Глава 525 - Выбор Шэнь Чжиюй
В женском общежитии Университета Шуанъяшань Шэнь Чжиюй с изнывающим от тревоги сердцем следила за падающими графиками меди. Её соседки по комнате — тоже студентки финансового факультета — в один голос умоляли её зафиксировать убытки и выйти из игры: мол, пока ещё можно спасти хотя бы часть денег.
Но у Шэнь Чжиюй были свои ориентиры. Всем, что у неё было сегодня, она была обязана Лин Чуаню. И даже если придётся потерять всё до последнего гроша, она без колебаний останется на его стороне.
Вдруг зазвонил телефон. Увидев на экране имя отца, Шэнь Ичэня, она мгновенно ответила:
— Папа! Что происходит?
Голос отца в трубке звучал надломленно и глухо:
— Чжиюй... Срочно лети домой.
— Папа, что-то случилось? — взволновалась девушка.
— Прилетишь — всё объясню, — вздохнул он.
Чувствуя недоброе, Шэнь Чжиюй на пределе нервов купила ближайший билет на самолёт и помчалась в город Цзянхай.
В аэропорту её встречали отец и мать, Ван Юйсинь. На обоих лицах застыла мертвенная бледность.
Заметив, что машина поехала совсем не в сторону их дома, Шэнь Чжиюй удивлённо спросила:
— Папа, мама, куда мы едем?
Шэнь Ичэнь тяжело вздохнул:
— Твой дедушка уже стар, здоровье у него и так было неважным... Глядя на то, как акции рушатся, а дело всей его жизни испаряется на глазах, он не выдержал такого давления. Сердце прихватило. Его увезли в больницу.
У Шэнь Чжиюй ёкнуло сердце. Волны жгучей вины накрыли её с головой. Дедушка с самого детства души в ней не чаял. За исключением истории с договорным браком, он во всём потакал внучке. И вот теперь, когда дедушка стар и слаб, она не просто не проявила дочерней почтительности — из-за того, что она убедила семью поддержать Лин Чуаня через компанию «Цифу Чжуантоу», дедушка угодил на койку!
— С дедушкой всё в порядке?! — дрожащим голосом спросила она.
Ван Юйсинь сжала её холодную ладонь:
— Не переживай, доченька. Это из-за нервного срыва, самой худшей беды удалось избежать. Сейчас его состояние стабилизировалось.
Шэнь Чжиюй облегчённо перевела дух, но тяжёлый камень так и остался лежать на сердце. Чувство вины выжигало её изнутри.
Шэнь Ичэнь тем временем продолжал:
— Чжиюй... В той истории с браком с семьёй Чэнь мы были неправы, и мы искренне осознали свою ошибку. Наша семья смогла пережить удар фонда «Эш Капитал» и подняться ещё выше только благодаря твоим отношениям с господином Лином. Ты уже взрослая, у тебя есть своё мнение. Поэтому в текущей ситуации мы решили спросить твоего совета. Мы должны принять совместное решение — и какими бы ни были последствия, встретим их вместе.
Понимая по тону отца, что есть кое-что ещё, Шэнь Чжиюй решительно кивнула.
— Буквально перед твоим прилётом мне позвонил глава азиатского подразделения фонда «Один Капитал», — мрачно произнёс Шэнь Ичэнь. — Они выдвинули нам ультиматум: немедленно закрыть лонг-позиции и развернуться в шорт. Фонд «Один Капитал» гарантирует полную ликвидность и сохранность нашего капитала. В противном случае они растопчут нас вместе с Лин Чуанем.
Шэнь Чжиюй мгновенно вспыхнула:
— Папа! Мы не можем так поступить! Это же откровенный удар Лин Чуаню в спину!
Ван Юйсинь слегка похлопала дочь по руке:
— Чжиюй, успокойся. Мы с папой ещё ничего не решили.
— Но вы ведь думаете об этом?! — со слезами на глазах воскликнула девушка. — О таком выборе даже помыслить нельзя!
