Глава 2062 - Мудрость предка Базэ: сильные не пренебрегают жизнью
Взгляд Инь Цзе не испугал Мэн Дэ; в глазах юноши мелькнуло лишь безумие.
— Вы все — гордые небожители, сильнейшие из сильнейших. Вы явились сюда лишь затем, чтобы доказать свою доблесть.
— Но я не такой. Я всего лишь мелкая сошка, которой повезло выжить.
— Я здесь только за тем, чтобы уйти отсюда живым и невредимым.
— Раньше я думал, что вы правы. Но после всего пережитого понял, до чего же вы безумны.
— Мы безумны? — ошеломленно переспросил Ли Чаншэн.
— Ради призрачной славы ставить на кон собственные жизни в этой безвыходной игре — разве это не безумие?
— Все герои под небесами с древности…
— Хватит с меня героев! — Мэн Дэ безжалостно оборвал Ли Чаншэна, скривив губы в усмешке.
— Исторические хроники действительно воспевают их подвиги в пышных одах.
— Мы смотрим на прошлое с высоты грядущего и наивно полагаем, что успех достигается лишь презрением к собственной смерти.
— Но задумывался ли кто-нибудь из вас: если бы не крайняя нужда, неужели те герои действительно жаждали ставить на кон свои головы?
— Сильные мира сего никогда не пренебрегают своей жизнью, ибо те, кто это делает, попросту не вырастают в истинных титанов.
Видя, что Мэн Дэ входит во вкус, божественный меч не выдержал:
— Чушь собачья! Ты хоть видел хоть одного сильного человека, дрожащего за свою шкуру? Кто боится смерти, тот никогда не станет вершиной.
— Сильные не боятся смерти лишь потому, что знают: их так просто не убить.
— Герои не боятся смерти потому, что есть вещи важнее их голов.
— Если бы все сильнейшие в мире были бесстрашны, почему они не бросаются в бой по первому зову?
— Если не понимаете, взгляните на трех хранителей вокруг — можете спросить их самих.
Мэн Дэ ткнул пальцем в сторону трех стражей.
Предок Базэ тихо хмыкнул, отвечая на взгляд меча:
— Он прав. Практикующие высших ступеней не вступают в бой без крайней необходимости.
— Во-первых, дорожат статусом. Во-вторых — боятся умереть.
— Даосских путей бесчисленно множество, и еще никто не осмелился заявить, будто его техника безупречна.
— Стоит противнику раскусить твой козырь, как в мире культивации на тебя тут же объявят охоту.
— К тому же в схватках мастеров ценится удар на поражение. Та глупая птаха как раз и погорела на этой ошибке.
— Если бы она с самого начала обрушила на Е Хэня смертоносную технику…
— У того просто не осталось бы шансов убить ее.
Меч опешил от такого ответа.
— Предк, почему нас этому никто не учил?
— Вас учили с самого начала, просто вы не смогли постичь суть.
— «Бьешь кролика — выкладывайся как против льва», «проявить жалость к врагу — обречь себя на муки» — неужели вы никогда не слышали этих слов?
— Только никто из вас не воспринял их всерьез и не пытался следовать им.
— В прошлые времена суровая реальность быстро выбивала бы из вас дурь.
— Но нынешняя эпоха иная: междоусобиц стало меньше, а целенаправленная охота на таких гениев, как вы, сошла на нет.
— Именно эта тепличная атмосфера исказила ваше восприятие.
— И эта беда свойственна не только вам: все сильнейшие, выросшие за последние сто тысяч лет, страдают тем же недугом.
— Друг Инь — яркий тому пример.
Услышав свое имя, Инь Цзе на мгновение замер, после чего сложил руки в приветствии:
— Прошу старшего наставить меня!
Базэ бросил взгляд на поклонившегося Инь Цзе, а затем на покрасневшего Мэн Дэ и тяжело вздохнул:
— На самом деле в этом нет никакой великой праведности. Это всего лишь хитрые уловки, которыми мы, старики, спасали свои шкуры в смутные времена.
— Такое нельзя передать словами: пока сам до мозга костей не прочувствуешь, истину не поймешь.
Меч не унимался:
— Предк, можешь выражаться яснее?
— Ничего не понимаю из твоих туманных речей!
Базэ покосился на него и цыкнул языком:
— Ладно, разжую для особо одаренных.
— Все сводится к простому правилу: благородный муж не стоит под обрушающейся стеной.
— В нашу пору участие в подобных безумных испытаниях считалось бы чистой воды самоубийством.
— Ни один здравомыслящий гений даже близко к ним не подошел бы.
Меч: «……»
— Предк, ты сейчас малехо хватил через край.
— Выходит, все мы здесь круглые дураки?
— Примерно так!
— Кроме Мо Бая, остальные сопляки недалеко от дураков и ушли.
— Ну, разве что юный друг Мэн Дэ теперь исключение.
— Почему это?
— Да потому что вы глупы. Стоит кому-то бросить вам крохи фальшивой славы, как вы несетесь вперед сломя голову, забыв про осторожность.
Базэ безжалостно отчитал меч, а затем продолжил:
— Желание молодых карабкаться наверх похвально, но делать это нужно с умом.
— Черная дыра была первым испытанием, и там ваша истинная цена проявилась предельно ясно.
— Если уж на первом этапе вы выглядели столь жалко, с какой стати рассчитывали выжить на втором?
— Неспособность объективно оценить собственные силы — разве это не глупость?
Меч от злости заходил кругами на месте.
— Предк, от твоих слов у меня голова идет кругом.
— Когда мы шли сюда, вы твердили: будьте бесстрашны! А теперь попрекаете нас безмозглостью.
— Шагу ступить нельзя! Что нам делать-то?!
— Призывать к бесстрашию значило лишь то, чтобы вы не теряли рассудок от страха.
— Вы запомнили урок, но уловили лишь поверхностный смысл.
— Во всем нужна мера. Если перегнуть палку, это превращается в слепое упрямство.
— Чуть что — и сразу на кон голову. Сколько жизней припасено у вас, сопляки?
Столкнувшись с наставлениями предка, меч выглядел явно уязвленным.
Заметив это, Базэ закатил глаза:
— Раз словами до вас не достучаться, приведу пример.
— С вами сюда заявился некто по имени Фэн Жань.
— Его страж — захудалый бессмертный король девятой ступени, о котором никто в миру не слыхивал.
— Едва взглянув на него в первый раз, я понял: этот человек прошел сквозь жернова настоящих войн.
— В нем есть та самая железная выдержка и хладнокровие, каких у вас отродясь не водилось.
— Мы находимся во втором испытании уже довольно долго, и каждый отряд столкнулся с опасностями.
— Но кто-нибудь видел, чтобы Фэн Жань попал в переплет?
При этих словах меч замер:
— Кажется… и вправду нет.
— Этот хитрый лис не только не связывался с нами, но и трансляцию отключил — исчез так, будто его и не было.