Глава 2372 - Прорыв Ши Ци: разить врага, но не мучить понапрасну!
Однако как эти гордые адепты древних родов могли стерпеть подобное унижение?
Один из них, семиступенчатый бессмертный король, решился на отчаянный шаг: собрав остатки сил, он попытался утащить Ши Ци за собой в могилу.
Но прежде чем он успел хотя бы на шаг приблизиться к мальчику, вмешался стояввший на страже Цуй Юньчжэн.
Пять световых колец взметнулись за его спиной, и молодой мастер семьи Цуй, обладая лишь четвертой ступенью ранга Бессмертного Короля, одним ударом отбросил безумца назад.
— Угомонись!
Новые раны лишь сильнее подорвали и без того иссякшие силы врага, погрузив его в пучину бессильного отчаяния.
Тем временем Ши Ци завершил подготовку. Мириады лепестков персикового цвета закружились в воздухе, и мальчик мягко взмахнул своей «веткой».
Вжух!
Сгусток энергии рассек морскую гладь и обрушился на уцелевшего шестиступенчатого короля, заставив того извергнуть фонтан свежей крови.
Ши Ци радостно вскрикнул: — Старший брат Чаншэн, я понял! Я понял, как нужно рассчитывать силу!
Глядя на расколотые волны и нетронутый корпус их собственной лодки, Ли Чаншэн невольно залюбовался мастерством мальчика.
Истинная мощь этого меча, не знающего крови, поражала воображение.
Если бы Ши Ци направил свой талант на постижение иных законов Дао, его будущие достижения превзошли бы любые ожидания.
От этой мысли в голове Ли Чаншэна внезапно всплыло едкое словцо:
[Портит чужих детей!]
Едва этот крамольный образ возник в сознании, парень тут же постарался вытравить его из памяти.
В конце концов, подобные шуточки позволено отпускать лишь небожителям, стоящим на вершине мира. вздумай он лягнуть такое вслух, его непременно ждала бы скорая и мучительная кара небес.
— Раз осознал — отлично. Если останутся силенки, проведи еще пару выпадов.
С легкой душой Ши Ци попытался взмахнуть рукой снова, но на полпути замер в нерешительности.
— Нет, сейчас я слишком слаб. Если продолжу махать мечом, руки просто отвалятся от усталости.
— Тот старец говаривал, что истинное мастерство рождается лишь из гармонии труда и отдыха. Иначе и до беды недалеко.
Пробормотав это, мальчик прикрыл глаза, и его аура вновь поползла вверх.
Его точная копия — еще один Ши Ци — отделилась от тела, преобразившись в сияющий зеленый светильник судьбы.
Материал этого артефакта не походил ни на золото, ни на нефрит, ни на медь, ни на железо, да и к обычной древесине или камню его отнести было нельзя.
Его субстанция казалась живой, меняясь в такт дыханию самого мира, а на поверхности проступали очертания целой зарождающейся вселенной.
При виде этой картины уголки губ у всех присутствующих нервно задергались.
Даже те четыре полутрупа из древних семей, что лежали на дне лодки, замерли в оцепенении.
Легенды о прорыве на каждом шагу слышали все, а вундеркинды, перескакивающие через несколько мелких ступеней за один присест, не были в диковинку.
Но чтобы кто-то прорывался просто потому, что ему так захотелось… такого они отроду не видывали.
— Старший брат Чаншэн, я прорвался! Я достиг уровня светильника судьбы!
— Этот светильник такой чудесный!
— Кажется, если я направлю его силу в клинок, мой меч станет еще быстрее!
Ли Чаншэн одобрительно кивнул: — Раз чувствуешь мощь — пробуй. Твой меч всё равно никого не убьет, так что можешь экспериментировать без страха.
— Хорошо! — охотно отозвался Ши Ци.
Бессмертные короли из вражеского лагеря: «……»
Пусть мы и не умрем, но ведь чертовски больно!
Вы вообще считаете нас за людей?
Безмолвно выругавшись про себя, пленники поспешно активировали остатки божественной силы для защиты и тайком приготовили сокрытые артефакты.
Хоть они и понимали, что обречены, любопытство пересилило страх: им до смерти хотелось увидеть, на что способен этот странный мальчишка, достигший столь необычного уровня.
Да, сейчас они были слабы, но при полной защите этот сопляк из мира светильника судьбы не должен был причинить им вреда.
