Глава 58. Легенда
Тань Сян отчаянно пыталась придумать, как зацепить внимание красавчика.
В душе она корила своего интернет-кавалера за то, что он приехал именно сегодня. Вот бы заявился на пару лет позже! Как бы теперь разговорить Хань Ци? Даже если отбросить тот факт, что он невероятно красив, он еще и будущий блогер-миллионник, да еще и поет как бог. Встречаться с таким парнем было бы пределом мечтаний!
— Хань Ци, а ты знаешь историю создания белой свинины по-личжуански? — спросила Тань Сян, решив использовать поедаемое им блюдо как предлог для начала беседы.
— Понятия не имею. Слышал пару раз от друзей, но особо не вникал.
Тань Сян мило улыбнулась:
— Спорим, твои друзья из Ибиня? Только местные могут часами расхваливать эту свинину. На самом деле, стоит попробовать ее один раз, и понимаешь, что блюдо-то элементарное.
— Согласен, ничего сложного, — кивнул Хань Ци.
Сварить свиной окорок, тонко нарезать и подать с соусом — он и сам бы так смог. Вернется домой — обязательно попробует приготовить.
Кстати, теперь, когда у него в кармане будет лежать миллион, возвращаться домой было совсем не страшно. Если после этого отец продолжит читать ему нотации, Хань Ци и правда может просто собрать вещи и съехать.
Миллиона юаней в его родном городишке с лихвой хватит на покупку пары квартир. Можно жить отдельно, но при этом недалеко от родителей, чаще навещать маму, а заодно появится место, где можно собираться с друзьями.
Тань Сян продолжила:
— Оно только кажется простым. Главный секрет — в мастерстве нарезки. Если отрезать слишком толсто, отварное мясо будет жестким и жирным. Только такие тончайшие слайсы имеют право называться белой свининой по-личжуански.
По легенде, это блюдо придумал один искусный воин — личный телохранитель императора. Он виртуозно владел саблей. Провинившись, он был сослан в эти края. От тоски он целыми днями пил горькую, а закусывать было нечем. Тогда соседи принесли ему свиной окорок.
Возиться с готовкой ему было лень, поэтому он просто бросил кусок в котел, сварил, а потом начал срезать с него тонкие слои своей острой саблей и есть. Нарезка была настолько мастерской, что куски получались огромными и прозрачными.
Соседи, увидев это, пришли в восторг, но есть пресное вареное мясо им показалось скучным. Тогда они сварили мясо сами, нарезали по его методу и добавили к нему местную приправу — крупную соль и перец чили. Оказалось, что это невероятно вкусно! Так этот рецепт разошелся по всей деревне.
Хань Ци рассмеялся:
— Какая-то выдумка.
Во-первых, с чего бы императорскому стражнику отбывать ссылку в какой-то глухой деревушке во внутренних провинциях? Во-вторых, кто бы ему подарил свиной окорок? В туше домашней свиньи это самая ценная и деликатесная часть, там всего-то пара килограммов наберется.
Какие крестьяне в древнем Китае были настолько богаты, чтобы отдавать такие деликатесы ссыльному соседу на закуску вместо того, чтобы съесть самим? Уж точно не каждый первый был щедрым разбойником из романа «Речные заводи».
— Согласна, звучит фальшиво, — хихикнула Тань Сян. — Таких баек пруд пруди, исторических подтверждений им нет, так, сказки для туристов.
Ее спутник, сидевший рядом, внезапно выдал:
— Я больше не хочу есть. Пойдем в кино?
Тань Сян едва не подпрыгнула. Она напрочь забыла о его существовании!
«Да проваливай ты!»
— Я не хочу в кино, давай еще посидим.
Хань Ци к этому времени тоже закончил есть. Не желая мешать парочке выяснять отношения, он встал и пошел на кассу, заодно оплатив и их счет — сумма была смешной. Для без пяти минут миллионера это были копейки, которые он даже не замечал. Богатым быть приятно!
