Глава 381 - Хуафэн просит об ученичестве, субсидия от демонов
услышав это, Чэнь Чаншэн отложил палочки для еды и с живым интересом посмотрел на Хуафэн.
Видя это, Цянь Я, последовав примеру Е Юнсяня, принялась уплетать изысканные яства.
Ей казалось, что происходящее не имеет к ней никакого отношения.
— Хлёсь!
Едва Цянь Я подняла пресную лепешку с дикими травами, как ей тяжело приложили по макушке.
Когда она снова подняла голову, та самая лепешка уже оказалась в руке Чэнь Чаншэна.
В тот же миг Чэнь Чаншэн холодно бросил:
— Жрёшь и жрёшь!
— Только жрать и горазда!
— Другие едят, потому что обладают силой, а у тебя она есть?
Заметив, как Чэнь Чаншэн отчитывает Цянь Я, Е Юнсянь презрительно усмехнулся:
— Не пытайся копировать всё подряд. Прежде чем чему-то учиться, посмотри, подходит ли это тебе.
С этими словами Е Юнсянь продолжил трапезу.
— Говори, что ты о ней думаешь.
Кивком указав на Хуафэн, Чэнь Чаншэн предложил Цянь Я высказать свое мнение.
Немного подумав, Цянь Я заговорила:
— Действует решительно и без промедления. Настоящая принцесса рода павлинов.
— А ты? Что думаешь ты? — обратился Чэнь Чаншэн с вопросом к стоявшей рядом Су Ваньэр.
Такая внезапная перемена застала Су Ваньэр врасплох: она никак не ожидала, что старший Чаншэн спросит её мнения.
— Девица Хуафэн, без сомнений, превосходна. Её стойкости я еще не видывала ни у кого.
Пока они обменивались мнениями, стоявшая рядом Ху Тудоу извлекла шелковый платок и стер с пальцев Чэнь Чаншэна масляные следы.
Затем она бережно завернула лепешку в лист промасленной бумаги, чтобы его руки не испачкались.
— Хрусь!
Чэнь Чаншэн откусил кусочек от снаружи хрустящей, а внутри мягкой лепешки. Наслаждаясь её вкусом, он зажмурил глаза так, что они превратились в тонкие полумесяцы.
— Девочка, а ты что о ней думаешь?
Услышав это, Ху Тудоу бросила взгляд на стоявшую неподалеку Хуафэн и улыбнулась:
— Неплохо. По крайней мере, у нее есть право стоять перед молодым господином и держать ответ.
Собрав мнения троих, Чэнь Чаншэн подчистую умял свою лепешку.
Небрежно вытерев испачканные маслом руки о плечо Цянь Я, он закинул ногу на ногу и непринужденно произнес:
— Никак не возьму в толк, с какой стати ты вздумала проситься ко мне в ученицы?
— Твой брат — малой ван павлинов, его мощи завидует весь нынешний мир. Разве не было бы лучше обучаться у него?
Хуафэн ответила без колебаний:
— Брат передал мне всё, чему обучен сам, но я всё равно проиграла тебе.
— Этого более чем достаточно, чтобы доказать: его Путь мне не подходит.
— В таком случае тебе прямая дорога в Академию Гор и Реки. Вы ведь изначально сюда и направлялись.
— Учение Академии Гор и Реки объемлет мириады путей, через ее стены прошли бесчисленные исполины. Искать наставника тебе следует именно там.
— В Академии Гор и Реки нет моего Пути. Я пришла сюда в поисках «ремесла», а не «Пути».
Услышав это, Чэнь Чаншэн откровенно повеселел.
— Погоди-ка, твои слова звучат занятно.
— Я ведь и сам заявился сюда простым адептом. Если уж Академия не в силах научить тебя чему-то путному, с какой стати я смогу?
— Интуиция!
— Четкое чутье подсказывает мне, что ты сможешь меня научить, потому я и пришла.
— А если ты ошибаешься?
— Ошибаюсь я или нет, покажет проверка. Коли я и впрямь не права — уйду от тебя, а после брошу вызов и одолею.
— Победишь меня тем, чему научилась у меня же?
— Именно!
— И я не вижу ничего постыдного в том, чтобы одолеть тебя твоим собственным оружием.
Выслушав её, Чэнь Чаншэн смачно причмокнул губами:
— А в твоих словах есть зерно истины.
