Глава 131. Старейшина Сюй
— Старейшина Сюй хочет меня видеть?
Голос Е Наня слегка дрогнул.
«Черт! Эта женщина и вправду настучала!»
Когда он говорил «да будь что будет», он не то чтобы не боялся Старейшину Сюя, просто был уверен, что Шэнь Цзюньяо до такого не опустится.
Ей почти тридцать. Из-за обычной ссоры просить вмешательства старика, которому за семьдесят — это так по-детски.
Но, как ни странно, Шэнь Цзюньяо оказалась именно такой.
— Мне только что звонил дед, сказал, чтобы я привез тебя сегодня вечером домой на ужин, — сообщил Сюй Чэнцзе.
— На ужин? — удивился Е Нань. Но удивление быстро сменилось тревогой. — Брат Сюй, а можно не ехать?
Это же сам Старейшина Сюй, одна из легендарных фигур.
Да что там его скромные накопления — даже самый богатый человек страны не осмелился бы дерзить в его присутствии.
Тем более, Старейшина Сюй сделал так много добрых дел для простого народа, у него была безупречная репутация, и его глубоко уважали.
Е Нань тоже испытывал к нему почтение.
Именно поэтому встреча с ним пугала его еще больше.
Скажем так: если он приедет, и старик влепит ему пару пощечин, ему останется только терпеть.
Что, скандал устраивать?
Человек всю жизнь посвятил стране и народу. Из-за какой-то мелочной любовной интрижки устраивать с ним разборки — он и сам бы себя счел мелочным.
Но если не скандалить, придется терпеть.
А он не мазохист. Зная, что его, скорее всего, ждет взбучка, он, разумеется, ехать не хотел.
— А как ты думаешь? — вопросом на вопрос ответил Сюй Чэнцзе.
— Дай мне собраться, — уныло произнес Е Нань.
Не поехать было нельзя.
В этой стране, если Старейшина Сюй хотел кого-то видеть, еще никто не осмеливался отказаться. Даже зная, что ничего хорошего тебя там не ждет, приходилось, стиснув зубы, идти.
— Я же говорил тебе, не горячись. Но теперь уже поздно. Эх, постараюсь тебя прикрыть, — вздохнул Сюй Чэнцзе.
Старик хоть и был строг, но характер у него был неплохой.
Но стоило делу коснуться его племянницы, как он тут же менялся.
Вызвать Е Наня к себе домой для личной взбучки — это еще цветочки. Он вполне мог бы отправить и самого Сюй Чэнцзе разбираться с ним.
— Давай, я вешаю трубку. Заезжай за мной.
Е Нань бросил телефон и поспешил в душ — нужно было сбить запах алкоголя.
Через полчаса он уже садился в «Мерседес» Сюй Чэнцзе.
— Сначала в супермаркет.
Хоть он и ехал на порку, а то и на мордобой, подарки купить все равно стоило. Может, хоть на пару ударов меньше достанется. Е Нань пытался себя успокоить.
— Не бери ничего дорогого. Чая и фруктов будет достаточно, — посоветовал Сюй Чэнцзе.
— Угу.
Е Нань, конечно, понимал, что в такой ситуации главное — проявить внимание, а не хвастаться дорогими подарками.
…
В семь тридцать вечера Сюй Чэнцзе и Е Нань приехали в старый жилой комплекс на окраине Чжунхая.
«Старый» не означало «обветшалый». Наоборот, внутри все было очень чисто, а современная инфраструктура не уступала новостройкам.
О возрасте комплекса напоминали лишь дата постройки, могучие вековые деревья и старинная кладка из серого кирпича и зеленой черепицы в стиле прошлого века.
Вместо высоток здесь стояли многочисленные одноэтажные дома, двухэтажные встречались редко, а трехэтажных не было вовсе.
— Здесь живут в основном отставные чиновники. Эти старики любят ностальгировать, поэтому комплекс постоянно модернизируют, но не сносят для перестройки, — объяснил Сюй Чэнцзе.
— Ты каждый день сюда возвращаешься?
— У меня есть квартира в центре, сюда заезжаю изредка, проведать стариков.
Машина попетляла по улочкам и остановилась перед аккуратным, ухоженным двориком.
Глядя на полуоткрытую калитку, Е Нань сделал глубокий вдох и вышел из машины.
Сюй Чэнцзе достал из багажника подарки, вручил их Е Наню и похлопал по плечу.
— Дед тебя до смерти не забьет.
Е Нань потерял дар речи.
— Лучше бы ты молчал.
Не забьет, так покалечит — тоже невесело.
— Ну, пошли! — поторопил Сюй Чэнцзе, видя, что Е Нань застыл на месте.
— Думаю, как объясняться буду, — ответил тот.
— Просто признай ошибку!
— А я в чем-то виноват?
— В моем доме Цзюньяо — это истина в последней инстанции.
— Мне искренне вас жаль. Жить под гнетом сумасшедшей.
— Тише ты.
— Что «тише»?
В этот момент из двора вышла опрятно и просто одетая пожилая женщина.
Она с улыбкой посмотрела на Сюй Чэнцзе.
— Третий, вы чего тут стоите? Заходите.
