Глава 147. Переговоры в чайном доме
— Все в порядке? — спросил Е Нань, присаживаясь рядом с Ся Сысы.
— Брат Нань, я сегодня точно не смогу, — поспешно ответила она.
Она только-только смогла встать с кровати.
— Я просто поинтересовался, как ты. О чем ты подумала? Сегодня со мной будет Сяожоу, — улыбнулся Е Нань.
Стоявшая рядом Су Сяожоу мгновенно покраснела.
— Давайте, я с вами поиграю.
Е Нань присоединился к игре.
Они играли в карты до полуночи, а затем разошлись по своим комнатам. Чжоу Цин по-прежнему стеснялась оставаться в «Императорских палатах», боясь, что ее увидят подчиненные и начнут сплетничать, поэтому ушла к себе в общежитие. Спальня Ся Сысы была на втором этаже, а Су Сяожоу пошла с Е Нанем на третий.
Не доходя до двери, она сказала:
— Брат Нань, я договорилась с Чжэнь Ни, завтра утром поеду к ней.
— Да, я знаю, — кивнул Е Нань.
— Это… ты… не будь слишком грубым, — залилась румянцем Су Сяожоу.
Если Е Нань будет мучить ее без конца, она точно не сможет встать утром, а если и встанет, то будет хромать. В конце концов, она только что стала женщиной и еще не совсем привыкла.
— Грубым? Я? — удивился Е Нань. С Су Сяожоу он был очень нежен.
— Сысы сказала, что ты как дикарь, — прошептала та.
— Ах эта Ся Сысы! Что же она не сказала, что сама просила острых ощущений! — раздраженно фыркнул Е Нань. Затем он с улыбкой посмотрел на Су Сяожоу. — Не волнуйся, сегодня я буду просто обнимать тебя во сне.
Су Сяожоу закатила глаза.
«Как же, так я тебе и поверила!»
…
С полуночи до двух часов ночи у Е Наня было время для развлечений. Затем он, обняв мягкую и нежную Су Сяожоу, удовлетворенно уснул.
Надо сказать, обнимать ее было приятнее, чем других. Конечно, это не означало, что другие были хуже — все они были первоклассными, просто в этом плане Су Сяожоу была лучше. Впрочем, и у нее были свои недостатки. Длинные, стройные ноги Ся Сысы были вне конкуренции. А у Чжоу Цин, хоть и без выдающихся особенностей, было какое-то особое внутреннее строение, которое дарило ему более сильные ощущения, чем с другими женщинами.
…
Проснувшись утром, он обнаружил, что рядом никого нет. Су Сяожоу рано встала и уехала на встречу с Чжэнь Ни.
Е Нань посмотрел на часы — половина девятого. Он набрал номер Чэнь Сяньминя.
— Брат Чэнь, уже на работе?.. Я хотел бы поговорить с вами о барах… У вас есть время? Может, встретимся?.. Хорошо, тогда я подъеду к вам в чайный дом.
Е Нань повесил трубку и начал собираться.
Вчера он, конечно, ни с кем из вышестоящих не связывался. Он просто ждал, сколько людей ему позвонит, а затем собрал их всех вечером, чтобы изложить свою идею. А смелости действовать без предварительного согласования с Чэнь Сяньминем ему придавала девяностопроцентная уверенность в успехе.
Спустившись вниз, Е Нань выпил стакан молока и, сев в «Роллс-Ройс», поехал по адресу, который прислал Чэнь Сяньминь.
В четверть десятого он был у чайного дома, расположенного неподалеку от здания городской администрации. Назвав номер комнаты, он последовал за официанткой наверх. У двери она постучала.
Щелк. Дверь открыл сам Чэнь Сяньминь.
— Пришел, Е Нань, заходи.
Он дружелюбно втянул его в комнату и спросил, какой чай тот предпочитает.
— Брат Чэнь, я в этом не разбираюсь, буду пить то же, что и вы, — ответил Е Нань.
— Хорошо.
Они сели, и Чэнь Сяньминь налил ему чашку чая Лунцзин.
— Е Нань, между нами не должно быть церемоний, говори все как есть, — сказал он.
— Хорошо.
Е Нань кивнул.
