Глава 674 - Семицветный камень, планы длиною в мириады лет
Подземная пещера на окраине Центральных земель.
— Наконец-то я нашел вас. Уйма времени ушла на поиски, — произнес Чэнь Чаншэн, шагая в центр просторного зала со старой палкой-мечом в руке.
В центре пещеры высился колоссальный семицветный валун размером с крестьянский дом. Четверо стариков с ужасом уставились на вошедшего; на груди каждого зияла страшная, жуткая рана.
— Чэнь Чаншэн… — прохрипел один из них, выплёвывая сгустки черной крови. — С каких пор ты начал плести эту паутину?
Чэнь Чаншэн усмехнулся:
— С самой войны Сансары. Небесный Владыка затеял тот поход, попутно оскорбив слишком многих. Я знал: едва покинув пределы Восьми Пустошей, кто-нибудь обязательно заявится мстить. К тому же еще тогда я приметил силы, затаившиеся за границами нашего мира. Просто поначалу не ведал, чей клинок прилетит первым. Желая проучить курицу, чтобы задрожали обезьяны, и заодно показать чужакам мощь Чэнь Чаншэна, я намеренно ошивался возле Долины Смерти. Расчет был прост: заставить их первыми бросить мне вызов. При этом я отчетливо понимал, что одна лишь Долина Смерти меня не одолеет. Стало быть, они призовут на помощь грозных союзников. И что же? Вы клюнули в точности как по писанному.
Пхъю!
Старик исторг еще одну порцию крови и тяжело задышал:
— Так и твое поражение с пленением… тоже входило в план?
— Можно и так сказать. Сойтись с вами и Долиной Смерти разом оказалось слишком тяжело, ситуация едва не выскользнула из-под контроля. Изначально я планировал идти зачисткой плечом к плечу с Сюй Ху и остальными, стереть пару серий в порошок для острастки. Но столкнувшись с вами, я понял: тогдашние Восьми Пустошей вам не ровня. К тому же мир едва оправился от войны Сансары, весь уклад лежал в руинах. Пришлось позволить вам захватить меня в плен, дабы выиграть время. И практика доказала — ход был безупречен. Вы испугались мощи Небесного Владыки и моих секретов, а потому не решились меня добить. Восьми Пустошей получили передышку, а вот вы теперь обречены.
Умирающий старик отказывался верить услышанному:
— Каким образом ты мог рассчитывать, что за какой-то несчастный десяток тысяч лет Восьми Пустошей успеют вырастить силу, способную тягаться с нами?
— Разумеется, я не был столь наивен. В моих планах фигурировало два десятка тысяч лет. Кроме того, я наводил мосты и с другими запретными зонами. Согласно первоначальному замыслу, я намеревался сплотить все доступные силы и уничтожить вас разом. Но пока сидел в ваших казематах, я заметил одну странность в вашей системе Небесных Душ. Система Моря Горького опирается на собственные силы, в дальнейшем прихватывая крупицы закона Великого Дао; система Золотого Эликсира черпает мощь небес и земли; телесникам проще всего — они полагаются лишь на несокрушимую плоть. Но система Небесных Душ… она неестественна. Ни неба, ни земли — лишь какой-то дурацкий ритуал пробуждения. Честно говоря, я долго ломал голову: с какой стати простейшая формация способна пробуждать столь мерзкую хтонь? К тому же этот обряд работал исключительно на Четырехстороннем материке, а в иных мирах полностью глох. Заметив сию закономерность, я рискнул предположить: вы опираетесь на нечто инородное. И с того самого момента начал готовить побег.
Бросив палку-меч на холодный камень, Чэнь Чаншэн опустился рядом:
— Терзаемый сомнениями, я вернулся в Восьми Пустошей за ответами. Триста континентов были стерты в пыль, разгорелась война новой эры, и весь мир полагал, будто я вырезал уцевших подчистую. Но правда в том, что я их не тронул — как и Император Демонов. Часть людей уцелела, и уцелела неплохо. В конце концов, «старик в доме — что клад», эту истину мы усвоили давно. Когда я вопросил их о том, как вас одолеть, они поведали мне старинную легенду Четырехстороннего материка. Предания гласят: давным-давно эти земли не блистали особой силой. Пока однажды с неба не рухнул метеорит. Предтечи здешних родов нашли в упавшем камне божественное учение. С той поры они взмыли в небеса, объединили весь материк и создали четыре великие секты: Синего Дракона, Алого Птицы, Сюаньу и Белого Тигра. На этом легенда обрывалась, и в тот момент мне впервые захотелось обругать небо матом. Ибо предание умалчивало, где именно спрятан этот камень — в небесах или под землей. Мне пришлось поставить на кон всё будущее Восьми Пустошей, сыграв с вами в рулетку. И только теперь пазл сошелся. Ваши предки нашли вовсе не боевое искусство — они случайно пробудили Небесные Души с помощью упавшего с небес метеорита. Мало того, вы закопали этот камень глубоко под землю, пустив его силу по венам драконьих жил так, чтобы она напитала весь материк. Вот почему Небесная Душа пробуждается только здесь!
Слушая это разоблачение, все четверо старцев выплюнули еще по сгустку темной крови. Черные узоры яда ползли от их груди к шеям и лицам.
Бросив на них равнодушный взгляд, Чэнь Чаншэн заметил:
— Бросьте тужиться. Я обнаружил это место еще пять лет назад. Медлил же я лишь потому, что вы четверо слишком сильны. Даже с мечом Мещного Бога в руках я не был уверен, что срублю ваши головы наотмашь. К тому же у меня было всего три заимствованных удара. Первый меч ушел на Долину Смерти; второй разрушил вашу метеоритную формацию; ну а третий тратить на вас мне было просто жалко. Раз силой вас не взять, пришлось пустить в ход грязные уловки. Я наложил проклятие по вашей родовой линии, а вдобавок подкинул каждому по паре золотых шелкопрядов. Кроме вас четвертых, этот комплекс мер я опробовал лишь на одном человеке — нынешнем Владыкe Сансары. Разумеется, я творец творческий и не люблю повторяться, а потому нагрянув сюда, добавил в кастрюлю капельку яда. Вещество и впрямь драгоценное, иначе я бы не поскупился. Всего-то с Чжулуна удалось нацедить с мизинец…
Помахав перед их носами крошечной склянкой, Чэнь Чаншэн поднялся на ноги и подошел вплотную к парализованным старцам.
— Что ж, сказке конец, и вы можете помирать со спокойной душой. Отныне имя Четырехстороннего материка сотрется из летописей.
Едва он договорил, как глаза всех четырех стариков выкатились из орбит. Из их межбровья показались упитанные золотистые черви, которые тут же слились в единого толстого паразита.
Глядя на бездыханные тела, Чэнь Чаншэн слегка покачал головой.