Глава 545 - Съезд Столицы Дизайна Поднебесной
Лин Чуань неторопливо крутил педали велосипеда, с ленивым удовольствием выезжая за ворота Южно-Китайского технологического университета.
Городок университетов Янчэна расположился на острове, куда чужим машинам въезд был заказан. Дороги здесь — само совершенство простоты и ясности: три кольца — внутреннее, среднее и внешнее.
Кататься тут на велосипеде — истинное наслаждение.
Два-три километра — и вот он, особняк в жилом комплексе «Дасюэ Сяочжу».
Если в университете Лин Чуань старался раствориться в массе студентов, ведя себя максимально неприметно, то его вилла — это уже торжество непомерной роскоши.
Особняк невелик, но прислуги в нём — четверо. Автопарк с роскошными машинами, телохранители, секретари — всё всегда наготове.
Едва Лин Чуань переступил порог, как его окружили поистине императорской заботой: переобули, подали влажное полотенце для лица, прохладительные напитки...
Он опустился в кресло и бросил взгляд на Юй Вэй. Та, поняв без слов, тотчас подала ему лист с расписанием.
Лин Чуань устроился в Южно-Китайском технологическом университете обменным студентом с одной главной целью — поднять уровень симпатии, и с целью второстепенной — очистить душу, насладиться студенческой жизнью. Сидеть же в аудиториях дни напролёт, притворяясь обычным студентом, — удел не для него.
Симпатия Сяо Южо была выкачана до предела, Чжуан Линъи вечно отсутствовала в кампусе, а единственная оставшаяся красавица с факультета дизайна Художественного института, Сье Юньи, судя по фотографиям, тянула лишь на восемь с половиной баллов из десяти — ради неё не стоило и пальцем шевелить.
Пора было менять дислокацию и делать следующий шаг.
Впрочем, в университет он мог наведываться и время от времени — чтобы смыть с себя пыль мирской суеты.
Лин Чуань пробежал глазами план действий.
Расписание у него — не чета людскому: простые смертные обязаны ему следовать, а Лин Чуань волен выбирать что угодно, ведь всеми своими предприятиями он заправляет, не отходя от дел, виртуально.
Несколько пунктов в плане его заинтересовали.
К примеру, деловые переговоры о сотрудничестве в сфере косметики, на которые звала Су Да. Или конкурс стюардесс, куда приглашала авиакомпания. Или приглашение от актрисы и звезды Лин Чжися. Или конкурс красоты, организованный модельным агентством. Или Съезд Столицы Дизайна Поднебесной, о котором упоминала Е Мэйшэн...
Лин Чуань открыл мессенджер и лишь сейчас увидел сообщение, отправленное Е Мэйшэн прошлой ночью: «Младший брат, я должна приехать в Янчэн на Съезд Столицы Дизайна Поднебесной от имени компании. Ты свободен? Как приеду, загляну к тебе».
Но кроме Е Мэйшэн, там скопилась целая гора непрочитанных сообщений.
Чэнь Синьюй (первая леди «Нового Света Медиа»): «Господин, холдинг "Цзючжоу" перебрался в Янчэн. Вы, верно, задержитесь здесь надолго. Может, мне приехать и позаботиться о вашем быте? Мне, в конце концов, всё равно, откуда вести трансляции».
Су Цинья (красавица с фортепианного отделения, на год старше): «Я в столичной консерватории, дни летят насыщенно, но я так давно тебя не видела, ужасно скучаю. Песню Су Цяньюй "Небесная соната" я переслушала раз сто — до чего же хороша. Хочу и я сочинить нечто столь же прекрасное, чтобы ты мог мной гордиться».
Янь Сюэци (модель ростом метр восемьдесят из «Синъяо Шишан») прислала несколько фотографий: «Господин, взгляните, как я подправила осанку. Не хотите ли оценить лично, потрогать руками, проверить результат?»
Наньгун Чжуин (наследница антикварного дома, связанного с эвакуацией реликвий на юг): «У-у-у, вы позвали Чжиюань в Янчэн, а меня — нет. Я обиделась. Мне нужно ваше утешение, господин».
Цзян Цзиньюэ (дочь добряка-отца, владельца фабрики шпаклёвки): «Бабушка опять приготовила тушёного ягнёнка по своему рецепту. Я отправлю тебе посылку. Я так давно тебя не видела, скучаю».
