Глава 542 - Базэ зовет на помощь: явился «должник»!
Прошла тысяча лет с тех пор, как Императрица Феникс канула в лету, а Восемь Пустошей и Девять Пределов всё продолжали цвести и развиваться.
Прошло одна тысяча восемьсот лет. Огромный белоснежный пес вернулся из странствий, громко матерясь на чем свет стоит. В тот же день Базэ самолично заявился в Академию Гор и Реки и уволок с собой Ван Хао.
Прошло две тысячи триста лет. Пес объявился вновь, и ругань его стала еще яростнее. На этот раз он простоял у порога дома Е Юнсяня трое суток кряду, пока не вытащил за шкирку и его.
Прошло три тысячи лет. Базэ вернулся в третий раз. На сей раз он не изрыгал проклятий, но в глазах его залегла глубокая, свинцовая усталость.
Три возвращения подряд наконец привлекли всеобщее внимание: трое могучих мужей преградили псу дорогу, требуя объяснений. Базэ пришлось потратить немало сил на уговоры, прежде чем те неохотно расступились.
В тот раз за псом последовали Бессмертный Король Льда и Огня вместе с Финансовым Богом Небесного Двора.
Прошло пять тысяч лет. Пёс приплелся обратно весь в кровоточащих ранах и прямиком направился за подмогой на Лунхушань. На сей раз с ним ушли Ху Тудоу и Су Ваньэр.
Спустя семь тысяч лет дела у Базэ шли хуже некуда. Он харкал кровью прямо на ходу, продолжая рыскать в поисках бойцов. Чэнь Сян и Инь Ци были увлечены им следом, но юного Цзыпина пёс силой заставил остаться.
Прошло восемь тысяч лет. На этот раз пса швырнули вниз с небес так жестоко, что он рухнул камнем.
Поняв, что в Восьми Пустошах и Девяти Пределах больше не осталось никого, кто мог бы переломить ход битвы, Базэ после долгих колебаний вновь спустился в Обитель Сансары.
Вот только на сей раз желанного союзника он там не обрел. Скрепя сердце, ему пришлось выпустить в большой мир самого Цзыпина.
Стоило Цзыпину покинуть пределы обители, как из глубины вечной тьмы донесся тяжелый вздох, за которым последовал тихий диалог:
— Ты и впрямь намерен идти спасать его?
— Да.
— Разве не было бы лучше, если бы он сдох?
— Его смерть избавила бы меня от многих хлопот. Но если он умрет — проиграю и я.
— Уверен в исходе?
— Едва ли. В этот раз он задирает слишком опасных игроком.
— Думаешь, он победит?
— Он всегда побеждает. Ну а то, что он огреб на этот раз… пустяки, всего лишь пара синяков.
— Проводник душ может пасть, но он никогда не остается лежать в пыли. Он неизменно возвращается, чтобы затеять игру сызнова.
С этими словами Фуяо, властитель Обители Сансары, шагнул во тьму.
Лишившись стольких столпов, Восемь Пустошей и Девять Пределов затряслись от внутренних потрясений. Тем не менее благодаря жесткой руке Небесного Двора общий порядок удавалось удерживать на плаву.
Прошло десять тысяч лет с исчезновения Императрицы Феникс. Рассекая черное небо, яркая падающая звезда с чудовищным грохотом врезалась в материк!
— Бум!
Удар чудовищной силы оставил на земле исполинскую воронку. Из дымящихся глубин кратера на четвереньках выбралась фигура, сплошь покрытая кровавыми лохмотьями и напоминающая безумного демона.
Вскинув взгляд к синеве небес, исступленный мужчина прохрипел:
— Во второй раз… Меня уже во второй раз сбивают оттуда! Во время битвы на Тропе Восхождения меня, Чэнь Чаншэня, вот так же швырнули вниз. Не прошло и десяти тысяч лет, как я перевернул вверх дном три тысячи миров! Погодите же, на сей раз я заставлю вас пожалеть о самом своем рождении!
Тяжело раненный Чэнь Чаншэн определил по звездам направление и хромая поплелся в сторону Лунхушаня.
***
Лунхушань.
— Уважаемый наставник, вот общая сумма доходов за прошлый год: предприятия под началом Лунхушаня принесли в казну семьсот восемьдесят миллионов капель божественного первоначала, — молодой даос почтительно докладывал старому Небесному Мастеру о финансовых делах.
