Глава 769 - Мимолётный приют гордыни
Су Румэй сгорала от раскаяния и лихорадочной досады, мечтательно представляя, как сгоняет Бай Синьхэ с её места.
Увидев, что в толпе началось движение и Лин Чуань поднялся, собиравшись уходить, она окончательно потеряла стыд и ринулась вперед. Расталкивая всех на своем пути, словно бабка в очереди за дешевыми яйцами, она растрепала прическу, помяла платье и смазала макияж. Но когда ей наконец удалось вырваться на передний край, кортеж роскошных авто Лин Чуаня уже взревел моторами и умчался прочь.
Су Румэй в бессилии топотнула ногой. На душе у неё было паршиво.
На предыдущей вечеринке и сегодня на показe она успела обзавестись контактами нескольких состоятельных мужчин. Раньше она, возможно, присмотрелась бы к ним, но теперь они казались ей полным ничтожеством на фоне Лин Чуаня.
В этот момент на телефон пришло сообщение от одного из новых знакомых:
«Привет! По сегодняшнему разговору показалось, что ты отлично разбираешься в стиле. Я тут на днях приглашен на один важный клубный прием, надо подобрать пару луков. Не подскажешь пару вариантов? Может, прогуляемся по магазинам вместе?»
Парень был из сегодняшних гостей показа. В ходе ненавязчивой беседы Су Румэй выяснила, что у его семьи состояние переваливает за миллиард. Раньше она была бы на седьмом небе от счастья, но теперь её планка взлетела до небес.
Впрочем, раз уж Лин Чуань её игнорирует, нужно было оставить себе хоть какую-то замену. Вдруг этот парень окажется перспективнее, чем кажется?
Су Румэй надиктовала кокетливое аудио:
— С удовольствием! Я как раз хотела присмотреть себе новое платьице!
***
Лин Чуань не стал возвращаться в усадьбу Ваньлю Шуюань — эту резиденцию он фактически отдал Чжуан Линъи. Вместо этого он увез Бай Синьхэ в другую свою виллу поблизости.
Несмотря на отсутствие опыта в прошлых отношениях, Бай Синьхэ не строила из себя недотрогу и с радостью осталась на ночь.
После бурной, страстной ночи измотанная девушка уснула, уткнувшись носом в грудь Лин Чуаня. А тот взял телефон, чтобы полистать ленту перед сном.
Разослав дежурные «доброй ночи» десятку поклонниц, он наткнулся на сообщение от юной поп-дивы Янь Чживэй:
«Слышала, ты ушел на свидание с победительницей конкурса красоты из Цилу? Не нужны советы? Я ведь девушка, отлично знаю, от чего мы таем~»
Янь Чживэй твердо вознамерилась стать для Лин Чуаня близкой душой и, похоже, изо всех сил старалась отыгрывать роль идеальной поверенной в его делах. Она уже несколько раз звала его на встречи, чтобы проявить гостеприимство, но после той ночи в её вилле у Лин Чуаня банально не было времени. Имея такой цветник, тратить вечер на «дружеские беседы» казалось глупостью.
Лин Чуань набрал в ответ:
«Спасибо, уже не нужно. Задача выполнена».
Янь Чживэй: «...»
На вилле в Западных горах Янь Чживэй ошеломленно уставилась в экран.
Она мило наморщила носик и пробормотала себе под нос:
— За один день?.. Вот уж не знаю: то ли у него такое бешеное обаяние, то ли эта королева красоты совсем без комплексов... Он в Пекине-то всего ничего, а уже упаковал Чжуан Линъи, Не Минцэ, теперь вот Бай Синьхэ за день уложил... У него хоть сил-то хватает на всех? Да у него этих баб столько, что я со своей репликой «близкой подруги» выгляжу абсолютно лишней...
Девушка обняла подушку и погрузилась в задумчивость. Они ведь договорились быть просто друзьями... Но отчего же на душе так скребут кошки?
***
Два дня спустя. Элитный район у озера Яньциху. Вилла на склоне горы.
Здесь проходил закрытый светский салон одного из престижных клубов.
Су Румэй в шикарном синем платье, держа под руку молодого щеголя, гордо вошла в зал. Её яркая красота мгновенно привлекла десятки взглядов. Су Румэй купалась в этом внимании, а видя вокруг солидных боссов, и вовсе возомнила себя королевой, полностью забыв о досаде из-за Лин Чуаня.
На её шее сияло колье за пару сотен тысяч юаней. Пусть не сравнить с гарнитуром Бай Синьхэ, но тоже весьма дорогое украшение. К тому же её спутник, Гу И, был со вкусом одет, вежлив и обходителен. До Лин Чуаня ему далеко, но на безрыбье — вполне сойдет.
