Глава 724 - Ван Хао: «Я хочу основать запретные земли и показать свою ценность»
Окинув взглядом появившихся Ван Хао и Е Юнсяня, Базэ хмыкнул:
— Мне следовало догадаться, что вы двое притащитесь сюда. Но с каких пор вы снюхались с Чэнь Чаншэном? Я сижу в Небесной Бездне безвылазно, но от вас даже запашком не тянуло.
Ван Хао мягко улыбнулся на колкость зверя:
— Я вышел на него с самых первых дней основания Небесной Бездны. Знал ведь: стоит Проводнику душ взяться за дело, как вокруг забрызжет кровь и поднимется буря. Мы с моим достопочтенным предком нажили слишком много врагов, и начнись здесь хаос, нам бы не сдобровать. Не сделай я этого хода, разве пережили бы мы резню в запретных зонах десятилетней давности?
Теперь Базэ всё понял:
— А я-то ломал голову, почему в те дни вас не было слышно. Оказывается, загодя унюхали беду и забились под плинтус! Вы оба умеете выживать, истинные мастера темной дорожки.
Пока пес болтал с Ван Хао, Чэнь Чаншэн перешел к делу:
— То, что вы переждали резню в укрытии, было нужно как раз для сегодняшнего дня. Первая доля дивидендов Мира Небесной Бездны уже распределена, на очереди вторая. Вы двое обладаете уникальными талантами, так что я готов отрезать вам кусок от этого пирога. Но чтобы заслужить долю, вам придется доказать свою полезность. Не покажете товар лицом — отправитесь киркой махать в шахты наравне с остальными каторжниками.
Е Юнсянь покосился на видневшиеся вдали башни Небесной Бездны и заговорил:
— Все контракты на устранение неугодных в Небесной Бездне подмяли под себя запретные зоны. Из-за их особого положения любой культиватор, приходящий сюда с заказом, вынужден пресмыкаться перед проклятыми обителями. Подобное положение дел идет вразрез с изначальным замыслом города — оставаться независимым от влияния различных фракций. Я могу создать здесь первоклассную организацию убийц. Организацию, которая не побоится поднять меч на сами запретные земли. Но с одним условием: в самом начале тебе придется оказать нам посильную помощь и взять на себя давление со стороны всех этих обителей.
Выслушав условия, Чэнь Чаншэн кивнул:
— Требование разумное, я согласен. Но уговор дороже денег: созданная тобой гильдия не смеет в будущем поднимать оружие против меня или людей из моего ближнего круга.
— На такое я пойти не могу, — холодно отрезал Е Юнсянь. — Я не могу ручаться, что в один прекрасный день сам не захочу прикончить тебя. Называй другое условие.
Наткнувшись на отказ, Чэнь Чаншэн скривил губы:
— Ладно, заменим требование: тебе запрещено чинить препятствия тому, что затеяли Небесный Владыка и Старый бессмертный. Если твои люди хоть пальцем тронут их дела, я буду грызть твое горло до тех пор, пока кто-то из нас окончательно не сгинет.
Внимательно изучив серьезное выражение лица Чэнь Чаншэна, Е Юнсянь взвесил все за и против:
— Это я могу пообещать.
Получив согласие, Чэнь Чаншэн перевел взгляд на Ван Хао:
— Ван Хао, твой предок уже обозначил свою ценность. Твоя очередь блеснуть талантами.
— О талантах речи не идет, так, мыслишки вслух. Мой почтенный предок прожил долгую жизнь, знаком со множеством тварей, да и связей у него наваськой. Раз он решил сколотить банду наемных убийц, у него определенно всё выгорит. Но я — человек одинокий, помощников за душой не имею. Не будь у меня чуйки, когда запретные зоны устроили побоище, я бы сгинул по милости этого самого предка. Так что у меня на уме всего одно дело: я хочу основать собственные запретные земли.
Эти слова заставили присутствующих прищуриться.
