Глава 491: «Храм Вечности, старец Тай Инь»
— Ха-ха-ха! А разве не то же самое можно сказать о вас, собрат-даос Тунтянь? — С легкой усмешкой произнес Чу Тяньба.
Старец Тунтянь прекрасно понимал: во всем Восточном Континенте лишь появление Бессмертной Феи Реинкарнации могло заставить Чу Тяньба лично покинуть свою обитель.
В конце концов, она была следующей наследницей Божественного Храма Яочи, на чьих плечах лежала ответственность за Ци удачи всей организации.
Что же касается всяких там Неба, Земли и горных сокровищ – в глазах Чу Тяньба они значили куда меньше, чем сама Бессмертная Фея.
Обменявшись парой дежурных фраз, двое мужчин уже собирались направиться к Божественной Горе Тайгу.
В этот миг в пустоте мелькнуло несколько ослепительных вспышек света.
Увидев это, оба даоса вздрогнули и перевели взгляды на старика, внезапно возникшего в пространстве, – на их лицах читалось недоумение.
— Старец Тай Инь?
— Этот старый хрыч тоже решил вмешаться?
Переглянувшись, они увидели в глазах друг друга лишь вопросы.
Это облаченное в черно-белые одежды лицо было им слишком хорошо знакомо.
Перед ними был Великий Старейшина Храма Вечности, старец Тай Инь – чудовищно сильный эксперт, достигший уровня полу-Высшего Владыки.
— Истинно странно. Говорили ведь, что ради прорыва уровня до стадии Высшего Владыки он ушел в уединение в Храме Вечности, да так, что ни слуху ни духу… а тут внезапно появляется, — пробормотал себе под нос старец Тунтянь.
Десятилетия назад до него дошли слухи, что старец Тай Инь нащупал шанс для прорыва и заперся в одной из священных земель Храма Вечности.
Вид Тай Иня заставил сердце Тунтяня сжаться.
Неужели этот старик и вправду перешел на стадию Высшего Владыки?
Увидев старца, Су Чанкун и его люди из не такого уж далекого укрытия поспешили навстречу, выказывая всяческое почтение.
— Ха-ха-ха! Надо же, столько лет прошло, а вы, два собрата-даоса, все еще живы! — Тай Инь бросил на них небрежный взгляд и добавил с ироничной усмешкой.
Они были культиваторами одной эпохи и, принадлежа к разным священным землям, вечно находились в состоянии конкуренции.
Увы, за сотни лет борьбы никто из них так и не смог доказать своего решающего превосходства.
А потому, дорожа своей жизнью больше, чем какими-то титулами победителей, эти старики всякий раз при редких встречах не упускали случая подколоть друг друга.
Чу Тяньба с досадой сверкнул глазами в сторону Тай Иня:
— Раз уж ты, старый хрыч, до сих пор не сдох, то мне-то с чего бы?
— Ты ведь, старик, ушел в затворничество? Как же ты здесь очутился? Неужели удалось совершить этот шаг? — С неподдельным любопытством спросил старец Тунтянь.
Тай Инь не ответил, лишь усмехнулся.
Его характер был таков – он всегда любил хранить свои тайны за семью замками.
Внезапно старец Тунтянь взглянул на собеседника, и в уголках его губ заиграла едва заметная улыбка.
— Учитель, что вы… — подозрительно спросил стоявший рядом Му Бэйчэнь.
Тунтянь лишь рассмеялся:
— Этот малыш, похоже, не в курсе – в прошлом с этим Великим Старейшиной Храма Вечности приключилась одна довольно любопытная история! Сущий позор, темная страница его биографии.
— О чем это вы? — Интерес Му Бэйчэня тут же разгорелся.
Старец Тунтянь не стал ничего скрывать и, не пытаясь понизить голос – явно желая, чтобы Тай Инь всё расслышал, – продолжил:
— В те годы, когда Тай Инь достиг пика стадии Владыки Сюань, он был до того самоуверен, что считал себя едва ли не непобедимым во всем мире!
— И вот, покинув Храм Вечности, первым делом он решил бросить вызов Божественной Секте Великой Пустоши!
— Результат, думаю, понятен без слов – его там просто подняли на смех и основательно потрепали, после чего он с позором сбежал!
— Пф-ф!
Как только слова были произнесены, стоявшие рядом люди не выдержали и прыснули со смеху.
— На Восточном Континенте столько высших священных земель, и надо же было Тай Иню выбрать именно самую сильную!
— Это ж надо было так получить пощечину, – не унимались люди, перешептываясь.
Лицо Тай Иня помрачнело и перекосилось от злости.
Та история всегда была для него болезненной раной, и по сей день она стояла перед глазами, как живая.
Он полагал, что за сотни лет всё уже забылось, но этот старый хрыч Тунтянь взял и выставил всё напоказ.
— Хм!
Старец Тай Инь в гневе взмахнул рукавом, холодно бросив взгляд на обидчика, и, развернувшись, зашагал прочь, к окраинам Божественной Горы Тайгу.
Наблюдая за тем, как Тай Инь, появившись столь деспотично, теперь так бесславно удаляется, даже невозмутимый Чу Тяньба не смог удержаться от улыбки.
Он посмотрел на старца Тунтяня:
— Собрат Тунтянь, будь осторожен. Этот старый хрыч Тай Инь крайне злопамятен. Он годами носа не казал из своего храма, а теперь, как только вышел, ты припомнил ему старые грехи – жди теперь неприятностей.
— Ха! Да что мне их Храм Вечности? Чего бояться моему Божественному Храму Тяньшань? — Беззаботно бросил старец Тунтянь.
Чу Тяньба прищурился.
Как старый знакомый, он отлично знал характер Тунтяня.
Тот не стал бы публично полоскать грязное белье Тай Иня, не имея под ногами твердой почвы.
Сердце Чу Тяньба тревожно сжалось – неужели в Божественном Храме Тяньшань появился эксперт, прорвавшийся на уровень Высшего Владыки? И кто бы это мог быть?
В его представлении никто из современников не мог совершить прорыв раньше других. Значит, речь могла идти только о ком-то из предыдущего поколения.
Каждая высшая священная земля обладала скрытым наследием, и число спрятанных в тени экспертов было бесчисленным.
Боевая мощь такой организации – вещь обманчивая, оценивать её по верхам нельзя.
За спинами этих земель почти всегда стояли культиваторы былых эпох.
Эти эксперты пребывали в уединении в поисках шанса на прорыв, являясь миру лишь тогда, когда секта оказывалась на грани гибели.
Это касалось не только Храмов Тяньшань или Вечности, но и Божественной Секты Великой Пустоши.
Конечно, столь глубокие тайны были доступны лишь немногим избранным старейшинам.
По крайней мере, даже Хуа Жуфэн, официальный наследник главы секты, до сих пор не был допущен к этому знанию.
— Ха-ха! Надеюсь на это, – Чу Тяньба усмехнулся и, превратившись в луч света, внезапно исчез.
По мере того как в Божественную Гору Тайгу прибывало всё больше культиваторов, некогда пустынные склоны начинали оживать.