Глава 57 - Чэнь Чаншэн: Неужели я настолько силен? Мгновенное убийство громового зверя ступени Превращения Божества
— Вжух!
Две исполинские фигуры материализовались прямо над водами Лунной пещеры.
Ощутив ауру погибшего сородича, оба зверя взвыли к небесам, сотрясая воздух утробным ревом.
— Ццц!
— Хватит голосить! Очень скоро вы присоединитесь к нему.
Чэнь Чаншэн стоял на вершине утеса, облаченный в золотые доспехи, чья чешуя ослепительно сверкала под лучами палящего солнца.
Заметив, что враг содрал шкуру с их сородича и смастерил себе броню, один из зверей взъярился пуще прежнего:
— Смертный, какая дерзость! Как ты посмел оскорбить громовой клан?! Мы омоем наши когти в миллионах человеческих жизней, чтобы смыть этот позор!
Чэнь Чаншэн усмехнулся краешком рта:
— Миллион жизней? А силенок-то хватит? Одного зверя мне мало на один зубок, так что вдвоем вы даже лучше.
— Наглец! — взревел монстр, и молния толщиной в человеческий торс мгновенно сорвалась с небес, целясь прямо в Чэнь Чаншэня.
— Бум!
Мощнейший удар отбросил Чэнь Чаншэня назад почти на сто саженей, но разрушительная энергия разряда не причинила ему ни малейшего вреда.
Опустив взгляд на искрящиеся вокруг брони молнии, он с удивлением покачал головой:
— Кто бы мог подумать, что ваша чешуя не просто прочна, но еще и способна поглощать и отражать электрический ток. Вот уж поистине неожиданный подарок.
С этими словами Чэнь Чаншэн выпустил из левой руки вспышку золотого света и со всей силой взмахнул правой.
— Вжлик!
Золотой лучик навылет прошил тело первого зверя, а рассеченный воздух от взмаха правой руки породил острейшее лезвие Ци, в мгновение ока отрубив лапу второму монстру.
Два громовых зверя на начальной ступени Превращения Божества были повержены — один убит, другой покалечен — буквально в одно мгновение.
Такой исход ошеломил не только самих монстров, но и самого Чэнь Чаншэня.
Стоит отметить, что его собственный уровень культивации на данный момент едва достиг начальной ступени Превращения Божества.
Уничтожать противников своего ранга словно сорную траву — подобная безумная мощь была доступна лишь истинным гениям, стоящим на вершине мира.
Вернув испустивший золотое сияние артефакт, Чэнь Чаншэн посмотрел на собственные ладони и с легким изумлением пробормотал:
— Несколько сотен лет не брался за оружие, я и забыл, что настолько силен.
Не дожидаясь, пока враги опомнятся, он бросился вдогонку за выжившим, но раненым зверем.
А тот самый зверь-разведчик сейчас улепетывал со всех ног, вкладывая в бегство остатки сил.
Это было слишком страшно.
Чудовищная сила Чэнь Чаншэня лишила громового зверя даже мысли о сопротивлении.
Гордость их расы — непробиваемая чешуя — перед тем золотым лучом оказалась хрупче рисовой бумаги.
Да и потрепанный тяжелый меч в руках этого смертного источал до жути зловещую, пугающую ауру.
Откуда у какого-то людишки на ступени Превращения Божества такое сокровище?!
— Куда собрался?
Чэнь Чаншэн вылетел из-под земли, с головы до ног окутанный золотым сиянием, и легко перекрыл зверю путь к отступлению.
— Пощади! Иначе я подорву свое ядро…
Золотой луч с легкостью проигнорировал все защитные барьеры зверя и пронзил его сердце с мягкостью ножа, входящего в тофу.
Опустив взгляд на крошечную красную точку на груди, чудовище замерло в недоумении, после чего безвольно рухнуло с высоты.
Оно до последней секунды не могло взять в толк, что за оружие использовал этот человек, раз оно с такой легкостью обошло всю его защиту.
И главное — как он неизменно находил уязвимые точки с первой же попытки?
Унося с собой эти неразрешенные вопросы, зверь медленно закрыл глаза.
Расправившись с двумя разведчиками, Чэнь Чаншэн слегка нахмурился.