Каждое движение поверженных врагов не укрылось от взгляда Лу Цзюня. Однако он даже не подумал вмешиваться.
В его ладони покоилось сокровище семьи Лу — колокол Первоначала. Стоило этим глупцам попытаться подорвать себя ради самоубийства, как он тут же отправил бы их на тот свет одним ударом.
— Руби! — звонко крикнул Ши Ци.
Зеленый светильник над его головой вспыхнул ослепительным сиянием самой жизни.
Лепестки превратились в плотный ливень клинков, устремившийся на врагов. Старейшины были уверены, что эта магия разобьется о их защитные барьеры.
Но произошло нечто невообразимое: едва соприкоснувшись с защитой, лепестки беспрепятственно прошли сквозь нее, словно сквозь воздух, и вонзились прямо в плоть бессмертных королей.
Враги: «……»
Я… кхм…
При виде этого зрелища у несчастных нашлось бы тысяча слов для ругани, но в горле застрял лишь горький ком.
А в следующий миг из глубин их душ полыхнула жуткая, нестерпимая боль.
Эта пытка разила не тело и даже не разум — она жгла саму истинную суть, самую основу их бессмертного духа.
Сразу стало очевидно: удар Ши Ци повредил духовные ядра всех четверых.
Видя, как те корчатся в судорогах, мальчик испуганно замер, словно провинившийся ребенок: — Старший брат Чаншэн, я… я случайно не слишком сильно ударил?
Фэн Жань перешагнул через борт, бегло осмотрел поверженных и констатировал: — Их духовные ядра изрядно потрепало.
— Еще чуть-чуть — и они бы отбросили коньки.
Глядя на их мучения, Ши Ци сжалился: — Старший брат Фэн Жань, убивай без лишних мук. Лучше прикончи их сразу, я больше не могу смотреть, как они маются.
Сотни глаз мгновенно уставились на Ши Ци.
Даже те четверо, что извивались от боли, замерли в ожидании.
— Я… я что-то не то сказал?
— Нет, ты сказал чистую правду! — Ли Чаншэн среагировал мгновенно и с улыбкой поддержал мальчишку.
Затем он с самым добродушным видом повернулся к корчившимся пленникам: — Вы же слышали слова моего друга?
— Если ваши раны неизлечимы, то ради избавления от страданий мне не останется ничего иного, кроме как отправить вас на покой.
Стоило этим словам сорваться с его губ, как все четверо противников в мгновение ока приняли самые благопристойные позы, а на их лицах не осталось и следа боли.
— Маленький друг обладает поистине непостижимым искусством владения мечом, равного которому нет ни в древности, ни ныне! Старик сегодня был счастлив расширить свой кругозор.
— Впрочем, юноша может не беспокоиться: мы всё же бессмертные короли, и тот удар не нанес нам смертельного вреда.
Семиступенчатый старик чеканил каждое слово с поразительной четкостью, хотя по его лбу ручьями катился холодный пот.
Улыбка на лице Ли Чаншэня стала еще шире: — Раз ранения не столь тяжелы, давайте обсудим кое-какие детали.
— Между нами пролегла река крови. Если вы не пожелаете сдаться, у меня просто не останется причин сохранять вам жизнь.
Старик судорожно сглотнул: — Подобные вопросы требуют времени на раздумья.
— Не уловил мысль. Можно чуть прямее?
— По всем правилам приличия вы должны сперва запереть нас в темницу, а уже потом постепенно склонять к покорности.
— Слишком скорый ответ подорвет нашу гордость.
— Разумные слова!
— Сдайте-ка мне все свои пространственные кольца, и я дам вам сколько угодно времени на раздумья.
Не дожидаясь повторения, четверка послушно вытряхнула на палубу все свои сокровища.
Тем временем спутники Ли Чаншэня дружно наложили на пленников тяжелые печати подавления.
Завершив дело, Лу Цзюнь бросил на них презрительный взгляд: — Вам еще повезло. Не будь Ши Ци столь милосердным, вы бы сегодня даже права на сдачу в плен не получили.
С этими словами он взмахнул рукой и упрятал всех четверых внутрь колокола Первоначала.
Успешно пленив врагов, Лу Цзюнь весело улыбнулся: — Ши Ци, я сегодня поймал знатную рыбину. Приготовишь нам похлебку?
— С удовольствием! — радостно кивнул мальчик, и атмосфера на судне вновь стала легкой и беззаботной.