Глава 417 - Слаще, чем у императора
Прежде Чжан Инцзе бесконечно находил оправдания для Сяо Юньшу, но теперь — не находил вовсе.
В конце концов, смысл того, что Лин Чуань устраивает плавательную вечеринку во второй половине дня без парней, был очевиден до неприличия.
И всё же Сяо Юньшу собралась туда идти. Этот поступок уже далеко перешагнул границы его приемлемого.
Она же в своих трансляциях даже плеч не оголяет — такая целомудренная, консервативная. И что же теперь — на плавательную вечеринку?
Чжан Инцзе отказывался принимать это. Он хотел сделать последнюю, отчаянную попытку. Подойдя, он заступил ей дорогу, открыл рот — но слова застряли в горле, будто кто-то сдавил глотку. Он не хотел останавливать её вслух — это выглядело бы жалко.
Но при одной лишь мысли о том, что его богиня Сяо Юньшу в купальнике будет плескаться рядом с Лин Чуанем, внутри всё переворачивалось. Голос его сел: — Юньшу, а ты не могла бы не ходить на эту вечеринку? Ты же всегда такая скромная в одежде. Не к лицу тебе такое.
Сяо Юньшу отвела взгляд, словно что-то пряча: — Какое сейчас время, что такого в купальнике? Ты, кажется, неправильно меня понял. Я и раньше плавала в купальнике.
— В открытом водоёме — это другое дело, — возразил Чжан Инцзе. — А тут частный бассейн, наедине. Это уже… двусмысленно.
— Ты слишком много думаешь, — отмахнулась Сяо Юньшу. — Это просто плавательная вечеринка. Там же будет куча девушек. Что в этом такого?
С этими словами она сделала шаг в сторону, намереваясь обойти его, и Чжан Инцзе запаниковал. Глаза его налились кровью: — Но Лин Чуань — мой брат! Ты идёшь плавать с ним. А обо мне ты подумала? Какие между нами отношения, в конце концов?!
Голос его прозвучал слишком громко, и остальные обернулись. По лицу Сяо Юньшу пробежала тень неловкости, она принуждённо рассмеялась: — Ой, да ты что, куда тебя занесло? Мы же столько лет знакомы, мы же хорошие друзья! Это просто плавание, не выдумывай лишнего.
В голове у Чжан Инцзе что-то оглушительно взорвалось, и в мыслях воцарилась пустота. Просто друзья? Просто хорошие друзья?
А её смешки в его сторону, то, как она спокойно отдавала ему свою сумочку, как с чистой совестью принимала подарки и его чувства, — это что тогда?
Неужели он выражал свои намерения недостаточно ясно? Как она могла не заметить? Да разве такое возможно?
Он смотрел на неё покрасневшими глазами, всё ещё надеясь, что она примет во внимание его чувства и откажется от регистрации.
Сяо Юньшу задержала на нём взгляд, на мгновение замешкалась, но в итоге всё же отвернулась и направилась записываться к Люй Сяну.
Она знала, что Чжан Инцзе — сосед Лин Чуаня по общежитию в университете, но прекрасно видела пропасть в их положении. Взять хотя бы активы Лин Чуаня — Чжан Инцзе явно только что о них услышал.
Так что эта связь по большому счёту ничего не значила. Если опираться только на знакомство с Чжан Инцзе — потолок будет совсем низким. Лишь подойдя к самому Лин Чуаню, можно было взлететь на ветку и превратиться в феникса.
Чжан Инцзе тяжело рухнул на диван, дыхание перехватило от боли. При одной мысли о Сяо Юньшу в купальнике, резвящейся с Лин Чуанем в воде, сердце пронзала острая игла.
Люй Сян скользнул по Чжан Инцзе взглядом, но заявку Сяо Юньшу не принял. Вместо этого объявил: — На плавательную вечеринку набор завершён. Остальные пусть продолжают развлекаться здесь.
По лицу Сяо Юньшу пробежало разочарование. Чжан Инцзе же выдохнул с облегчением — дыхание наконец восстановилось.
Но это лишь означало, что он не увидит самого невыносимого зрелища прямо сейчас. В душе его по-прежнему было чертовски паршиво. Не попадёт она на эту вечеринку — а что насчёт следующей? Сегодня Лин Чуань, а завтра какой-нибудь другой богатей?
Люй Сян подошёл и сел рядом: — Распоряжение господина Линя: заявку Сяо Юньшу не принимать.