Окинув Ван Хао оценивающим взглядом, Чэнь Чаншэн заметил:
— Создание запретных зон требует чудовищного фундамента и силы. Надеюсь, ты не вздумаешь предлагать мне долю в этом предприятии?
— Вовсе нет. Глядя на мир, любой дурак поймет, что вести дела с тобой нужно с опаской. Я не собираюсь пускать волка в овчарню. Как основать обитель — моя головная боль, от тебя требуется лишь отстегнуть мою долю со второго этапа. Ресурсы мне сейчас ох как нужны. Раз уж ты мастер вешать людям лапшу на уши, я тоже подкину тебе обещание: коль моя собственная запретная зона встанет на ноги, что бы в будущем ни случилось, трижды я уступлю тебе дорогу.
Чэнь Чаншэн не спешил с ответом. Некоторое время он просто молча сверлил его взглядом.
Спустя десяток дыханий из его пальцев сорвался тонкий серп боевой ци, рассекший воздух.
Ван Хао даже не шелохнулся, позволив клинку прошить собственное межбровье навылет.
Вух!
Из расколотого пополам черепа тут же полезли мириады живых розовых ростков, и за долю секунды рана затянулась бесследно.
Увиденное заставило Чэнь Чаншэна усмехнуться:
— А ты после этого вообще считаешься человеком?
— Ни капли.
— Тебе не кажется, что три уступки — слишком мало? Да и выпускать наружу такую заразу мне претит. У меня нехорошее предчувствие: рано или поздно мы сойдемся в смертельной схватке. Так что изволь назвать вескую причину, почему я должен оставить тебя в живых.
Едва он умолк, как духовное сознание Чэнь Чаншэна мертвой хватки вцепилось в Ван Хао, а Е Юнсянь в тот же миг перекрыл тому все пути к отступлению.
Оказавшись в ловушке стольких смертоносных аур, Ван Хао не выказал и тени страха — напротив, он весело рассмеялся:
— Убить меня жаждет весь мир, но ты, Чэнь Чаншэн, — единственный, кто этого не сделает. Ты объединил Восемь Пустошей и Девять Пределов, стер с лица земли Четырехсторонний материк и воздвиг этот вызывающий всеобщий трепет Мир Небесной Бездны. Твой талант признан всеми, но все же боятся тебя, жаждая избавиться от столь пугающего существа. Пока за твою спину встают Небесный Владыка и Старый бессмертный, тебе нечего опасаться. Запретные зоны в чем-то зависят от тебя, почитая как дорогого гостя. Но я уверен: ты не раз заглядывал в будущее. Ты видел то, что грядет очень скоро. Небесный Владыка и прочие рано или поздно падут, а жадные до добычи зоны получат свое. И что тогда? Позволит ли этот мир тебе остаться в живых? Найдется ли у тебя уверенность выжить, если некому будет делить с тобой всеобщую ненависть? Не говоря уже о ком-то другом — взгляни на моего почтенного предка. Он мечтает прикончить тебя далеко не первый год. Когда-то он был владыкой целой эпохи, сиял ярче солнца. Но стоило ему повстречать тебя, как он стал послушной шавкой при твоем дворе. Неужто ты всерьез веришь, будто он смирился со своей участью?
Слушая излияния Ван Хао, Базэ оскалил клыки, намереваясь броситься в драку.
Но стоило ему сделать движение, как Чэнь Чаншэн преградил ему путь ладонью.
— Чэнь Чаншэн, какого черта ты меня держишь?! Эта тварь посмела угрожать нам прямо в лицо, да у него наглости на двоих хватит! Пусти меня в Небесный город, я покажу ему, где раки зимуют — если не расколочу его душу в пыль, пусть меня перестанут звать Базэ!
С этими словами пес рванулся вперед.
Но и на этот раз Чэнь Чаншэн остановил зверя.
— Сяо Хэй, он прав. Нам и впрямь понадобится кто-то вроде него, чтобы оттягивать на себя часть всеобщей ненависти.