Глава 910 - Дерзкие дед и внук: один против шестнадцати владык
О-о-у!
Гулкий рев трубы прокатился по всему миру Таймин, выгоняя бесчисленных воинов за пределы небесного купола.
В то же время из императорского дворца взмыл Юйвань, преграждая путь гигантскому кораблю-дракону.
Любопытно было то, что на макушке исполинской туши стояла лишь одна миниатюрная фигурка.
Это был Чэнь Чаншэн, пропавший на целых три месяца.
Встретившись с ним взглядом, Юйвань усмехнулся:
— Всего три месяца на исцеление ран? Впечатляющее мастерство.
— Ха-ха-ха! Мастерство за плечами не носить, к тому же мне не терпелось вернуть должок и забрать твою жизнь. Заметь, я явился во всеоружии: остальные двадцать шесть небесных владык сейчас надежно заперты моими людьми. Правда, сил у нас в обрез, так что сдерживать их они смогут максимум три часа. Если по истечении этого срока ты все еще будешь жив — проиграл я.
Юйвань кивнул:
— Идёт. Тогда к чему лишние слова? Сразимся в глубинах пустоты?
— С удовольствием!
С этими словами оба сорвались с места, устремляясь в бездонную черноту космоса.
Стоило им исчезнуть, как корпус корабля-дракона стремительно сжался в размерах, с ревом пробивая барьер судьбы.
Сила четырех владык — вещь нешуточная; на стороне Чэнь Чаншэна с ними могли тягаться лишь Чжан Чжэнь и корабль. Так что уничтожить Юйваня он мог только лично.
***
За миллионы миль отсюда.
Сяомин и его спутники, спешившие на помощь Таймину, были остановлены преградой. Точнее говоря, преграду составлял всего один-единственный человек — Чжан Чжэнь, в одиночку вставший на пути шестнадцати небесных владык.
Простая тканевая одежда, соломенные сандалии. Один человек и один клинок.
Он стоял посреди пустоты столь одиноко, что шестнадцать грозных владык невольно занервничали.
— Не слишком ли ты самоуверен, уважаемый? — нахмурившись, процедил Сяомин.
Чжан Чжэнь бросил на него ленивый взгляд:
— Кое-кто заплатил за ваши головы, так что я здесь.
— И ты думаешь справиться в одиночку?
— Да. В одиночку!
Цзинь!
Мяодао выскользнул из ножен, и далекая звезда впереди раскололась от одного лишь призрачного порыва клинка.
В другом конце пустоты.
— Уважаемые владыки, проявите милосердие, погуляйте здесь часа три. Проводник душ лично пригрозил снять с меня шкуру, если я упущу вас хоть на минуту!
Ван Хао заливался горючими слезами, преграждая дорогу трем владыкам.
Однако те не спешили расслабляться. Имя Бессмертного Владыки Тьмы было слишком одиозным.
— Раз тебе дорога жизнь, убирайся с дороги, иначе мы пощадим тебя на первый раз! — рявкнул один из владык.
Выражение лица Ван Хао мгновенно изменилось. Маска скорби испарилась, сменившись леденящим взглядом:
— Пощадите? С каких пор падаль вроде вас позволяет себе такой тон? С каких пор вы решили, что имеете право меня миловать? Смеете называть себя Небесным Владыкой — вы, лишившиеся мандата?! Без мандата вы всего лишь жалкие мусорщики ступени выше бессмертного короля! Градация силы никогда не равнялась боевому мастерству.
С этими словами под ним взметнулось багровое море крови, а мириады парящих вокруг метеоритов покрылись живыми пульсирующими наростами.
Мгновение — и трое владык оказались заперты внутри кошмарного мясного мира.
На южном фронте.
— Почтенный, вы ведь и есть Старейшина Чаншэн?
Е Юнсянь неподвижно восседал на обломке астероида, положив простой, лишенный украшений меч поперек колен.
Ему преградили путь пятеро владык. Однако примечательно было то, что все они испытывали к старику глумливый страх.
Отвечая на вопрос вожака, Е Юнсянь даже не поднял век:
— Вы добровольно срезали свой мандат, так что ступайте назад. Нет смысла бессмысленно тратить остатки сил.
Главный владыка холодно усмехнулся:
— Ты стар, старик, но полагать, будто сможешь в одиночку заставить нас повернуть назад — верх высокомерия.
— Высокомерия? Едва ли. Вы сейчас не более чем чучела. Без мандата вам нечем крыть. Я повидал на своем веку немало носителей судьбы, но по-настоящему уважения заслуживают лишь единицы. Небесный Владыка — раз. Бог меча — два. Великий Мудрец — три. И Проводник душ с натяжкой тянет на половину. Кроме них, весь прочий мусор моего внимания не стоит.
Один из владык взъярился:
— Какая спесь! Черепаха проживет хоть миллион лет, оставаясь тварью болотной — ты и вправду думаешь, что старость дарует тебе непобедимость?
Е Юнсянь бросил на него уничтожающий взгляд:
— Изо рта у тебя смердит падалью, щенок. Разве годен ты зваться владыкой? В свое время Небесный Владыка в одиночку переломал хребет трем тысячам миров после отречения — вот это была воля! Но даже он не позволял себе болтать лишнего. Сегодня я покажу тебе, что значит истинная сила.
Поднявшись во весь рост со своим простым мечом в руке, старик высвободил скрытую мощь.
Его аура ни в чем не уступала тем, кто носил печать судьбы.
— Знаете, почему я стараюсь лишний раз не обнажать клинок? Не потому, что слаб, а потому, что жалко это тело. Каждая моя оболочка подобрана с безупречным вкусом. Некогда Чэнь Чаншэн пообещал: если эта плоть погибнет, он вырастит для меня новую, еще лучше. В свое время я заплатил тремя сломанными ребрами Небесного Владыки за право жить дальше. Сегодня я возьму вашу кровь по той же цене.
На северном фронте.
Бум! Бум!
Ударные волны колоссальной силы расходились во все стороны. Спасая свою шкуру, Чжан Гу метался из стороны в сторону, преследуемый разъяренным владыкой, в то время как второй владыка сцепился с нефритовым кораблем.
Самое забавное заключалось в том, что Чжан Гу вроде бы бежал в ужасе, но на нем не было ни единой царапины — его живучесть поражала воображение.
Противник терял рассудок от злости. Из всех подручных Проводника душ этот выскочка был объективно самым слабым. Пусть он сам лишился мандата, разница в царствах никуда не делась! Почему прикончить какую-то мелкую сошку восьмого ранга бессмертного короля оказывается так адски сложно?!
Битва затягивалась, погружая владыку в пучину бессильной ярости.
Пожалуй, он никогда не поймет главного: противник, с которым он столкнулся, никогда не был слабым.
Человек, столько веков удерживавший мандат целого мира, на равных сражавшийся со Старым бессмертным и Императрицей Феникс... А главное — владеющий легендарной техникой «Восемь-Девять Истинных Превращений».
Если он до сих пор не расстался с жизнью, то дело было вовсе не в трусости, а в его чудовищной силе.