— Если память мне не изменяет, между нами был уговор.
— До тех пор пока ты не сможешь меня одолеть, тебе надлежит исчезать из виду при одном упоминании моего имени. Так что катись отсюда.
— Без проблем, но я еще вернусь.
Бросив это, Хуафэн решительно развернулась и зашагала прочь, а Чэнь Чаншэн вновь взялся за палочки.
Бросив косой взгляд на уплетающего еду товарища, Е Юнсянь холодно заметил:
— До чего же у тебя легкий нрав.
— Времени у меня вагон, так что сойдет за забавное представление.
— Ешьте давайте, завтра же второй тур испытаний.
***
Демонический Двор.
Огромный дворец казался до боли пустынным и безлюдным. На высоком троне восседал молодой мужчина.
В этот момент ему доставили нефритовый скан.
Приняв пластину, юноша погрузил в нее духовное восприятие и мгновенно уловил суть написанного.
— Десятикратно Совершенный Юноша... Какое заносчивое прозвище.
Услышав это, посланник почтительно склонил голову:
— Докладываю Императору Демонов: проделки этой принцепы уже взбудоражили весь наш род.
— Многие сородичи требуют примерно наказать Десятикратно Совершенного, а иные и вовсе предлагают оттяпать у людишек еще больше земель.
— Пусть человечишки станут нашими вассалами.
— Превратить людей в слуг... Любопытно.
— А что же Небесный Клан?
Запнувшись на мгновение, гонец ответил:
— Ровно то же самое.
— Большинство старейшин считают, что раз нынче поднебесная принадлежит нам, нет никакой нужды делить ее с двуногими и небожителями.
Выслушав доклад, молодой человек легонько постучал пальцами по подлокотнику.
Спустя долгое время он произнес:
— И старые демоны, и новоявленные придерживаются одного мнения?
— Так точно. Из земель ослиного племени тоже передали весть: лишь бы мир был объединен под единой дланью, а кто взойдет на трон Императора Демонов — дело десятое.
— Новые кланы или старые — значения не имеет.
Услышав это, юноша тихо рассмеялся.
— Этот мир неизменно норовит навесить на все сущее ярлыки.
— Люди, божества, демоны, те, что крылаты в небесах, те, что чешуйчаты в пучинах, и те, что бегают по земле.
— Они готовы за клеймить каждого жучка, превращая некогда цельный мир в груду уродливых осколков.
— Как было бы прекрасно объединить их всех воедино.
На эти слова стоящая внизу фигура не дала никакого ответа.
Видя это, юноша продолжил:
— Что там с выплатами для поступающих в Академию Гор и Реки?
— Докладываю Императору: все по заведенному порядку. Внутренним ученикам — по пять тысяч истоков духа ежемесячно, внешним — по две тысячи.
— Нынче сородичей, жаждущих поступить в Академию, изрядно прибавилось. Быть может, стоит урезать пособия?
— С каких это пор мы стали экономить на стипендиях?
— Как говорится, в дальней дороге и грош дорог, а уж нашим потомкам в их учебе... Если мы не способны гарантировать им запасы, не стыдно ли нам будет смотреть людям в глаза?
— Мой приказ таков: в этом году увеличить выплаты вдвое, а тем, кто отличится в учебе, выдать щедрые премии сверх того!
— Слушаюсь!
— А как насчет зверолюдов и прочих племен, предавшихся демонам?
— Мерить всех единой меркой!
— Упразднить прежние расхождения в выплатах. Всякий, кто принадлежит к роду демонов, независимо от его исконного племени, имеет равное право на субсидию.
Стоило ему это произнести, как стоявшая внизу тень нахмурилась:
— Подобный шаг, боюсь, вызовет смуту среди родов...
— Пусть приходят ко мне лично. Приказ отдал я, и за любые последствия отвечу головой.
Не дав фигуре договорить, молодой человек взмахом руки оборвал ее.
— Верно, а какова позиция Цяньюй?
— Земли Цяньюй по-прежнему благоволят людям, однако постоялый двор «Спокойствие» давеча объявил о бессрочном закрытии.
— Говорят, сам Бессмертный Повар затворился в горнице для медитации.
— Ха!
— Даже предки-поварята уходят в затворничество. До чего же потешно.