Шэнь Ичэнь снова вздохнул:
— Доченька, мы ни секунды не рассматривали вариант сотрудничества с фондом «Один Капитал». Эту грань мы не переступим. Но суровая правда в том, что если мы просто зафиксируем убытки и выйдем из сделки ради спасения остатков капитала — это всё равно сработает на фонд «Один Капитал» и станет подножкой для Лин Чуаня. Это тоже предательство. Но если мы продолжим стоять — семья Шэнь просто вылетит в трубу. На бумаге мы уже потеряли 2,4 миллиарда, и цифра растёт каждую минуту. Инвесторы штурмуют офис, требуя выплат, касса пуста. Мы не хотим бежать с поля боя — просто реальность слишком жестока. Американские стервятники с Уолл-стрит — это монстры, против которых у нас нет шансов. Компания «Цифу Чжуантоу» — это кости и жилы твоего дедушки, его труд за десятки лет. Видеть, как он лежит в больнице из-за краха компании... у меня сердце кровью обливается. К тому же в компании есть доли твоих дядей, они тоже положили жизнь на её развитие. Заставлять их идти ко дну вместе с нами... у меня не поднимается рука. Мы говорим это не для того, чтобы взвалить груз на твои плечи. Но этот вопрос напрямую касается Лин Чуаня. Лин Чуань спасал нас, помогал тебе... Какое бы решение мы ни приняли, мы обязаны выслушать тебя.
После истории с семьёй Чэнь отношение родителей к Шэнь Чжиюй разительно изменилось. Раньше её воспринимали лишь как послушную дочку, контролируя каждый шаг, даже в мелочах. Особенно мать держала её в ежовых рукавицах. Но теперь они поняли: дочь — самостоятельная личность. И раз дело касалось Лин Чуаня, делать шаг за её спиной было бы предательством по отношению к ней.
Слушая отца, Шэнь Чжиюй чувствовала, как взрослый разговор на равных давит на неё невидимой плитой. Дышать становилось трудно.
Будь это лишь её деньги — она без раздумий спустила бы всё ради Лин Чуаня. Но как быть с дедушкой? С родителями? С дядями? Дедушка уже попал в больницу из-за этого кошмара. Если семья Шэнь обанкротится и останется с протянутой рукой, как она будет смотреть им в глаза?
В этот миг Шэнь Чжиюй впервые подумала, что быть маленькой девочкой, за которую всё решают другие — не так уж и плохо. Оказалось, груз ответственности взрослых неимоверно тяжёл. В своей жизни она толком ни за что не отвечала — и первый же выбор оказался настолько чудовищным.
Шэнь Чжиюй замолчала, растерянная и измученная.
Родители не торопили её. Через двадцать минут машина въехала на территорию больничного комплекса.
Выходя из автомобиля, Шэнь Чжиюй тихим, но звенящим голосом произнесла:
— Папа, мама... Я обязана Лин Чуаню всем. Наша семья обязана ему своим спасением. Если я... если я всё равно захочу твёрдо стоять за Лин Чуаня... вы будете винить меня?
Её душу разрывала мучительная боль, она всё ещё не знала, как смотреть в глаза дедушке и дядям. Но в её взгляде читалась такая непреклонная решимость, что сомнений не оставалось: она может не знать, как справляться с последствиями, но твёрдо знает, что поступить правильно — значит остаться верной.
Переглянувшись, Шэнь Ичэнь и Ван Юйсинь почувствовали, что их дочь действительно повзрослела.
Ван Юйсинь мягко обняла её:
— Мы же сказали, что хотим услышать твоё мнение. Как мы можем винить тебя? Окончательное решение мы примем вместе. Сейчас поднимемся к дедушке, соберем семейный совет с дядями. И каков бы ни был итог — мы встретим его как одна семья.
Супруги пока не приняли окончательного решения, но слова дочери глубоко запали им в душу.
Они поднялись на этаж и вошли в палату Шэнь Диншаня. Увидев немощного дедушку на койке и сидящих подле него дядей, Шэнь Чжиюй сжала кулаки, сделала глубокий вдох и решительно шагнула внутрь.