Вдруг Су Румэй заметила взлохмаченного мужчину средних лет с длинными волосами и радостно ахнула:
— Вау, это же сам режиссер Цзи?!
Гу И снисходительно улыбнулся:
— Представить тебя?
У Су Румэй вспыхнули глаза:
— А можно?!
В свое время она мечтала о карьере актрисы и даже промышляла эскортом в околокинематографических кругах. Благодаря яркой внешности её замечали, но из-за отвратительной актерской игры мечты о кино быстро рассеялись. Теперь же возможность познакомиться с культовым режиссером заставляла её сердце трепетать. Выбить роль — мечта, но даже просто похвастаться знакомством с ним перед подругами — уже огромный плюс к статусу.
Гу И подвел Су Румэй к режиссеру. Тот держался надменно, но с Гу И говорил подчеркнуто вежливо — статус семьи парня внушал ему уважение.
Су Румэй обменялась с режиссером Цзи парой фраз, все больше воспаряя от собственного величия.
И тут у ворот виллы поднялся шум.
К парадному входу подкатила вереница представительских лимузинов. Стекло центрального Rolls-Royce опустилось, явив взорам Лин Чуаня и невероятно миловидную девушку.
Су Румэй обомлела. Она никак не ожидала встретить здесь Лин Чуаня, а тем более — увидеть рядом с ним уже совсем другую красотку!
Девушку она узнала сразу — Се Синяо. Набирающая популярность актриса коротких дорам, ставшая известной благодаря ангельской внешности и вполне приличной игре. Сваха Тяньтянь вроде бы упоминала её — видать, очередная ее подопечная.
На душе у Су Румэй мгновенно потеплело.
Раньше она так завидовала Бай Синьхэ, а оказалось, та — всего лишь одна из многих! Эту Се Синяо ждет та же участь — делить его с остальными.
А вот она, Су Румэй — единственная женщина Гу И!
К тому же, раз они вращаются в одном клубе, значит, пропасть между их статусами не так уж и велика! Гу И, вероятно, куда богаче, чем хочет казаться, просто соблюдает скромность.
Она не успела додумать эту утешительную мысль, как увидела, как сразу несколько крупнейших бизнесменов слетелись к машине Лин Чуаня и низко поклонились:
— Господин Лин!
Следом за ними к авто практически подбежал сам режиссер Цзи. Его тучное тело демонстрировало невероятную прыть.
Он замер у дверцы Rolls-Royce с невероятно подобострастной, угоднической улыбкой.
Если с Гу И режиссер держался сухо и вежливо, то перед Лин Чуанем буквально пресмыкался! От былой спеси не осталось и следа.
Лин Чуань даже не стал выходить из машины. Он бросил пару фраз режиссер Цзи, видимо, упомянув Се Синяо. Режиссер тут же отвесил девушке глубокий поклон.
Затем Лин Чуань прибавил что-то еще, и лицо режиссера озарилось диким восторгом, брови взлетели вверх, и он принялся кланяться без остановки.
Лин Чуань небрежно махнул рукой, и кортеж поехал дальше, поднимаясь выше к вершине горы.
Су Румэй наблюдала за этим с открытым ртом:
— Что происходит?.. Почему все перед ним так лебезят, они же члены одного клуба? И разве он не останется на салон?
Гу И, глядя в сторону вершины, тихо ответил:
— Господин Лин направляется на салон Клуба «Чанъань», а не нашего Клуба «Чанлэ».
Су Румэй нахмурилась:
— А в чем разница?
Стоявший рядом бизнесмен со смешком пояснил:
— Говоря прямым языком: мы здесь просто примазавшиеся. Клуб «Чанъань» — это недосягаемая вершина, куда мечтают попасть тысячи, но у нас кишка тонка. Вот мы и организовали Клуб «Чанлэ». Они проводят встречу на вершине горы, а мы — на склоне. Чтобы, если им что-то понадобится, мы были под рукой и оказали услугу. Урвать хоть кроху с их стола — и ты уже взлетел на вершину.
Су Румэй остолбенела.
«Примазавшиеся?! Оказывают услуги?! И вы говорите об этом с такой гордостью?!»
Получается... Гу И — лишь обслуга для членов Клуба «Чанъань»?!
А сама она, находясь рядом с Гу И, стои́т на ступень ниже не то что Лин Чуаня, а даже этих Бай Синьхэ и Се Синяо?! Да они для этих девиц — просто официанты!
Её хрупкое утешение рассыпалось в прах. В душе снова закипела жгучая обида. Чем она хуже Бай Синьхэ или этой Се Синяо?!