В этот момент в келью влетел сопляк-служка:
— Прадедушка! К воротам пришел какой-то оборванец и требует аудиенции лично с вами!
Не поднимая головы, старый Небесный Мастер махнул рукой:
— Наверняка очередной бродячий странник ищет легкой наживки. Пусть Третий ученик выставит его за дверь.
Служка замялся, нервно теребя подол халата:
— Но… но у него в руках именная нефритовая пайцзы Небесного Мастера Лунхушаня!
— Вспышка!
Старик подорвался с места так резко, будто под ним полыхнул огонь.
Именных жетонов Небесного Мастера во всем ордене существовало ровно два: истинный и дубликат. Дубликат старейшина лично вручил Чэнь Чаншэню в те времена, когда тот еще не обрел утраченную память — исключительно ради того, чтобы уберечь того от лишних стычек на пути в Обитель Сансары.
Позже события понеслись вскачь, и ситуация полностью вышла из-под контроля Лунхушаня, а реликвия так и осталась у Чэнь Чаншэня.
Раз этот жетон вновь дал о себе знать, значит, беглец, сгинувший на целых два десятка веков, вернулся.
Тяжело вздохнув, старик приказал:
— Передай всем: с сегодняшнего дня Лунхушань закрывает врата для любых гостей.
Младший даос растерянно моргнул:
— Но почему, прадедушка?
— Потому что явился старый должник, с которого пора взыскивать по счетам.
Тихий внутренний двор Лунхушаня.
— Фух… — старый Небесный Мастер медленно выдохнул мутный воздух и произвел пасс руками. — Твою рану я временно стабилизировал. При твоих способностях должно хватить времени на полное восстановление.
Ободранный, избитый Чэнь Чаншэн мрачно посмотрел на собеседника:
— Старый черт, если бы мне требовалось лишь залечить царапины, я бы не стал утруждать тебя визитом. Ты прекрасно знаешь, чего я добиваюсь. Короче: помогаешь ты или нет?
Старик горько усмехнулся:
— Базэ прибегал сюда столько раз, что я и сам чувствовал: дело пахнет керосином. Если уж он со всеми этими силами не смог переломить исход, неужели мой крошечный Лунхушань способен исправить положение?
— Разумеется, один лишь Лунхушань не справится. Именно поэтому я намерен привлечь и остальных. А к тебе заглянул лишь потому, что твой порог оказался ближе прочих.
Поймав его стальной, не терпящий возражений взгляд, старый Небесный Мастер сжал губы в нитку:
— Мы — дети этого мира. Раз тебя прищемили на чужбине, мы обязаны помочь вернуть должок. Но сперва ты должен выложить всё как на духу: что там стряслось?
Напустив на себя ледяное спокойствие, Чэнь Чаншэн заговорил:
— Покинув Восемь Пустошей вместе с Хуафэн, мы двинулись на самый край Великой Пустоты. Добравшись до конца Пустоты, Хуафэн использовала собственную Небесную Судьбу как мост, прорубив дорогу дальше. Только тогда я наконец уразумел, почему мне никак не удавалось найти выход из нашего мира: чтобы покинуть его, необходим мост из чистой Судьбы, либо собственная мощь уровня Повелителя Судьбы.
— И что потом? Разве Императрица Феникс не прикрывала твои тылы?
— Оказавшись по ту сторону, Хуафэн ушла своей дорогой — у нее имелись собственные дела. Я же принялся исследовать неизведанное.
Бросив на гостя подозрительный взгляд, старик покачал головой:
— Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы верить в случайности. Появившись на чужой земле, ты по определению должен был сперва затаиться и всё просчитать. Что ты успел натворить?
Усмехнувшись, Чэнь Чаншэн обнажил белые зубы:
— Ничего особенного. Просто разворотил их родовые могильники.
У старого Небесного Мастера задергался правый глаз.
— Подобные безумства я еще мог бы ожидать от Базэ, но от тебя…
— В нормальных условиях — разумеется, нет. Но они сами напросились. Первую тысячу лет всё шло тихо, пока нас не засекла Бездонная Цитадель. Вот тогда пламя войны и полыхнуло во всю силу.