Юнь Ли (богатая наследница, что пыталась охмурить Лин Чуаня и завладеть им единолично): «Господин Лин, вечно вы заняты. Не напишу вам сама — так вы и не вспомните обо мне, да? Хм».
Чу Сюань (студентка классического танца, едва не пострадавшая от произвола второго человека в прибрежном городе): «Господин, я уже прибыла в Восточную исполнительскую корпорацию. Здесь педагоги строгие, занятия изнурительные, но и прогресс стремительный. Когда чему-нибудь научусь — станцую для вас».
Фан Юйроу (разорившаяся наследница, у которой едва не отняли фамильную кондитерскую фабрику): «Господин Лин, я наконец-то могу собственноручно готовить наши фамильные императорские цукаты! Взгляните, выглядят неплохо? Не желаете ли попробовать?»
Разумеется, и те, с кем он в последнее время не расставался, — Шэнь Чжиюй, Сун Чжиюань, Су Цяньюй, Лин Уса, Нань Нинсян — писали не реже раза в день.
Сун Чжиюань вернулась в «Цзючжоу Вэньвань», Лин Уса — в Цзянхайский университет. Нань Нинсян, как и подобает стримерше, осталась в Янчэне — ей всё равно, откуда вещать. Шэнь Чжиюй перевелась в Университет Шуанъяшань, и теперь, когда Лин Чуань обретался в том же университетском городке, она и подавно никуда не собиралась уезжать. Су Цяньюй осталась в Янчэне учиться игре на фортепиано, поселившись в жилом комплексе «Хунчэн Хуаюань» на острове Эршадао, — той самой Орхидее Мудрого Сердца требовался её близкий уход...
Ну и, разумеется, от его любовниц — Инь Мэнлань, Сюй Цзиньи, Вэнь Вань, Лин Гуаньу, Ван Юйяо — тоже накопилось несметное число непрочитанных сообщений.
Лин Чуань отвечал всем, сообразуясь с их статусом: чем важнее для него человек, тем длиннее и серьёзнее ответ. Любовницам же доставалось два-три слова, а то и вовсе один смайлик.
Напоследок он написал Е Мэйшэн: «Старшая сестра, когда ты будешь в Янчэне? Встречу тебя, составлю компанию на Съезде Столицы Дизайна Поднебесной».
Цель — поднять симпатию, ну а заодно и побыть с Е Мэйшэн. Но язык Поднебесной — кладезь премудростей: одно слово «составлю компанию» — и смысл уже совсем иной.
Е Мэйшэн ответила голосовым сообщением, голос её — нежный, медовый: «Я собиралась ехать завтра, но раз ты свободен, выезжаю прямо сейчас. Не утруждай себя, не нужно меня встречать — пусть шофёр меня заберёт».
К вечеру Е Мэйшэн добралась до Янчэна. Шофёр уже поджидал её и тотчас доставил в университетский городок.
День выдался знойный, и Лин Чуань как раз плавал в бассейне.
Завидев его, Е Мэйшэн расплылась в сладчайшей улыбке.
Не то что раньше, когда она улыбалась с умыслом, желая привлечь его внимание, — теперь улыбка шла от самой души.
На ней было мятно-зелёное платье на тонких бретельках; атласная ткань струилась по телу, обнажая изящные ключицы, гладкие, словно шёлк, плечи и ослепительную белизну декольте...
Ничего чересчур откровенного, но от одного взгляда перехватывало дыхание.
Изначальная внешность Е Мэйшэн тянула баллов на восемь с хвостиком — и то была уже смертоносная красота. Но после Плода Тёмной Инь её привлекательность пробила отметку в девять, а в сочетании с этой аурой — просто бедствие для всей страны и гибель для народа.
Е Мэйшэн, увидев полуобнажённого Лин Чуаня, едва заметно облизнула губы — она мигом подметила, что его аура стала ещё более дурманящей.
Она присела на корточки и, не отрывая персиковых глаз от Лин Чуаня в бассейне, промурлыкала:
— Младший брат, а ты с каждым днём всё опаснее.
— Ты тоже, старшая сестра, — усмехнулся Лин Чуань и, схватив её за руку, под дружный визг стащил в воду.
Е Мэйшэн промокла до нитки. Тонкое платье, став полупрозрачным, облепило её тело, подчёркивая каждую плавную линию, каждый изгиб.
Она кокетливо зыркнула на Лин Чуаня, бросилась ему на грудь, обвила руками шею и впилась в него жарким поцелуем.