Чжан Инцзе кивнул. Он, собственно, и сам догадался. Всё, что делал Лин Чуань, — делалось, чтобы открыть ему глаза.
А вовсе не для того, чтобы прямо при нём увести у него девушку. Сяо Юньшу и рядом не стояла с такими красавицами, как Нань Нинсян. Такой, как Лин Чуань, на неё и смотреть-то незачем.
Пусть ему было больно, но злости на Лин Чуаня он не держал. Напротив, в глубине души он был благодарен.
Просто никак не мог сразу принять, что его богиня, оказывается, ничем не отличается от прочих стримерш.
Люй Сян продолжил: — Не думай, что это она изменилась. Просто ты впервые увидел её настоящую. Это вполне нормально. Просто ты слишком много на неё навесил.
Чжан Инцзе задумался. А ведь верно.
Вот, например, в трансляциях Сяо Юньшу не была меркантильной. Даже когда он дарил мало подарков, она не игнорировала его.
Но когда в эфир заходил крупный донатер, её улыбка становилась заметно слаще. А с ним она говорила уже куда рассеяннее. И тогда он всегда находил оправдания — мол, человеку тоже зарабатывать надо, это нормально. Хотя в глубине души всё же считал, что его внимание важнее.
А теперь, как сказал Люй Сян, она просто маленькая стримерша, которой тоже нужно удерживать своих постоянных зрителей.
Но если разобраться, постоянные зрители никогда не сравнятся с крупными донатерами. Взять того длинноволосого парня — с ним она была явно куда нежнее.
Даже если тот донатер одновременно следил за кучей стримерш и лишь изредка заглядывал к ней.
Не будь Лин Чуаня, она наверняка ушла бы к тому парню.
А ещё бывало, что донатеры в эфире звали её в путешествия, в горячие источники — и она, улыбаясь, соглашалась.
Тогда Чжан Инцзе думал, что это всё шутки. И правда, в большинстве случаев это были просто разговоры. Но теперь он вспоминал: она же без раздумий согласилась на плавательную вечеринку при первой встрече. И с донатером могла спокойно уехать отдыхать вдвоём. В этих шутках вполне могла скрываться правда. А может, она уже и не раз бывала с тем донатером на горячих источниках наедине.
Она, конечно, не была похожа на тех дешёвых стримерш, что выставляют напоказ свою алчность. Но по сути ничем от них не отличалась. А если посмотреть под другим углом — просто умела притворяться.
Люй Сян добавил: — Вообще, если хочешь, можешь продолжать за ней приударять. Но надо понимать, что ей нужно. Ей нужна сила и перспектива, а не компания.
— И ещё запомни: большинство женщин в этом мире умеют делить с тобой радость, но не горе. Обретёшь силу — и выбор у тебя будет большой. Даже если какая-то женщина уйдёт, твоей ценности это не убавит. А будешь виться вокруг одной — ничего не получишь, только выставишь себя шутом.
— Если ищешь настоящую любовь — то я промолчу. Потому что с настоящей любовью я не сталкивался.
— Но только не вздумай принимать такую женщину, как Сяо Юньшу, за настоящую любовь. Кто играет в невинность — тот обычно проигрывает по-крупному.
В этот момент к Люй Сяну подошли несколько второстепенных стримерш — сюсюкая, стреляя глазками.
Ши Лэй и Сунь Баоруй, пользуясь тем, что они однокурсники Лин Чуаня, тоже ловили на себе заинтересованные взгляды. Но стоило завязать разговор — энтузиазм собеседниц быстро угасал, далеко не такой горячий, как к Люй Сяну. Ведь у них было лишь общее с Лин Чуанем прошлое в универе. Ни эмоционального интеллекта, ни харизмы, ни реального веса за плечами — и стоило сказать пару фраз, как сразу становилось видно, что они пустышки.
Ши Лэй и Сунь Баоруй увидели разницу. Вспомнили сегодняшние наглядные уроки Лин Чуаня — и в головах у них что-то прояснилось. Они решили: надо держаться Лин Чуаня, сначала стать сильными самим. Такой прекрасный ресурс был у них под носом, а они его не замечали — всё вокруг баб крутились. А ведь только когда сам станешь сильным, женщины начнут виться вокруг тебя.
Чжан Инцзе, глядя на эту сцену, тоже погрузился в раздумья.
