Глава 17. Судьба непредсказуема
Как и подобает ветерану-велосипедисту, Ли Сяочуань сделал один звонок, и для Хань Ци быстро арендовали всё необходимое снаряжение.
Велосипед был новёхонький — предыдущий владелец выезжал на нём всего пару раз. Поскольку он долго стоял без дела, Ли Сяочуань потратил немного времени на проверку всех узлов, и лишь после этого они выдвинулись в путь. Хань Ци отказался от защитных очков и банданы, но Ли Сяочуань категорически настоял на шлеме.
— …на спусках сначала жми задний тормоз, потом передний… обязательно притормаживай на лежачих полицейских, если отвлечёшься — полетишь кубарем… ритм, следи за ритмом! Не пытайся со мной гоняться, держись сзади…
Ли Сяочуань выбивался из сил, опекая новичка.
Какое там «умею кататься»! Хань Ци просто бездумно жал на педали. И с таким подходом он собрался одолеть Юньнань-Тибетскую трассу? Честно говоря, Ли Сяочуань уже мысленно делал ставки, на какой день этот парень сдастся, совершенно не веря, что тот доедет с ним до финиша. Но, несмотря на пессимистичный настрой, он не переставал читать нотации и инструктировать Хань Ци на ходу.
Если бы не эти постоянные наставления, Хань Ци бы и не догадывался, насколько ужасны его навыки езды. Он и сам уже начал сомневаться в себе: «Неужели с таким уровнем я доберусь до Лхасы?» Прошло всего три часа, а он уже вымотался. И это при том, что сегодня им крутить педали ещё часа три, а потом ехать целый месяц!
Но поворачивать назад было не в его правилах.
За три часа они выехали далеко за пределы города. Исчезли оживлённые рынки, пропали толпы туристов, вокруг остались лишь редкие попутные машины да бесконечная, однообразная серая лента шоссе. Если горы и реки считать пейзажем, то Хань Ци пялился на него уже целый час. Если палящее солнце считать пыткой, то он страдал уже три часа.
«И после всех этих мучений я просто развернусь и уеду? Ни за что! Где тогда моя гордость?»
Если бы ему сейчас было двадцать пять, и он успел бы поработать в офисе, познав суровую реальность, то, осознав всю тяжесть велопохода, он наверняка плюнул бы на эту бредовую затею и сел в автобус до Лицзяна.
Но ему был всего двадцать один год, даже чуть меньше. Юношеский максимализм был тем двигателем, который гнал его вперёд. К тому же, он ещё не достиг предела своих возможностей — просто немного устал.
«Я, чёрт возьми, доеду до этой Лхасы!» — с этой мыслью Хань Ци стиснул зубы и налёг на педали.
— Эй, эй! Я же сказал — следи за ритмом! — истошно завопил впереди Ли Сяочуань.
Ему не хотелось кричать — он приближался к тридцатилетию, возраст давал о себе знать, и тратить дыхание на крик во время изнурительной езды было непозволительной роскошью. Но и молчать он не мог: если Хань Ци будет так рвать жилы, он выдохнется ещё до следующего населённого пункта.
Хань Ци послушно сбавил темп.
— Понял.
Они проехали ещё немного, и вдруг Ли Сяочуань затормозил. Хань Ци остановился рядом с ним.
Впереди что-то случилось.
Минуту назад Хань Ци уже начал морально готовиться к сюрпризам, потому что дорога оказалась перекрыта пробкой. Затор в городе — дело привычное, но пробка на глухой загородной трассе — это уже нонсенс.
— Что там? — спросил Хань Ци.
Дорогу преградили люди в форме, которые устроили какой-то досмотр. Хань Ци подумал: «Неужели преступника ловят?»
Ли Сяочуань развернул велосипед и сказал:
— Там впереди точно что-то случилось. Они проверяют документы, пропускают только местных. Поехали, поищем объезд… Твою ж мать, и угораздило же выбрать именно этот день. Что за невезуха!
