Глава 452 - Битва на пороге и последний меч
Племя могучих ослов.
На почетном месте восседал благообразный с виду мужчина.
Вокруг же него стройными рядами стояли зловещие гробы.
— Почтенные, Проводник душ уже объявился. Если мы промедлим хоть мгновение, то безвозвратно упустим инициативу.
Едва стихли его слова, как из древнего гроба донесся глухой голос:
— Небесная кара всё еще не разрешена, как мы можем выступать?
Усмехнувшись на это, мужчина парировал:
— Кто сказал, что Небесную кару нельзя разрешить? Разве метод обретения божественности через царственную удачу — не выход из положения?
— Не только Академия Гор и Реки способна возносить героев на небеса с помощью удачи, Демонический Двор может сделать ровно то же самое.
— Академия Гор и Реки ведет себя надменно и самовластно, а новоявленный клан демонов пожинает чужие плоды. Люди явно слабы, но при этом забирают себе львиную долю щедрых ресурсов.
— Неужели вы, почтенные, готовы смирно смотреть, как творится подобное безобразие?
В ответ на тираду мужчины заговорил обитатель другого гроба:
— Удача и впрямь способна отвести грозу небесной кары, но Проводник душ — не та птица, которую легко прихлопнуть.
— Если бы его можно было прикончить походя, Трехтысячников бы уже не стерли с лица земли.
— В обычное время мы действительно не смогли бы с ним совладать, но нынешняя эпоха — самое благодатное время для его убийства.
— Во время первой битвы на Пути Восхождения на Небеса его защищал Небесный Владыка, да к тому же дамокловым мечом висели Древние Запретные Земли, так что никто и помыслить не смел о нападении.
— В последующие эпохи за его спиной неизменно стояли избранники судьбы и те, кто мог с ними тягаться.
— Но теперь все они исчезли.
— Небесный Владыка и Великий Мудрец заперты Небесной карой, к тому же они держат путь в дальний поход и физически не могут выкроить время для защиты Чэнь Чаншэна.
— Император Демонов пал, Белокурый Мечник тяжело ранен, а Нефритовый Император и вовсе обратился в пепел.
— Мало того, взойдя на трон по воле Небес, Нефритовый Император вдрызг разругался с Древними Запретными Землями, лишив Проводника душ их покровительства.
— Положим руку на сердце, неужели вы не видите, что лучше момента нам не сыскать?
После этих слов царящее среди гробов гробовое молчание стало еще осязаемее.
Долгое время спустя раздался голос:
— Еще два вопроса. Откуда нам знать, что у Проводника душ не осталось припрятанных козырей?
— Ударим по людям, принудив Проводника вмешаться.
— Раз он объявился, то не сможет закрыть глаза на истребление собственного рода.
— Если у него и впрямь за пазухой мощная опора, мы всегда успеем вовремя дать задний ход.
Получив такой ответ, собрание ненадолго погрузилось в раздумья, в конце концов молчаливо одобрив план.
— Второй вопрос: с какой стати нам доверять тебе?
— Ты — бывший верховный малефик, много ли весит твое слово?
Столкнувшись с таким скептицизмом, Ван Хао лишь мягко улыбнулся:
— Вы, конечно, не можете верить ни единому моему слову, но вот цель у меня с вами общая.
— Моя очаровательная матушка-предкиня сошлась с Проводником душ, а раз я хочу свести с ней счёты, мне неизбежно придется прикончить и Проводника.
— Иначе с какой стати мне утруждать себя союзом с вами? Не проще ли было самому разыскать его?
При этих доводах подозрения старейшин немного поутихли.
Инсинуации вокруг имени Линцанчжоу в свое время гремели на весь свет, и «родственнички» уже давно были связаны кровной враждой, не предполагающей компромиссов.
— Хорошо, пусть будет по твоему плану.
— Начнем с удара по людям, дабы нащупать истинную силу Проводника.
Едва замолк голос, как гробы синхронно растворились в воздухе.
Осташись в пустом мрачном подземелье, Ван Хао позволил уголкам губ изогнуться в ядовитой усмешке.
— Ох уж эта моя очаровательная матушка-предкиня!
— Твой вкус поистине безупречен, только вот шагать рука об руку с этой тухлой компашкой — путь в никуда.
— Какая досада: пока Чэнь Чаншэн путает мне карты, в ближайшие несколько тысяч лет мне не удастся как следует насладиться твоим убийством.
...