В этот момент вернулась Сяо Юньшу — как ни в чём не бывало: — Ну я же говорила, это просто плавание. Правда, не думай лишнего. Хотя теперь и плавание отменяется. Хочешь поиграть во что-нибудь? Я с тобой поиграю.
Раньше от такого предложения Сяо Юньшу — сама вызвалась играть с ним! — Чжан Инцзе прыгал бы до потолка. А теперь — ноль эмоций.
Более того, при мысли о том, что она вот так запросто может плавать с любым мужиком, и глядя на её нынешнюю сладкую улыбку, — её слова казались какими-то… дешёвыми.
А тем временем в бассейне Лин Чуань и целая толпа красоток-стримерш уже переоделись в купальники.
Щебет и смех, пышные и стройные фигуры, все до единой — глаз разбегался, даже у Лин Чуаня на миг зарябило.
Но Лин Чуань сперва спустился в воду лишь с Нань Нинсян, побултыхался немного, а затем они вместе устроились на шезлонгах у бортика, потягивая сок.
На остальных красоток он лишь поглядывал, как они резвятся в воде, но плавать с ними не шёл. Ведь лишь у Тан Чуде и Чжао Ниннин уровень симпатии перевалил за восемьдесят, что гарантировало отсутствие венерических заболеваний. Остальные — неизвестно.
Хотя вероятность подхватить что-то через воду ничтожно мала, Лин Чуань решил, что лучше перебдеть.
Иной парень на его месте давно бы думал одним местом и плевать хотел на такие мелочи. Не стоит из-за крошечного шанса терять такую отличную возможность.
Но для Лин Чуаня подобные возможности — раз плюнуть. У него есть положение и средства, чтобы позволить себе такую осторожность.
Остальные стримерши, видя, что Лин Чуань не идёт с ними плавать, немного расстроились. Они плескались, то и дело бросая на него украдкой взгляды.
Раньше, когда Лин Чуань был в одежде, и так было видно, что фигура у него отличная. Но когда он разделся — стало ясно, насколько она на самом деле безупречна.
У них самих фигурки были ничего, но без изъянов не обошлось. По сравнению с Лин Чуанем — небо и земля. А если добавить его внешность и голос — ну просто демон-искуситель в мужском обличье.
У некоторых даже слюнки потекли. Они уже чувствовали: если бы плавали вместе — не Лин Чуань бы пользовался ими, а они им.
Снова прозвучал системный сигнал: «Тан Чуде: симпатия +1, Ин Сяоруй: симпатия +3, Чжао Ниннин: симпатия +1, Чу Линь: симпатия +5, Ань Сыци: симпатия +5, Ван Юйяо: симпатия +10, Лин Гуаньу: симпатия +10…»
«Симпатия Ин Сяоруй, Ван Юйяо и Лин Гуаньу превысила восемьдесят. Панель состояний обновлена. Проверьте.»
Лин Чуань бегло просмотрел: у Ин Сяоруй бывший парень один, без венерических заболеваний; у Ван Юйяо — двое бывших, без заболеваний; у Лин Гуаньу — трое бывших, без заболеваний. Дальше смотреть было лень.
Остальные показатели — незачем, лучше уж на живых людей смотреть. Стоило этим стримершам смыть макияж водой — и стало видно, кто есть кто. Самыми красивыми оказались Ван Юйяо и Лин Гуаньу.
Ван Юйяо — с весьма чистым, невинным лицом, с лёгким сходством с Лю Ифэй. Фигура стройная, ноги длинные и прямые, но вот грудь маловата.
Лин Гуаньу — с виду очень дерзкая, с харизмой. В древнем наряде — классическая красавица, а в купальнике — настоящая леди-начальница.
Впрочем, у остальных красоток тоже были свои плюсы: у кого кожа ослепительно белая, у кого грудь пышная, а у кого купальник был настолько малюсенький, что тоненькие лямочки завязывались бантиком — так и тянуло легонько потянуть за них…
Чем дольше Лин Чуань смотрел, тем сильнее разгорался огонь внизу живота. Он схватил Нань Нинсян за руку и увёл её в главную каюту яхты.
Вскоре оттуда послышались смущённые, полные стыда вскрики Нань Нинсян. К счастью, звукоизоляция была отличная — снаружи доносилось лишь едва уловимое эхо.
Прошло немало времени, прежде чем Лин Чуань вышел из каюты, обмотанный полотенцем. Уже стемнело. Остальных гостей разместили по другим комнатам.