Вскоре обоих бросило в жар, и на сей раз Е Мэйшэн, не в силах больше терпеть, стремительно потащила его в спальню...
Два дня спустя Съезд Столицы Дизайна Поднебесной в Янчэне официально открылся.
Лин Чуань и Е Мэйшэн прибыли на место в кавалькаде роскошных автомобилей.
Выйдя из машины, Е Мэйшэн тотчас взяла его под руку — с бесконечной нежностью.
У неё от природы были персиковые глаза — даже на пса она смотрела с томной страстью. А уж при стопроцентной симпатии к Лин Чуаню, при том, что её взгляд буквально плавился от желания, а движения были полны естественной ласки, тепла и заботы, — неудивительно, что каждый мужчина в зале позеленел от зависти.
Но стоило им признать в Лин Чуане его самого — и зависть улетучивалась без следа.
Напротив, все начинали считать, что это Е Мэйшэн оказалась невероятно удачлива.
Управляющий почтительно встретил их и проводил в зал, к самым почётным местам.
Они мигом сделались центром всеобщего внимания; десятки взглядов устремились на них, и всякий, кто узнавал Лин Чуаня, почтительно здоровался.
Ещё бы — съезд Столицы Дизайна Поднебесной, и здесь было немало красавиц с внешностью выше восьми баллов.
Одно лишь появление — и вот уже подкачалась целая волна симпатии. Симпатия +15, симпатия +20, симпатия +10, симпатия +25...
Не прошло и минуты, как стало ясно: приехал он сюда не зря.
Лин Чуань скользнул взглядом по панели и, убедившись, что все эти красавицы тянут лишь на восемь с хвостиком, не стал утруждать себя изучением их характеристик.
Но одно имя заставило его замереть. Сье Юньи. Это же красавица с факультета искусств Южно-Китайского технологического университета? Она тоже здесь?
Он обвёл взглядом зал и вскоре отыскал Сье Юньи в углу.
В университете Сье Юньи — первая красавица, предмет обожания едва ли не всех парней.
Но здесь она — лишь мелкая сошка.
Для неё даже места не нашлось — пришлось стоять.
По тому, как она застыла, скованная и напряжённая, было видно, как она волнуется.
Лин Чуань поманил управляющего. Тот подошёл и почтительно склонился:
— Господин Лин, что прикажете?
Лин Чуань указал на Сье Юньи:
— Устройте для той девушки место.
Управляющий кивнул и тотчас отправился распорядиться.
Он подошёл к Сье Юньи и учтиво произнёс:
— Госпожа Сье, здравствуйте. Прошу прощения, по нашей оплошности вам не было предоставлено место. Прошу сюда.
Сье Юньи опешила и замахала руками:
— Что вы, что вы, не нужно! Мы и постоять можем.
Управляющий улыбнулся и, указав на Лин Чуаня в отдалении, пояснил:
— Это распоряжение господина Лина. Для вас приготовлены места в VIP-зоне.
Сье Юньи переглянулась с подругой и, последовав за управляющим, оказалась у мест, которые явно предназначались вовсе не для простых смертных.
Девушки, польщённые и сбитые с толку, не понимали, что происходит.
Шэнь Цин, понизив голос, взволнованно зашептала:
— Этот красавчик такой милый! И место нам устроил. Что это значит? Он к тебе подбивает клинья?
— Не болтай ерунды, — осадила её Сье Юньи. — У него вон девушка рядом, красоты неописуемой.
— И то верно, — согласилась Шэнь Цин. — До чего же хороша! И эта аура... такая изысканная, такая соблазнительная, такая обворожительная. Я, женщина, и то загляделась. Но ты, между прочим, ничуть не хуже.
Сье Юньи убрала прядь волос за ухо:
— Да куда уж мне.
Взгляд её невольно вновь скользнул к Лин Чуаню.
Его лицо, фигура, аура — а особенно то высокое положение, при котором одно его слово решает чужую судьбу, — заставляли сердце биться чаще.
Она бывала на разных приёмах, видывала успешных людей.
Но чтобы настолько молодых и настолько красивых — видела впервые.
И аура у него явно не нувориша, а истинного богатого наследника из легенд.
На этом съезде полно богачей, а они, как пчёлы, вьются вокруг него с приветствиями. Каково же тогда его положение?
Сье Юньи: симпатия +15 (15→30).
