Глава 440 - Последняя надежда. Чэнь Чаншэн: «Я вырву для тебя шанс на жизнь!»
Выслушав Е Юнсяня, Ту Цзяоцзяо сглотнула подступивший ком:
— Выходит, чем больше твоих собратьев падет в разведке, тем выше шансы выжить у моего учителя?
— Ошибаешься.
— Сколько бы они ни исследовали, судьба твоего учителя от этого не изменится.
— В ту самую минуту, когда она решила принять удар, ей была уготована страшная смерть.
— Почему? — помимо воли сорвалось с губ Ту Цзяоцзяо.
Е Юнсянь ответил без эмоций:
— Небесная кара индивидуальна.
— Вы, девять прямых учеников, пробиваете дорогу для нового поколения.
— А ваш учитель прокладывает путь для истинных небожителей.
— Чем выше сила, тем страшнее кара.
— Будучи одной из семьдесяти двух учениц Великого Мудреца, твоя наставница обладает колоссальной силой.
— Ее гроза будет несоизмеримо мощнее нашей. В таком испытании ей не выжить.
Цзян Лин тут же вскинулась в знак протеста:
— Чушь! Моя учительница обладает безграничной силой и готовилась к этому дню годами! Она обязана преуспеть!
— Ха-ха-ха!
— Твой кругозор слишком узок. Знай ты всю правду, не была бы столь наивна.
— Поверь, даже сам основатель академии, Великий Мудрец, пал жертвой этой ловушки.
— Вы готовились жалкие годы, тогда как другие начали подготовку еще до зарождения самой грозы.
— И до сих пор никто не нашел выхода.
— С чего ты взяла, будто твоя наставница умнее прочих?
Сломленная этими словами, Цзян Лин бессильно опустилась на землю:
— Раз небеса перекрыли все пути для смертных, зачем ты вообще затеял всё это?
— Чтобы найти лазейку.
— Ты что, сильнее Великого Мудреца?
— Насчет силы не скажу, но в некоторых вещах я и впрямь превосхожу его.
— Тогда откуда такая самоуверенность?
— Сам по себе я слаб. Но есть тот, кто справится.
— Кто же?
— Создатель системы Горького Моря. Этот упрямец вечно умудряется откопать что-то невероятное.
— Если даже он потерпит крах, гроза будет держать в тисках всё живое еще очень и очень долго.
В ответ на это Ту Цзяоцзяо лишь горько усмехнулась:
— А я-то думала, ты герой без страха и упрека, а ты обычный трус!
— Имеешь силы — иди и сразись с карой сам. Прятаться за чужими спинами — много ума не надо.
Е Юнсянь лишь шире улыбнулся на ее насмешки:
— С чего ты взяла, будто я не пробовал?
— То есть?
Е Юнсянь не стал отвечать сразу. Переведя взгляд вдаль, он произнес:
— Я уже девять раз прошел через грозу, и каждый раз терпел крах.
— Не встреть я его, десятая попытка стала бы для меня последней.
— Раз уж есть шанс выжить, помирать просто так мне не улыбается.
— Боль распадающейся плоти можно стерпеть, но умирать глупо я не намерен.
***
Испытание продолжалось, и прямые ученики академии падали один за другим.
Арсенал примененных ими техник охватывал едва ли не девять десятых всех известных путей Дао.
И тем не менее все они сгинули под ударами молний.
Самый удачливый из адептов сумел добраться до восьмого удара Шестикратной грозы.
Но и он рухнул на последнем, девятом рубеже.
Гибель всех семерых учеников повергла наблюдателей в пучину отчаяния.
Единственной надеждой оставалась старшая ученица Великого Мудреца.
Если и ей не удастся одолеть небесную кару, этот мир окончательно погрузится во тьму.
С этими мыслями все взоры обратились к центральным постройкам академии.
Академия.
Семь могильных плит безмолвно застыли на косогоре. Рядом зияла свежая, пустая яма — восьмая могила, ожидавшая своего часа.
— Ты тоже не веришь, что я справлюсь?
Голос раздался за спиной Чэнь Чаншэна.
Даже не оборачиваясь, он спокойно ответил:
— Ни один из них не смог пройти даже первый этап.
— Что кроется за ним, мне неведомо.
— Но ты и сама чувствуешь: для младшего поколения предел ограничен именно этой чертой.
— Стоит перешагнуть его — и они спасутся. А дальнейший путь — удел истинных гениев.
— Будь гроза слабее, она не удерживала бы всех нас столько эпох.
Помолчав, девушка горько закусила губу:
— Ты прав. Первый этап еще можно обмануть.
— Искусственные законы, массивы, редкие артефакты — всё это способно ослабить удар.
— Но последние молнии... от них не укрыться. Их нужно принять на себя.
— Им не хватило прочности плоти, не хватило мощи основы. Вот они и сломались.
Чэнь Чаншэн наконец повернулся к ней:
— Отбрось все ложные варианты, и то, что останется — сколь бы невероятным оно ни казалось, — и будет истиной.
— У Цзян Лин прочный фундамент, а Ту Цзяоцзяо — чистокровный дракон, ее тело несокрушимо.
— У этих двоих есть шанс пройти первый этап.
— Да, — кивнула девушка. — Ты прав, именно они ближе всех к разгадке.
— Если так, зачем ты позволил Е Юнсяню увезти их?
— Потому что я не даю стопроцентной гарантии. Погибни они здесь — и мы проиграем всё.
— Раз уж явился сам Старший, самые ценные семена надлежит вверить тебе.
Чэнь Чаншэн надолго замолчал.
Спустя долгие мгновения он вымолвил:
— Если память мне не изменяет, твое имя — Юйцин?
— Да, меня зовут Сунь Юйцин.
— Хорошо. Я понял. Есть еще что сказать?
Девушка сглотнула подступивший ком и прошептала:
— Старший... я боюсь!
— Я боюсь не осилить эту грозу, боюсь навек разлучиться со старшими братьями.
— Жалеешь?
— Ни капли!
— Вот и ладно!
— Сегодня я лично стану твоим щитом. И даже если сами небеса вознамерятся испепелить тебя, я вырву для тебя шанс на жизнь из зубов ублюдочной судьбы!
С этими словами Чэнь Чаншэн протянул руку и ласково потрепал Сунь Юйцин по голове:
— Вы все славные дети. Этот путь должны были пройти мы, старики, но в итоге бредти по нему выпало вам. Тяжка ваша ноша.
Ощутив тепло его ладони, девушка слабо улыбнулась:
— Раз за моей спиной сам Старший, мне больше не страшно.
— Академия Гор и Реки непременно вернет Великое Дао этому миру!
С этими словами Сунь Юйцин разорвала пространственную трещину и шагнула внутрь.
Таившиеся в тенях могущественные фигуры тут же устремились следом.
Эту потрясающую воображение грозу нельзя было принимать в пределах Девяти Земель — лишь безграничная пустота была способна выдержать ярость грядущего катаклизма.