Взгляд Хань Ци выхватил из толпы знакомый силуэт:
— Погоди…
Тот парень впереди… Неужели это Чжан Шухао? Тот самый, из аэропорта, с тайваньским велосипедом-дверью. Утром Хань Ци ещё гадал, пересекутся ли они в Лхасе, но особо на это не рассчитывал. Мир так огромен, как можно вот так запросто столкнуться со случайным знакомым?
Но судьба — штука непредсказуемая. Не успели они доехать до Лхасы, как уже встретились.
Чжан Шухао ожесточённо спорил с проверяющими, но те явно потеряли терпение. Один из них оттолкнул парня и гаркнул:
— Ещё одно слово, и я тебя закрою! Совсем дурак? Ну кинули тебя мошенники, бывает, но ты-то куда с этой фальшивой ксивой лезешь?!
— Чжан Шухао? — окликнул его Хань Ци.
Это и правда был он.
Хань Ци остановился, оттащил Чжан Шухао от патрульных и спросил:
— Ты что здесь делаешь?
— Я хотел проехать, а они мне говорят, что… — Он мял в правой руке пластиковую карточку удостоверения, но, перехватив взгляд Хань Ци, быстро спрятал руку за спину и отвел глаза. — Я в порядке. А вы тут какими судьбами? Разве вы не в Лицзян приехали как турист?
— Решил, что до Лхасы доехать тоже неплохо. Вот скооперировался с опытным братом, вместе крутим педали.
Тут подъехал Ли Сяочуань:
— Знакомые? Брат, ты откуда будешь?
— …из Фу… Фучжоу.
Ли Сяочуань скептически хмыкнул:
— Кого ты лечишь? Ты ж с Тайваня. — Он махнул Хань Ци, разворачивая байк. — Погнали. А ты, — бросил он Чжан Шухао, — тут ловить нечего, ищи другую дорогу.
Хань Ци, будучи всего лишь новичком-ведомым, права голоса не имел и послушно покатил следом. Но, боясь, что Чжан Шухао не поймёт юньнаньский говор Ли Сяочуаня, перевёл на чистый путунхуа:
— Эта дорога закрыта, поехали в объезд.
И снова на трассе остались лишь скрип педалей и тяжёлое дыхание. Только теперь их было не двое: Чжан Шухао упорно ехал в отдалении за ними.
Он держался так близко, что Хань Ци и Ли Сяочуань, разумеется, это заметили.
Хань Ци был только рад — в компании ехать веселее. А вот Ли Сяочуаня это напрягло. В отличие от Хань Ци, он иллюзий не питал и сразу раскусил в этом тайваньце такого же зелёного новичка. Причём даже более зелёного, чем Хань Ци.
По крайней мере, Хань Ци сидел в седле уверенно, а Чжан Шухао вилял по дороге из стороны в сторону, как пьяный. Куда это годится? Что за мода пошла — не умея толком ездить на велосипеде, лезть на Юньнань-Тибетскую трассу?
— Где ты этого кадра откопал? — поинтересовался Ли Сяочуань.
Хань Ци ускорился, поравнялся с ним и ответил:
— В аэропорту. Увидел, что он с багажом не справляется, помог. Он парень тихий, спокойный.
— Спокойный? Ну-ну. Судя по тому, что я слышал от патрульных, этот «спокойный» себе фальшивые документы справил.
— Наверное, просто первый раз на материке, не разобрался, как тут всё устроено.
— Хе-хе.
• • •
Пейзажи становились всё живописнее. Величественные горы, зелёные деревья, жёлтые цветы. Вдали виднелись деревья с ярко-жёлтой листвой, которые вперемешку с зелёными кронами создавали идеальную перспективу, напоминающую картину маслом. У подножия гор раскинулось водохранилище, такое огромное, что казалось озером.
Ли Сяочуань кивнул в сторону воды:
— Давай остановимся, передохнём и перекусим.