Глава 933 - Знакомое чувство и «корень» всех бед
Слова Чэнь Чаншэна заставили Е Юнсяня умолкнуть; погрузились в тишину и приближенные Чэнь Чаншэна.
Ибо каждый из них кожей почувствовал ту боль, что снедала его изнутри.
Тогда вечно безалаберный Ван Хао произнес серьезным тоном:
— Искать бессмертия, будучи таким, как ты — сущая мука для всего мира.
— На кой черт ты вообще себя истязаешь?
— Вместо того чтобы чахнуть в этом непрекращающемся аду, жил бы в свое удовольствие, как мы.
Чэнь Чаншэн тихо ответил:
— Таких, как вы, на весь мир хватит пары душ. Появись вас больше, и само существование этого мира потеряет всякий смысл.
— Быть может, именно благодаря наличию такого человека, как я, ваши поиски вечной жизни обретают истинную ценность.
— Ха-ха-ха!
Ван Хао расхохотался в голос.
— Ты прав. Мир хорош тем, что в нем есть такие люди, как ты, и погоня за бессмертием начинает казаться осмысленной.
— Те, кто погружен во тьму, ненавидят свет, но тайком жаждут его сильнее всего на свете.
Слегка закусив губу, Чэнь Чаншэн оставил реплику без ответа и взмыл прямо в безбрежную Пустоту.
Вслушиваясь в ее бескрайний простор, он словно бы расслышал стоны мириадов живых существ.
Стоило Е Юнсяню запустить испытание демонами сердца, как девять с хвостиком десятков процентов живых существ эпохи рухнули в пучину иллюзий.
Половина из них тихо испустила дух, не приходя в сознание.
Глядя на разворывающуюся картину, Чэнь Чаншэн отдал приказ:
— Начинайте. Пора заканчивать с зачисткой.
По мановению руки из всех щелей эпохи полезли бесчисленные орды асуров.
Они вздымали клинки, сея смерть налево и направо, и мириады живых существ расставались с жизнями прямо во сне.
Немногие сильные мира сего во главе с Мяо Ши хоть и смогли вырваться из тенет иллюзии, но числом они были слишком малы.
Их жалкими силами было не остановить эту масштабную мясорубку.
Однако в тот самый момент, когда поголовье смертных в эпохе покатилось вниз с новой силой, Е Юнсянь внезапно поплатился за что-то страшным ударом. Небесная Судьба эпохи затряслась, словно атакованная неведомым могущественным созданием.
— Он там!
Вытерев кровь с уголков рта, Е Юнсянь сощуренным взглядом указал направление.
В той же стороне Чэнь Чаншэн уловил волну демонстративно выпущенной наружу ци.
Очевидно, кукловод из тени сам звал его на рандеву.
Не колеблясь ни секунды, Чэнь Чаншэн рванул туда на предельной скорости.
Ему не терпелось собственными глазами узреть ту таинственную сущность, что сотни тысяч лет сеяла хаос в этой несчастной эпохе.
…
Безымянный малый мир.
Мягко опустившись на землю и оглядевшись вокруг, Чэнь Чаншэн почувствовал странное, звякнувшее в памяти дежавю.
Похожие пейзажи ему уже доводилось где-то видеть.
Пока он лихорадочно рылся в памяти, до ушей донесся неторопливый голос:
— Погодите малость, дайте вытащить эту рыбину.
Услышав звук, спутники тут же уставились вправо.
В ста ли от них поблескивал крошечный пруд, на берегу которого примостилась соломенная хижина.
А у самой воды сидел с удочкой пожилой мужчина — именно от него исходил голос.
Вжих!
Сто ли пути для Чэнь Чаншэна и его людей — лишь миг.
Четверо великих мастеров в мгновение ока заблокировали все возможные пути отступления, но старик казался абсолютно безмятежным.
— Чай, не чужие люди сошлись, к чему такие суровые церемонии?
Вглядываясь в незнакомое лицо старца, Чэнь Чаншэн все острее чувствовал, что они уже встречались, но память упорно молчала.
Словно угадав его сомнения, загадочный старик легко улыбнулся:
— До сих пор не узнаешь старого знакомого?
— Память у тебя, Чэнь Чаншэн, совсем ни к черту стала. Раньше за тобой такого не водилось.
Стоило звуку затихнуть, как волосы незнакомца побелели, а спина сгорбилась.
Разглядев его истинный облик, Чэнь Чаншэн расширил глаза от изумления:
— Это ты!
— Верно, я.
— Когда мы виделись в прошлый раз, я носил личину старика, а ныне молод. Не мудрено, что ты не признал меня сразу.
Взирая на потрясенное лицо Чэнь Чаншэн, Ван Хао не удержался от вопроса:
— Чэнь Чаншэн, откуда этот хрен с бугра?
Чэнь Чаншэн вперил мертвый взгляд в старца, чеканя каждое слово:
— Происхождения его не ведаю. Знаю лишь кем он был при нашей первой встрече.
— В ту пору Ву Ли был еще сопливым пацаном, а я сам продирался сквозь нижние слои трех тысяч областей.
— Чтобы расшифровать рецепт мазь «Залатавшие Небо», вынесенной из Древних Запретных Земель, я искал помощника. Им оказался травник из Долины Бабочек в Срединных Землях по имени старец Яо.
— Мы дружили сорок лет, и в искусстве врачевания я почитал его едва ли не как учителя.
— Скажу прямо: половина моих познаний в медицине почерпнута из его советов.
Услышав это, веки Ван Хао задергались в судороге.
Если судить по временной шкале, этот таинственный старик должен был оказаться существом невообразимо древним.
Тут доселе хранивший молчание Е Юнсянь подал голос:
— Это ты научил меня пути долголетия через кровь?
— И ты меня вспомнил. Твоя память и впрямь получше, чем у него.
Старец Яо чуть откинул голову назад, с видом знатока протянув:
— В те дни ты был бродячим практиком с непомерными амбициями. Приполз ко мне залечивать смертельные раны.
— Я разглядел в тебе зачатки таланта и кое-чему научил.
— А напоследок подсобил расправиться с предком Кровавого Демона и ступить на путь кровного бессмертия.
— Жаль только, пареньку не хватило усердия — долгое время ты топтался на месте, и я бросил тебя.
— Но к счастью, позже свел знакомство с ним. Хоть он и молод, но превзошел тебя во всем.
Е Юнсянь помрачнел лицом и перевел ядовитый взгляд на Чэнь Чаншэна:
— О чем вы с ним толлковали?
Под суровым допросом Е Юнсяня Чэнь Чаншэн смущенно кашлянул:
— Все те сорок лет мы обсуждали медицинские премудрости.
— В ту пору я впервые столкнулся со скверной и безумно заинтересовался ею.
— Пусть мы не говорили об этом впрямь, но в разговорах то и дело проскальзывали мои гипотезы.
— Очевидно, вся последующая эволюция этой заразы выросла из моих догадок.
Стоило прозвучать этому признанию, как взгляды спутников потяжелели.
Никто из них в самых страшных кошмарах не мог предположить, что истоки черной смуты кроются в болтовне Чэнь Чаншэна.
Оставалось лишь гадать о природе ума самого Чэнь Чаншэна.
Как можно было в столь юные годы нагенерировать столько безумных идей?
По логике вещей, его кругозора просто не хватило бы для подобных фантазий!