Увидев, что он расплачивается, Тань Сян подскочила и попыталась его остановить, но официант уже пробил чек, да и роста девушке не хватило, чтобы дотянуться до терминала и перехватить оплату.
Забрав чемодан и закинув гитару за спину, Хань Ци улыбнулся:
— Спасибо за интересную историю. Видимо, мне такое блюдо пока не по зубам… Приятного аппетита. Я пойду посмотрю дом Линь Хуэйинь. Может, еще свидимся!
Тань Сян смотрела ему вслед. Вдруг, набравшись храбрости, она выбежала за дверь, махая рукой, чтобы окликнуть его по имени и попросить номер телефона или WeChat. Но вспомнив, с какой осторожностью он оглядывался в ресторане, осеклась.
Пока она мешкала, Хань Ци уже завернул за угол и скрылся из виду…
Парень за столом с облегчением выдохнул.
Сам по себе он был довольно привлекательным молодым человеком. Благодаря хорошей внешности и высокой зарплате он успел охмурить немало симпатичных девушек. Но в присутствии Хань Ци он буквально потерял дар речи.
Пусть он и не знал точных доходов блогера, но, если верить Тань Сян, у парня вот-вот будет миллион подписчиков. С такой аудиторией его доход явно исчислялся сотнями тысяч юаней в месяц.
Ни лицом, ни кошельком он до Хань Ци не дотягивал. Это было просто унизительно! Уж лучше было сидеть молча и слиться с интерьером.
Увидев, что Тань Сян вернулась к столу, он включил свое самое обаятельное выражение лица:
— Вокруг таких парней всегда вьются толпы девиц. То, что ты не попросила у него контакт, это нормально.
Скрытый смысл был ясен: «Такие, как он, меняют баб как перчатки. Даже если бы ты взяла его WeChat, затерялась бы среди сотен других дурочек. Смирись и цени того, кто рядом».
Ведь я тоже ничего!
Тань Сян пришла в бешенство от его слов. Злость придала ей сил. Схватив сумочку, она собралась бежать за Хань Ци, бросив парню через плечо:
— Не твое собачье дело!
Она вылетела из ресторана, оставив парня сидеть с отвисшей челюстью…
Я приперся в эту глухомань из самого Чэнду, шлялся по какому-то дурацкому древнему городу, даже пожрать нормально не успел — а ты просто сваливаешь?! Я столько времени убил, переписываясь с тобой, выстраивая отношения — и все псу под хвост?! Если хочешь расстаться, могла бы подождать до завтра! Черт, вот это я попал!
Забыв о пустом желудке, он рванул следом, чтобы извиниться, но Тань Сян бежала так быстро, что на улице ее и след простыл.
Хань Ци, разумеется, ничего этого не знал. Сытый и довольный, он направлялся к бывшему дому Линь Хуэйинь в Личжуане. После этого он планировал найти гостиницу на главной улице — таскаться с чемоданом было не самым удобным занятием.
«Общество по изучению китайской архитектуры».
В сороковых годах прошлого века это была известнейшая академическая организация. Основанная в тридцатых в Пекине, во время войны она была эвакуирована в Личжуан. В невероятно тяжелых условиях ученые продолжали исследовать и спасать памятники китайского зодчества, выпустив множество фундаментальных трудов.
Среди них были супруги Лян Сычэн и Линь Хуэйинь.
Хань Ци помнил о них еще со школы. Их исследования получили не только всенародное, но и международное признание. Их вклад в науку был поистине колоссальным.
Архитекторов было много. Супругов-архитекторов — значительно меньше. А чтобы оба были еще и невероятно красивыми людьми — это вообще редкость.
Хань Ци задумался: не стала ли их потрясающая внешность одной из причин такой громкой исторической славы? Красотой, конечно, сыт не будешь, но она дает массу преимуществ. В родном городе он этого не замечал, но отправившись в путешествие, понял: привлекательным людям везде зеленый свет. Даже фрукты на рынке продают дешевле… если продавщица — женщина.