— Брат Чэнь, вы отвечаете за экономику и должны понимать, что бессрочное закрытие всех баров сильно ударит по потребительскому рынку Чжунхая.
В большом городе жизнь полна стрессов, и после работы всем хочется расслабиться. Поэтому индустрия развлечений так процветает. А бары — самая доходная ее часть. Закрыть их все — значит нанести серьезный удар по экономике города. Вокруг Чжунхая есть и другие города, и нетерпеливая молодежь вполне может начать ездить туда.
— Удар будет, но что я могу поделать с приказом Старейшины? — с горькой усмешкой ответил Чэнь Сяньминь.
Он отвечал за экономику, и если она пойдет на спад, это будет означать, что он плохо справляется со своей работой. Ему этого не хотелось. Но выбора не было. Ослушаться Старейшину он не мог и не смел.
— Брат Чэнь, а что, если сделать так…
Е Нань изложил свою идею.
— Е Нань! — серьезно сказал Чэнь Сяньминь. — Это, конечно, возможно. Но если Старейшина узнает, что мы тут за его спиной химичим, последствия будут очень серьезными.
Чэнь Сяньминь был человеком умным, иначе не достиг бы своего поста. Услышав предложение Е Наня, он сразу понял, что кто-то обратился к нему за помощью. Но это шло вразрез с волей Старейшины.
— Брат Чэнь, а что вы думаете о Старейшине как о человеке? — спросил Е Нань.
— О нем и говорить нечего. Честно говоря, я им восхищаюсь больше всех. В армии он был выдающимся солдатом, во всех соревнованиях занимал призовые места, за боевые заслуги был неоднократно награжден. А после демобилизации, словно дракон, выпущенный в море, проявил свои таланты и достиг невероятных высот. И в личных качествах, и в умении разбираться в людях он — лучший из лучших.
Чэнь Сяньминь говорил от чистого сердца. Обычно военным, перешедшим на гражданскую службу, редко удавалось достичь высоких постов из-за разницы в менталитете и обстановке. Старейшина был уникальным исключением. Этим восхищались многие, и в этом была одна из причин его высокого авторитета. Как говорится, настоящий сильный человек в любых условиях способен проявить свои таланты и добиться успеха.
— Старейшина, конечно, не хочет вредить экономике Чжунхая, но тут дело в госпоже Шэнь, — сказал Е Нань.
Это Чэнь Сяньминь, разумеется, понимал. Если дело не касалось госпожи Шэнь, Старейшина был абсолютно рационален. Но стоило ему услышать, что его племянницу обидели, как он тут же превращался в другого человека.
— Брат Чэнь, если госпожа Шэнь сама попросит, Старейшина точно смягчится, — сказал Е Нань, отпивая чай.
— Постой, ты хочешь, чтобы я пошел к Цзюньяо? — лицо Чэнь Сяньминя изменилось.
Он был правой рукой Старейшины и, конечно, часто общался с Шэнь Цзюньяо. Но сам идти к ней он не решался. Скажешь что-нибудь не то, дойдет до Старейшины, и проблем не оберешься.
— Нет, нет, — покачал головой Е Нань. — Я улажу все с Шэнь Цзюньяо, а вы — с остальным руководством. И мы быстро решим этот вопрос.
Чэнь Сяньминь посмотрел на него.
— У тебя получится?
Хоть его и не было в то утро, но накануне вечером он слышал от Е Наня об их конфликте.
— Думаю, да. Попробовать стоит. Брат Чэнь, если я со своей стороны все улажу, с вашей проблем не будет?
— Конечно, нет. Никто из руководства не хочет рушить барную индустрию, — уверенно сказал Чэнь Сяньминь. В этот раз все было из-за Старейшины, иначе меры не были бы такими жесткими. Если удастся уладить с ним, то все будет просто.
— Вот и отлично. Кстати, а что наверху решили насчет Фэн Дакуя?
— Снимут его точно. Вопрос в том, сколько всего на него накопают.
— Ясно. Думаю, лучше не втягивать в это других.
— Взятки брали?
— Брат Чэнь, вы думаете, мне не хватает денег? Просто друзья попросили.
— Ха-ха, не волнуйся, массового обвала не будет.
Сказав это, Чэнь Сяньминь добавил:
— Е Нань, а что насчет NF Capital?