Глава 467 - Тридцать лет расстановки сетей, убийство Цянь Я
Прошло пятнадцать лет с момента появления коммуникаторов.
Под жестким прессингом со стороны богов и демонов Академию Гор и Реки покинула большая часть наставников.
В то же время, лишившись покровительства Демонического Двора, простому люду и людям-землянам стало жить невыносимо тяжело.
Из-за былого противостояния с демонами ни одна влиятельная секта в мире не осмеливалась приютить изгнанных учителей.
Желая заработать на скудные ресурсы для духовного совершенствования, бывшим преподавателям академии пришлось обучать людей основам даосизма прямо через коммуникаторы Цилин.
***
Прошло двадцать лет с момента появления коммуникаторов.
Секреты исцеления и укрепления духовного фундамента окончательно разошлись по всем Девяти Пределам, из-за чего пропасть между истинными гениями и посредственностями стала непреодолимой.
Если жизнь рядовых культиваторов на средних и низших ступенях более-менее наладилась, то верхушку Девяти Пределов штормило не на шутку.
Божественные и демонические кланы развернули беспощадную охоту на тех, кто в свое время следовал за Маленьким Королем Павлином.
Даже Хуафэн подверглась смертельному преследованию, и лишь личное вмешательство альянса Цилин спасло ей жизнь.
Впрочем, все эти бури ничуть не затрагивали Чэнь Чаншэна, безмятежно торговавшего мелочами.
Прошло тридцать лет с момента появления коммуникаторов.
Противостояние между «новой эпохой» и союзом богов с демонами достигло точки кипения.
В один из дней, стоило Цянь Я покинуть пределы безопасной зоны, как ей наперерез вышли трое незнакомцев.
— Это еще что за фокусы? — брови Цянь Я сошлись на переносице при виде преградивших дорогу массивных гробов.
Двое могучих бойцов ступени Преображения Зародыша немедленно заслонили девушку своими телами.
Из одного гроба раздался глухой голос:
— Этому миру не нужны ни «новая эпоха», ни эти проклятые коммуникаторы. Не спорю, талантом заколачивать деньги ты обладаешь выдающимся, но без реальной силы ты — всего лишь ничтожный муравей.
Цянь Я лишь усмехнулась в ответ:
— Прежде чем заявлять о намерении прикончить меня, вы хоть соразмерили свои силы?
— Будь у нас хоть капля сомнений, мы бы не сунулись сюда.
Крышка гроба со скрежетом поползла вбок, и изнутри поднялась высохшая, похожая на мумию фигура.
Фу-ух!
Мертвец жадно распахнул рот, втягивая в себя неисчислимые потоки природной ци с небес и земли.
Его иссохшее тело на глазах наливалось силой и плотнелo, пока наконец не превратилось в мужчину средних лет с кожей цвета горького шоколада.
Ха-а…
Сладострастно простонав, мужчина перевел взгляд на побледневшую Цянь Я и с мягкой улыбкой произнес:
— Знаю, ты ждешь, что явится Чэнь Чаншэн и спасет твою шкуру. Но, увы, ему сейчас совсем не до того. Будучи Проводником душ, он горделив до мозга костей. Раз уж он проиграл в этой эпохе, он не сдвинется с места. Для него вы все — не более чем расходный материал, удобные инструменты для достижения целей.
Цянь Я невольно ахнула:
— Господин… и есть Проводник душ?
Услышав это, смуглолицый мужчина сперва опешил, а затем расхохотался:
— Судя по всему, вы до сих пор понятия не имели о его истинной личине. Впрочем, на него похоже — он вечно любит окутывать себя ореолом таинственности. Когда я возглавлял племя могучих ослов, нам уже доводилось сталкиваться. По правде говоря, этот парень просто обожает пустить пыль в глаза.
Услышав знакомые нотки, Цянь Я едва заметно скривилась, а затем демонстративно опустила взгляд на зажатый в ладони коммуникатор:
— Знаете что? Я всего лишь бухгалтер, во всех этих высоких материях не смыслю. Лучше обсудите свои дела с ними.
С этими словами незнакомец перевел взгляд в сторону и увидел, как к ним неспешно приближаются Хуафэн и её товарищи.
