Глава 619 - Искусство Цзянь Фэя и давящая мощь
Оценивая фигуру незнакомца, Цзян Юннян пробормотал себе под нос:
— Е Минцзе, старейшина правопорядка секты Ваньшоу. По совместительству — талант предыдущего поколения их секты, ему восемь лет. Поскольку он старше Е Фэна, в свое время они не стали оспаривать звание первого таланта, но по факту Е Минцзе даже сильнее него.
Услышав это представление, Е Минцзе не выказал на лице ни единой эмоции.
— Ма Линэр, ты — та, кого заприметила посланница, с тобой я драться не стану. Так что выходите все трое. Терпеть не могу эти сопливые бои один на один, трое против меня — будет в самый раз для видимости справедливости.
Чжу Ю и Гу Даожань со своей наставницей переглянулись и шагнули на арену.
Пусть Е Минцзе еще не продемонстрировал свою истинную мощь, судя по утекающей сквозь пальцы ауре, этот человек давно достиг пика ступени Небесного Бессмертного.
Ву-у-у~
Иллюзия Трех Тысяч Сокровищниц развернулась за спиной Чжу Ю. Усевшись в центре этого видения, он сжал в правой руке сияющую золотом кисть.
Сражаться против Небесного Бессмертного, находясь лишь на ступени Смены Костей — при любом раскладе это выглядело как билет в один конец. Именно поэтому Чжу Ю с первой же секунды выложил на стол все карты.
Одновременно с этим Гу Даожань и его спутница также перешли в наступление. Среди троицы боевой потенциал Чжу Ю был наивысшим, и чтобы сокрушить столь страшного врага, они были обязаны выгадать для него хоть секунду времени.
Бум!
Атака Гу Даожаня и девушки рассеялась от простого взмаха руки Е Минцзе.
Наблюдая за тем, как их отбросило назад и как они вновь неслись в атаку, Е Минцзе холодно бросил:
— Выстоять перед ударом Небесного Бессмертного и не отдать Богу душу — неудивительно, что вы такие заносчивые. Что ж, сегодня я укрощу вашу спесь и покажу вам, что недоросшие таланты не стоят ломаного гроша.
***
В дальнем углу трибун Чэнь Чаншэн уже подчистую опустошил фруктовую вазу компании Сюй Яо.
Наблюдая за тем, как тот уплетает ягоды за обе щеки, Чжан Чжэнь не удержался от тревожного вздоха:
— Может, мне всё-таки выйти? Противники слишком сильны.
Не прекращая жевать, Чэнь Чаншэн отмахнулся:
— Выйдешь ты — и им точно конец. Четырехсторонний материк готов прощать выходки талантам, потому что это вписывается в их картину мира. Но если на арену выпрется такое ничтожное по меркам талантов создание, как ты, они мгновенно врубят режим чистки. Твое появление станет живым доказательством ошибочности их устоев, а тамошние стариканы никому не позволят подрывать корни Четырехстороннего материка. К тому же от твоего выхода толку — как с козла молока. У секты Ваньшоу припасены и другие тузы. Пусть они не чета Е Фэну и Е Минцзе, но тоже не лыком шиты. Против лома нет приема, полезете толпой — вас просто раскатают по манекену.
Брови Чжан Чжэня сошлись на переносице еще плотнее:
— Если одна лишь секта Ваньшоу заставляет нас чувствовать себя как перед лицом апокалипсиса, насколько же силен весь материк целиком?
— Можешь прикинуть в уме. Ваньшоу — верхушка среди первоклассных северных сект, а над ними стоят сверхсекты вроде Сюаньу. Кроме них, есть еще три аналогичные суперструктуры на востоке, юге и западе. И у каждого такого монстра под крылом пасется целая армада первоклассных объединений. Таких, как Е Фэн или Е Минцзе, на всем материке не вагон, но и не сказать чтобы мало. Ваша задача — последовательно размазать талантов со всех четырех сторон света. А уже после этого откроется дорога в центральные земли. Каждые двадцать лет власть над материком переходит из рук в руки, и та сверхсекта, что захватывает бразды правления, обосновывается в самом сердце материка — в Чжунчжоу. Прочие три гиганта отправляют туда своих представителей для поддержки, и со временем Чжунчжоу превращается в самое опасное место на материке.