Но как жаль — рядом с ним уже есть красавица.
И тут в дверях появилась пара — мужчина и женщина.
Мужчине лет тридцать, лицо худое, немного преждевременно состарившееся, однако дорогой костюм индивидуального пошива, туфли известного бренда и престижные часы придавали ему солидности.
Женщине чуть за двадцать, внешность выше среднего, одета с иголочки, тоже с головы до ног в брендовых вещах.
Она крепко держала мужчину под руку, с горделивым видом.
Слегка задрав подбородок, она обвела взглядом зал.
И когда её взгляд упал на лицо Е Мэйшэн, женщина остолбенела.
На её лице отразилось недоверие — будто она не верила собственным глазам.
Она потянула своего мужчину вперёд.
Подойдя ближе, она всё ещё не была до конца уверена. Уставившись на Е Мэйшэн, она спросила:
— Е Мэйшэн?
Та, завидев её, на мгновение удивилась, но тут же улыбнулась — спокойно и невозмутимо:
— Цзян Юй, сколько лет, сколько зим.
Цзян Юй, не веря своим глазам, оглядела Е Мэйшэн с головы до ног, и в её взгляде мелькнула зависть:
— И правда ты! Сколько лет прошло, а ты так изменилась!
— Да вроде не сильно, — отозвалась Е Мэйшэн. — Просто приоделась.
Цзян Юй покосилась на Лин Чуаня, и зависть в ней всколыхнулась с новой силой:
— Да будет тебе скромничать! Изменилась ты так, что я тебя едва признала. В средней и старшей школе ты была гадким утёнком, а теперь — белая лебёдушка. Видать, нашла себе богатого мужика. Верно говорят: деньги человека красят.
Е Мэйшэн прекрасно расслышала язвительность в словах Цзян Юй, но и бровью не повела.
Цзян Юй — её одноклассница по средней и старшей школе, из богатой семьи. Когда-то Е Мэйшэн завидовала ей, а та, в свою очередь, не упускала случая унизить её из-за бедности.
Раньше, когда Цзян Юй смотрела на неё свысока, Е Мэйшэн, как бы ни храбрилась, в душе всё равно содрогалась.
Но нынче времена изменились. Е Мэйшэн была невозмутима, как скала.
Она осуществила свою мечту о богатой жизни, совершила прыжок через сословную пропасть. Её мужчина — сильнее любого другого.
Когда у человека есть всё, он спокоен.
Е Мэйшэн смотрела на Цзян Юй с высоты своего положения.
Единственное, чего она опасалась, — что такие, как Цзян Юй, разозлят Лин Чуаня. Она знала: всем, что у неё есть, она обязана ему, с ним у неё есть всё, а потому бессознательно ставила его превыше всего.
Она небрежно оборвала разговор и, взяв Лин Чуаня под руку, повела его к их месту.
А вот парень Цзян Юй с той самой секунды, как увидел Е Мэйшэн, не мог отвести от неё глаз. Он провожал её взглядом и теперь:
— Что-то я не припомню, чтобы ты упоминала такую одноклассницу.
Цзян Юй заметила, куда смотрит её парень, и зависть вспыхнула в ней с новой силой. Злилась она, впрочем, не на парня, а на Е Мэйшэн — та, мол, настоящая лиса-обольстительница.
Цзян Юй кипела от злости. Е Мэйшэн — нищая простушка, а через несколько лет ухитрилась охмурить богача, да ещё такого красавца, в тысячу раз симпатичнее её парня. И как ей удаётся так выглядеть? Почему она стала в разы красивее, чем в старшей школе? Неужто всё дело в заботе красавца?
Цзян Юй скривила губы:
— Семья у неё бедная, мы почти не общались. Не из нашего круга, вот я и не видела смысла о ней рассказывать. Да и с этим красавчиком они — пара из разных миров. Он с ней явно просто развлекается.
Проговорив это, Цзян Юй слегка успокоилась.
Она даже допустила мысль, что тот красавец, может, и не так богат, а то и вовсе альфонс, — иначе с чего бы ему западать на такую лису без роду и племени, как Е Мэйшэн?
Цзян Юй повела парня к их местам, но в этот самый миг увидела, как Лин Чуань и Е Мэйшэн под сопровождением управляющего усаживаются в самом первом ряду, в самом центре, на самом почётном месте. У неё перехватило дыхание.
Быть того не может. Как они могли занять это место?!