— Мам, — поздоровался Сюй Чэнцзе.
Женщина кивнула и перевела взгляд на Е Наня.
— Ты, должно быть, Е Нань? — с улыбкой спросила она.
— Д-да, здравствуйте, тетушка, — неловко улыбнулся в ответ Е Нань.
Пожилая дама — хозяйка дома — оглядела его с ног до головы и добродушно сказала:
— Какой видный молодой человек, выдающаяся внешность и таланты. Проходите скорее, ужин уже на столе, только вас и ждем!
Е Нань и Сюй Чэнцзе переглянулись.
Что-то здесь не так.
Почему такое хорошее отношение?
Даже Е Нань, не знавший хозяйку, почувствовал неладное, не говоря уже о Сюй Чэнцзе.
Все знали, что старейшина души не чаял в племяннице, но и его жена от него не отставала. У нее не было дочери, и она воспитывала Шэнь Цзюньяо как родную.
Е Нань довел ее «дочь» до того, что та разнесла свой кабинет. По логике вещей, хозяйка дома должна была встретить его в ярости.
Откуда такая любезность?
— Старина Сюй, гости пришли.
Хозяйка дома, с неизменной улыбкой на лице, пошла вперед. За ней, полные тревоги и недоумения, последовали Сюй Чэнцзе и Е Нань. Они пересекли чистый дворик и вошли в центральную комнату.
Первое, что увидел Е Нань, войдя, — старика, сидевшего на диване.
Волосы его были седыми, на лице проступили старческие пятна, но он был бодр и полон сил. Особенно выделялись его ясные, пронзительные глаза — сразу видно, человек непростой.
— Пап.
Сюй Чэнцзе первым поздоровался с дедом, а затем повернулся к другому мужчине на диване.
— Брат Чэнь, и вы здесь.
Увидев их, тот поднялся с дивана и подошел. Он кивнул Сюй Чэнцзе, а затем, подойдя к Е Наню, горячо пожал ему руку.
— Здравствуй, Е Нань.
Е Нань был в полном замешательстве и лишь растерянно кивнул в ответ.
— Меня зовут Чэнь Сяньминь, — представился мужчина.
«Чэнь Сяньминь, где-то я уже слышал…» — задумался Е Нань.
Стоявший рядом Сюй Чэнцзе развеял его сомнения.
— Брат Чэнь — это наш городской руководитель, отвечающий за экономику.
В то же время он и сам недоумевал, почему брат Чэнь так тепло относится к Е Наню.
— А, так это мэр Чэнь, здравствуйте.
Е Нань вспомнил, кто такой этот «брат Чэнь». Хоть и вице-мэр, но молодой и перспективный, с большими возможностями для карьерного роста.
Затем он посмотрел на Старейшину Сюя.
Е Нань заметил, что старик хоть и не улыбался, но и гнева на его лице не было. Он просто сидел и изучал его.
— Здравствуйте, господин Старейшина.
Что бы тот ни задумал, Е Нань не мог позволить себе невежливость. Он отставил подарки в сторону и сказал:
— Не знал, что вы любите, поэтому купил немного чая и фруктов.
Старейшина кивнул.
— Спасибо за внимание.
Затем он поднялся.
— Пойдемте ужинать.
Старейшина Сюй с женой пошли первыми, Е Нань и остальные последовали за ними в соседнюю комнату.
Комната была небольшой, кроме маленького шкафчика, в ней стоял лишь круглый обеденный стол.
Только после того, как пожилая пара села, остальные трое осмелились занять свои места.
Почувствовав, как Е Нань пнул его под столом, Сюй Чэнцзе спросил:
— Пап, а Цзюньяо нет?
— Яо-яо? — при упоминании Шэнь Цзюньяо на лице старика появилась улыбка. — Она мне звонила. А что такое, вы оба какие-то не такие.
Старейшина Сюй был человеком опытным. За свою жизнь он повидал многое и научился читать людей как открытую книгу. С того самого момента, как Е Нань и Сюй Чэнцзе вошли в дом, он заметил их неестественное поведение. А при упоминании звонка они и вовсе напряглись. Старейшина был на сто процентов уверен, что между ними и его племянницей что-то произошло.
— Н-ничего, — поспешно отрицал Сюй Чэнцзе.
— Хмф.
От холодного фырканья старика Сюй Чэнцзе вздрогнул и тут же выпалил:
— Пап, Е Нань немного повздорил с Цзюньяо.
Лицо Е Наня было непередаваемо. «Ну ты и тряпка!»
И это тот самый Третий брат Сюй, которого уважают во всех кругах?
Впрочем, его можно было понять.
В свое время, когда Старейшина Сюй «повелевал ветрами и облаками», он был куда влиятельнее нынешнего Сюй Чэнцзе.
На людях все оказывали Сюй Чэнцзе уважение.
Но здесь, перед дедом, об уважении и речи не шло. Можно сказать, что весь его авторитет во внешнем мире был заслугой старика.
— Повздорил? — Старейшина Сюй спокойно улыбнулся. — Молодые люди ссорятся, что в этом такого?
— Нормально? — Сюй Чэнцзе окончательно запутался. Он осторожно спросил: — Тогда зачем вы нас позвали?