Стена Мечей.
— Вспышка!
Ослепительная рубящая аура свистела над зубцами стен. Скрестив ноги, Фей Юнь медитировал, окруженный роящимися вихрями хаотичных мечевых клинков.
За минувший год упорной шлифовки намерения его клинка достигли небывалых высот.
Любопытно было и то, что по мере бесконечной огранки этой воли сам Фей Юнь неуклонно... уменьшался в объемах.
Под конец он и вовсе превратился в стройного, изящного молодого господина.
— Хрусь!
С него отвалился еще один кусок ржавчины размером с рисовое зернышко.
Заметив это, Фей Юнь непроизвольно скривил лицо в уродливой гримасе.
Целый год!
Целый проклятый год он горбатился изо всех сил, и все, чего добился — соскреб ржавчины с пол-монетки!
Сколько же времени уйдет на то, чтобы очистить клинок целиком?
С этой мыслью он скосил глаза на сидевшую поодаль Су Ваньэр.
Всю эту долгую дорогу он без устали оттачивал свое мастерство.
А вот Су Ваньэр проводила время на редкость безмятежно: то бренчала на цитре, то погружалась в медитацию над царственными чарами меча «Цзиньхун» («Утренний Сюн»).
И при этом в столь «расхлябанном» режиме культивации от нее постоянно исходили едваловимые волны Дао.
Если бы не ее доказанная ступень Того Берега, Фей Юнь порой всерьез начинал подозревать, что девчонка уже прорвалась к уровню Божественного Царства.
— Ваньэр, господин отлучился уже давно. Когда он соизволит вернуться?
— Не ведаю, но нутром чую — он явится со дня на день.
— С чего бы это?
— Потому что этот «ржавый меч» словно начинает оживать на глазах.
С этими словами Су Ваньэр опустила взгляд на зажатый в ладони «Цзиньхун».
За минувшие месяцы она всей душой впитала заложенные в нем смыслы.
Пусть до техники «Падающий снег в мире людей» ей всё еще было далеко, в ней самой уже пробудилось непреодолимое желание взмахнуть клинком.
Непонятно почему, но ей казалось: стоить ей нанести удар...
Как давно «умерший» железный клинок вмиг обретет новую жизнь.
Безлюдные пустоши.
Осушенный добела мертвец неподвижно застыл на земле в позе лотоса.
Спустя долгое время высохшие глазницы мумии медленно приоткрылись.
Вглядываясь в бесконечную пучину пустоты, мертвец хрипло проскрипел:
— Земля, напрочь лишенная самой сути жизни... Очевидно, она порождена не силами природы.
— Какое же сокровище вы отсюда утащили?
С этими словами из омертвелого тела хлынули потоки буйной жизненной энергии, и иссушенная плоть стала стремительно наливаться силой.
Вскоре полностью восстановивший форму Чэнь Чаншэн поднялся на ноги.
— Раз уж вам неймется сражаться — да будет бой.
— Вы так долго готовились, должно быть, уже придумали, как меня прикончить.
— Посмотрим, удастся ли вам отнять у меня жизнь.
Завершив мысль, Чэнь Чаншэн развернулся и зашагал в сторону Стены Мечей.
Все приготовления подошли к концу, и перед началом грандиозной бойни не грех зарезать пару паршивых крыс на жертвенном алтаре.
Обычная улочка земного селения.
Старый зеленщик затуманенными глазами вгляделся куда-то вдаль.
Ощущая на расстоянии эту едва уловимую ауру меча, старик пробормотал под нос:
— Господин, не то чтобы я не желал встретиться с вами... Просто мои пальцы больше не в силах сжимать рукоять.
— Нынешний я уже не способен взмахнуть тем мечом, что рубит все связи с миром.
Пока он говорил, спрятанный на груди обломок древнего клинка издал звонкую трель.
Удивившись, старик перевел взгляд на железяку:
— Мэн Юй, неужели ты тоже хочешь, чтобы я в последний раз помог господину?
В ответ на его слова обломок зазвучал еще яростнее.
Уловив этот трепет, тусклые глаза старика мгновенно прояснились.
— Ха-ха-ха!
— Знал же я, что ты не дерзишь на меня зла! Раз уж ты согласен, позволь мне вновь послужить господину и нанести этот прощальный удар!
С этими словами притустроившийся у лотка старик выпрямился во весь рост.
В его тщедушном теле таилась мощь, способная сдвинуть горы.