Выслушав эту лекцию, Чжан Чжэнь до боли сжал кулаки:
— Что-то давление на душу начинает зашкаливать.
— Разумеется. Без чудовищного давления из талантов никогда не куют легенды, способные затмить целую эпоху.
Хрусь! — Чэнь Чаншэн с наслаждением хрустнул сочным фейхоа.
Глядя на его показное спокойствие, Чжан Чжэнь лишь покачал головой:
— Даже если ты так в них веришь, мог бы изобразить хоть каплю беспокойства. А то сидишь с таким вид, будто на пикник пришел.
— Ситуация иная. Дома я мог подстелить им соломки в любом месте. Но здесь они могут рассчитывать исключительно на собственные силы.
Чжан Чжэнь вновь перевел взгляд на арену:
— Цзянь Фэй проигрывает. Даже если он пустит в ход третий меч, это не поможет — разница в ступенях слишком велика.
На поле боя.
Цзень!
Звездный меч со звоном отлетел в сторону, и Сыма Лань с тесаком наперевес сократила дистанцию до минимума.
— Мелкий, ты и вправду преподнес сестричке шикарный сюрприз. Хватит ломаться, пошли со мной наслаждаться жизнью.
Лицо Цзянь Фэя от напряжения побелело как мел; его губы были искусаны в кровь. Управление летающими мечами пожирало духовную силу в колоссальных масштабах. Пусть практика Моря Горького и объединяла дух, ци и тело воедино, но пропасть в ступенях никто не отменял — он банально не тягался с бойцом ступени Земного Бессмертного.
Сжав зубы, парень опустил взгляд на последний меч, покоящийся на дне ларца.
«Вот она, битва истинных талантов? Безупречный боевой опыт, солидная база культивации, звериное чутье — всё вместе это внушает чистое отчаяние. Наньгун Син, неужто я и правда побеждал тебя в прошлом честно?»
С этими словами Цзянь Фэй вытащил из ларца меч Ниспадающего Дождя, одновременно призывая обратно «Песнь Дракона» и звездное лезвие. Зажав в левой руке звездный клинок, в правой — меч Ниспадающего Дождя, а третий зажав зубами, он решил сойтись с Сыма Лань в ближнем бою лицом к лицу.
Сыма Лань удивленно изогнула бровь:
— Мелкий, а где же твой третий летающий меч? С ним у тебя хотя бы был шанс повозиться со мной подольше. Сдаваться так быстро — сестричка будет разочарована.
Цзянь Фэй с трудом проговорил сквозь стиснутые зубы, удерживая рукоять зубами:
— Я никогда не был мастером меча, так, балуюсь фокусами. Учусь фехтованию лишь потому, что это выглядит круто. Я знаю, что третий меч не принесет победы, так что лучше сберегу силы для парочки грязных трюков.
— Вот как? Что ж, с удовольствием гляну на твои фокусы.
Гигантский серп ци обрушился на него сверху.
Цзянь Фэй чудом увернулся от атаки, перекатившись по полу; теперь в его руках блестели два клинка, а третий торчал изо рта. В этот момент над его головой завис пухлый шелкопряд, извергая потоки золотистых нитей.
— Наконец-то ты соизволил пустить в ход Небесную Душу. Мне не терпится оценить ее способность.
Сыма Лань продолжала сыпать нежными речами, но ее тесак чертил в воздухе смертоносные круги.
На противоположном конце арены.
Гу Даожань и Гу Цяньцзе рухнули на землю, изрыгая кровь; Чжу Ю также был тяжело ранен.
— Продержаться дольше прочих — вы молодцы. Но вы проиграли.
Глядя на поверженных противников, Е Минцзе не испытывал ни капли жалости. Троица исчерпала все козыри, но так и не сумела пошатнуть эту непоколебимую скалу. В такой ситуации о каком реванше вообще могла идти речь?