
Ли Лун послушно пошел за Цзоу Моли. Он понимал, что Цинь Цзян не причинит ему вреда, и полностью сотрудничал.
Через пять минут отчет о состоянии Ли Луна лежал перед Цинь Цзяном.
— Высокие показатели воспаления по всему телу. Это не простая болезнь.
Сказав это, он выдвинул ящик, надел перчатки, подошел к кушетке и обратился к Ли Луну: — Ну что ж, приступим к осмотру.
Хоть Цинь Цзян и говорил это серьезным тоном, зрителям в прямом эфире почему-то показалось, что в его голосе звучат странные нотки.
---
【Зритель 1】: Вам не кажется, что доктор Цинь как-то изменился?
【Зритель 2】: Да, как-то изменился. Раньше он был всегда серьезным, а теперь в его голосе появилась какая-то ехидца.
【Зритель 3】: Да нет же, по-моему, он просто стал более щепетильным в вопросах гигиены. Смотрите, теперь при малейшем подозрении на инфекцию он облачается в полную защиту. По-моему, это уже перебор.
【Зритель 4】: Говорите, перебор? Вы, наверное, недооцениваете, насколько опасны инфекционные заболевания и насколько злобными бывают пациенты. В прошлом месяце к нам в больницу привезли психа, мой коллега пошел его устраивать...
Цинь Цзян не знал, о чем говорят зрители. Когда Ли Лун лег на кушетку, он задернул шторку и сказал: — Раздевайся сам, мне нужно осмотреть.
Ли Лун поначалу смущался и долго мялся, не решаясь снять штаны. Но у Цинь Цзяна терпения не было.
— Ли Лун, мое терпение небезгранично, — предупредил он. — Если не хочешь лечиться, можешь прямо сейчас убираться отсюда.
Услышав это, Ли Лун больше не смел мешкать и тут же стянул с себя штаны.
Хотя шторка была задернута, и камера не могла ничего заснять, по диалогу зрители вполне могли представить себе картину.
— И это ты называешь «болит живот»? — раздался строгий голос Цинь Цзяна. — Ты сам посмотри, что это за место! У тебя там внизу все так распухло, а ты говоришь — живот!
— Я... я не думал, что все так обернется, — смущенно пробормотал Ли Лун. — Думал, потерплю — и пройдет.
— Глупости! — рассердился Цинь Цзян. — Разве можно терпеть болезнь? Что ты с собой сделал? Рассказывай.
Видя, каким серьезным стал Цинь Цзян, Ли Лун, заикаясь, признался: — Это от нашей секретной техники, «Железного Паха». Мне говорили, что все через это проходят. Кто может вытерпеть — тот талантлив, а кто не может — бездарь.
Техника Железного Паха? Неужели кто-то и вправду занимается этой ерундой?