Огонь в Лин Чуане унялся лишь наполовину, но Нань Нинсян больше не выдерживала. Тогда он вернулся в бассейн — поплавать и размяться. Бассейн к тому времени уже вычистили, воду заменили на свежую.
Он проплыл всего несколько минут, как дверь отворилась. Вошла Лин Гуаньу — в халате и шлёпанцах.
Увидев Лин Чуаня, она томно улыбнулась, скинула халат, явив сексуальный купальник. Она явно уже успела принять душ и сменить наряд.
— Господин Линь, вы тоже не спите? Я вот тоже не могу уснуть. Составлю вам компанию в плавании, — проговорила Лин Гуаньу, подходя к краю бассейна и легонько окатывая себя водой, привыкая к температуре.
Хотя на улице было уже холодно, бассейн был с подогревом — не то что летом, когда вода ледяная и сводит мышцы судорогой.
Лин Чуань подплыл к бортику, схватил её за руку и без лишних церемоний дёрнул прямо в воду. Лин Гуаньу взвизгнула и залилась смехом, принявшись окатывать его водой — началась шутливая возня.
Она плеснула и попыталась уплыть, но Лин Чуань поймал её и начал щекотать. Она заливалась смехом, извиваясь в его объятиях мягким телом, и в ответ пыталась щекотать его своими маленькими ручками.
В этот самый момент дверь снова распахнулась. Это оказалась Ван Юйяо — тоже в халате и шлёпанцах.
Ван Юйяо прикрыла дверь и с виноватым видом произнесла: — Ой, простите. Я не знала, что вы здесь заняты.
Слова были — хуже не придумаешь, откровенная маскировка. Смех Лин Гуаньу разносился на весь бассейн — услышать его у двери было невозможно только при желании.
Лин Чуань усмехнулся и поманил её рукой: — Ты как раз вовремя. Иди к нам плавать.
— А это удобно? Вдруг сестрица Гуаньу скажет, что я мешаю? — проговорила Ван Юйяо, однако скинула халат и направилась к ним. Она тоже успела помыться и переодеться. Купальник на ней был такой крошечный, что едва прикрывал самые важные места.
Лин Гуаньу, разумеется, предпочла бы завладеть Лин Чуанем в одиночку. Но она понимала: не её это право. Раз Лин Чуань уже пригласил Ван Юйяо — противиться значит вызвать его недовольство. Лучше объединиться с Ван Юйяо и вместе бороться за его расположение среди прочих женщин. Поэтому она улыбнулась: — Сестричка Юйяо, ты мне всегда нравилась. Вместе веселее, о чём ты говоришь, какая ты помеха.
— Вот и чудесно! Я тебя тоже обожаю, сестрица Гуаньу! — Ван Юйяо спустилась в воду и поплыла к Лин Чуаню и Лин Гуаньу.
Не успела она подплыть, как Лин Чуань плеснул ей в лицо водой. Лин Гуаньу, увидев это, встала на сторону Ван Юйяо — и они вдвоём принялись обстреливать Лин Чуаня.
Они гонялись друг за другом, уворачивались, смех и визги не умолкали.
А потом смех сменился тяжёлым дыханием.
Ван Юйяо: симпатия +2.
Лин Гуаньу: симпатия +2.
В караоке-зале остались только Ши Лэй, Сунь Баоруй, Чжан Инцзе и Люй Сян. Главным образом потому, что Чжан Инцзе всё ещё переживал — они помогали ему прийти в себя.
Чжан Инцзе почти пришёл в норму. После того как выпустил пар, после того как братаны его растормошили, — отпустило.
Когда они, обнявшись за плечи, пошли вместе в туалет и проходили мимо бассейна, — ещё издалека до них донеслись звуки.
У Ши Лэя, Сунь Баоруя и Чжан Инцзе тут же зачесалось в одном месте, а на лицах застыла зависть до неузнаваемости.
— Погодите… голос вроде не Нань Нинсян?
— Твою ж мать, ты по голосу различаешь?
— Не уверен, но вроде не она. Стой… тут вроде не один голос, а два.
— Вот скотина наш третьяк.
— Я сдох от зависти. Вот это жизнь — как у императора. Или даже лучше. Императору всякие рамки, правила соблюдать надо. А ему — всё можно.
Слушать дальше они не могли и поспешили прочь. Но в ту ночь никто из них так и не уснул. Каждый думал о своём. И решили: как вернутся — так же, как Люй Сян, найдут себе место при Лин Чуане. И будут пахать, чтобы стать мужчинами с реальным весом.