— Что-то здесь не так! Согласно записям, громовые звери обладают первородной кровью древних эпох и дикой, непреклонной силой. С чего бы им быть столь жалкими?
Тихо ворча под нос, он перевел взгляд на два трофейных предмета в своих руках.
Ими оказались меч Чжэньу без острия и золотая страница с записанным на ней искусством Восьми и Девяти Превращений.
Подумав немного, Чэнь Чаншэн покачал головой:
— Вряд ли дело в оружии. Скорее всего, эти двое просто оказались слабыми чмошниками. Впрочем, какими бы слабыми ни были громовые звери, они не могли не выдержать даже хлама, что я подобрал в Древних Запретных Землях.
С этими словами он подобрал туши убитых зверей и зашагал прочь.
Однако, услышь император Цзо, оставивший свои кости в Древних Запретных Землях, эти слова, он бы наверняка выпрыгнул из гроба и отвесил Чэнь Чаншэню пару звонких пощечин.
А после, вцепившись тому в воротник, взревел бы в бешенстве:
«Хлам?! Да как у тебя язык повернулся назвать эти вещи хламом?! Меч Чжэньу — это оружие воинов седьмой ступени, а золотая страница и вовсе служила мне защитным зеркалом для сердца! То, что смертный мастер моего уровня использовал как последнюю козырную карту, для тебя — мусор?! Пусть меч и был сложен надвое волоском существа из Запретных Земель, а страница — небрежно отброшена им же, но много ли в этом мире найдется мест, подобных Древним Землям? А твой громовой клан… Да они и пса сторожевого у входа в те земли не стоят!»
***
Громовое племя.
Хрусь!
Две чешуйки внезапно покрылись трещинами и рассыпались в прах. Вождь клана нахмурился, глядя на осколки.
Два сильных воина на ступени Превращения Божества пали за столь короткий срок — какую же грозную силу накликал на свою голову Лэйшань?!
Мысль эта заставила его немедленно отдать приказ:
— Передать мой приказ: полный вперед!
Стоило слову сорваться с его губ, как тысячная стая громовых зверей взмыла ввысь, развивая предельную скорость.
Устремив взгляд в даль горизонтов, вождь прорычал сквозь зубы:
— Кто бы ты ни был, я, Лэй Юнь, разорву тебя на куски и отомщу за сына!
С этими словами его скорость возросла еще на треть.
Выступление всего клана громовых зверей в полном составе незамедлительно взбудоражило обитателей Десяти Тысяч Великих Гор.
Узнав, что молодой господин громовых зверей был убит, остальные кланы сначала испытали шок, а затем заняли выжидательную позицию, предвкушая кровавое зрелище.
Если кто-то посмел бросить вызов громовым зверям, значит, за его спиной стоит сила, ничуть не уступающая им.
Два тигра сойдутся в схватке — кто-то неизменно падет. Наблюдать за таким представлением выпадало шанс разве что раз в тысячелетие.
— Ух!
Штормовой ветер ломал верхушки вековых деревьев, когда стая, мчавшаяся на всех парах, наконец достигла места гибели Лэйшаня.
В радиусе пятисот ли с Лунной пещерой в центре царила мертвая, зловещая тишина.
Столкнувшись с такой странностью, хищники, затаившиеся на границе этой зоны, тотчас принялись перешептываться:
— Что-то здесь нечисто…
— Есть идеи, чьи это владения?
Множество чудовищ принялось гадать наперебой.
Тогда гигантский человекоподобный паук размером с холм прогулочно вымолвил:
— Если не ошибаюсь, впереди земли селения уи.
— Уи? Они что, с дуба рухнули — бросать вызов этому безумцу Лэй Юню? К тому же, откуда у уи силенок прикончить Лэйшаня?
— А вот и проверим, они это или нет. Хотя мне кажется, за спиной местных стоит какой-то могущественный старец. Одним силам уи такое было бы не по зубам.
Пока звери предавались спорам, сам Лэй Юнь наконец отыскал то, что осталось от его наследника.
Увы, от некогда полного сил молодого зверя остался лишь белоснежный череп.
Еще более дерзким было то, что прямо рядом с головой сына кто-то оставил несколько строк, выцарапанных на камне:
«Мясо пустил на похлебку, а череп возвращаю хозяину. И да, советую не соваться дальше — вас слишком много, столько нам за раз не съесть».