Ничуть не смутившись появлением столпов «новой эпохи», мужчина лишь беззаботно улыбнулся:
— Ваши таланты и впрямь неплохи, но в моих глазах вы не представляете собой ничего особенного. Знаете, почему я превратился в это полудохлое создание, похожее одновременно на демона и призрака? Всё потому, что я веками уклонялся от небесной кары. А это значит лишь одно: я — истинный избранник небес. Пропасть между вашей и моей силой не преодолеть никакими императорскими артефактами. Теперь, когда удача Демонического Двора в моих руках, Небесная кара больше не станет цепями на моих ногах. Лучше покоритесь судьбе без лишнего сопротивления.
Хуафэн смерила его холодным взглядом и произнесла:
— Ма Зоужи, старейшина племени могучих ослов. Еще до Войны Расколотого Неба ты достиг пика ступени Бессмертного Владыки. С тех пор минуло столько лет, ты наверняка уже шагнул в ранг Бессмертного Монарха.
— Верно. Если бы не путы небесной кары, этот мир давно не позволил бы вам здесь бесчинствовать. Я хотел подождать, пока Чэнь Чаншэн раздобудет способ преодолевать грозовую напасть для таких, как мы, и лишь потом заняться вами. Но вы слишком зарвались, так что пришлось брать дело в свои руки.
Ма Зоужи перевел взгляд на пустую поляну неподалеку и бросил:
— Выходите уже. Разве могли вы пропустить гибель соплеменников?
Стоило ему договорить, как из тени выступили Сюй Мао и Юэин.
Появление каждого нового лица вполне укладывалось в расчеты Ма Зоужи, но когда из пустого воздуха шагнул последний человек, лицо седого старика наконец исказилось от паники.
— Тск-тск! — раздался насмешливый голос. — Не впервой же видимся, с чего вдруг такая паника? Помню, когда Ху Цююй отчитывала тебя в былые времена, её любимой фразой было: «Содрать с этой паршивой ослятины шкуру да пустить на клей!» По-моему, единственная польза от тебя, Ма Зоужи, — сгодится на ослиный студень. Осел он и есть осел, ума палата.
Хлопая в ладоши, из пространства появился Чэнь Чаншэн. По его велению вокруг вспыхнули бесчисленные мощные узоры формаций, выкуривая из засады всех оставшихся в тайне лазутчиков.
Нахмурившись, Ма Зоужи процедил:
— Чэнь Чаншэн! Ты уже проиграл! Неужели ты всерьез намерен сжечь все мосты?
Вместо ответа прежний хладнокровный мастер зашелся звонким, заливистым смехом, сгибаясь пополам.
— Ха-ха-ха! Осел остается ослом! До сих пор не сообразить, кто проиграл, а кто выиграл — умора!
С этими словами Чэнь Чаншэн поманил пальцем кого-то из свиты Ма Зоужи.
Тут же из рядов противника послушно вышли трое молодых людей.
— Позвольте представить вам этого молодого человека. Это Ма Ху, двоюродный брат Ма Гуана, выдающийся представитель молодого поколения племени могучих ослов. А это Ян Цзянь, гордость и надежда трехглазых. Ну а третий — Кун Сюань, предатель, внедренный вами в окружение Сяо Минвана.
Лицо Ма Зоужи окончательно посерело.
— Вы… Вы что же, решили предать свой собственный род?
Ма Ху покачал головой:
— Старейшина, мы никогда не предавали свой народ. Мы просто бессильны перед лицом неизбежного. Даже если мы сложим головы в этой бойне, от этого не будет ни малейшего толка. Всё, что нам остается, — это стоять в стороне.
С этими словами троица молча отошла в самый хвост формации Чэнь Чаншэна.
Окинув взглядом помрачневшее лицо Ма Зоужи, Чэнь Чаншэн снисходительно улыбнулся:
— Ты, должно быть, до сих пор не понял, в чем именно твоя ошибка. Ради старого знакомства я разжую тебе всё по полочкам. С того самого дня, как я решил изменить этот мир, я опасался лишь одного — вас. Я боялся, что вы утащите за собой в могилу всё будущее этого мира, ибо хрупкое мироздание не вынесет столь масштабных потрясений. Именно поэтому я потратил тридцать долгих лет, чтобы превратить вас в истинных одиночек.