Глава 2014 - Встреча со «старыми знакомыми» и тяжкий груз Чэнь Чаншэна!
Взглянув на Чэнь Чаншэна, Базэ поджал губы:
— Раз ты решил — я пойду за тобой до конца, тут и говорить не о чем. Но раз уж поднялся такой шум, не отложить ли нам борьбу за вторую реликвию Императорского Наставника?
— Ни в коем случае! — отсек Чэнь Чаншэн. — Всё идет по плану, ничто не должно тормозить развитие виртуального мира. Кроме того, пошли весточку Лю Идао: пускай прекращает таскаться почем зря вместе с Мо Бай и остальными. Задание предстоит смертельно опасное, пара лишних дней на подготовку может спасти им шкуры. И еще: закинь в систему извещение с новым правилом для владельцев виртуальных миров. Отныне каждый обладатель мира может прихватить с собой на задание лишь одного помощника, верхний предел силы — ступень плэй-императора. Если группа гибнет, виртуальный мир выбирает нового хозяина. Никто не смеет покинуть зону квеста до его завершения.
Выслушав озвученные правила, Базэ нахмурился:
— Чересчур жесткий регламент, не выйдет ли боком?
— Жизнь и смерть в руках небес, богатство — от судьбы. Раз задание столь сурово, то и награда будет щедрой под стать ему. Боишься сдохнуть — сиди ровно и не берись за квесты.
С этими словами Чэнь Чаншэн зашагал вглубь пустоты.
— Ты куда? — окликнул его Базэ.
— Через три дня переговоры со зверями, хочу побыть в тишине.
Не оглядываясь, он растворился среди пустотных складок, оставив Базэ сторожить рубежи в одиночку.
***
Потаенная обитель.
Преодолев бесчисленные массированые построения и сорвав сложнейшие печати, Чэнь Чаншэн ступил на заброшенное кладбище.
Каждый из тусклых камней здесь хранил имя кого-то из его старых знакомых.
— Я снова навестил вас. Прошло сто тысяч лет, интересно, вспоминали ли вы меня?
Окинув взглядом вереницы имен, он привычно уселся прямо на землю и извлек флягу, разделяя вино с «ними».
Три крепких глотка легли на душу, и на чело Чэнь Чаншэна легли тени усталости.
— Виртуальный мир шаг за шагом претворяется в жизнь. Небольшие заминки были, но в целом всё идет гладко. Скажите… поступаю ли я правильно, запуская этот механизм?
С этими словами он перевел взгляд на надгробие Великого Мудреца.
Но холодный камень не ответил ни звуком.
— Я знал, что ты поддержал бы меня. Только вот ноша моя нынче тяжела донельзя. Эпоха Чаншэн, эпоха Пилюль — оравы хищников следят за каждым моим шагом. Сделай я хоть малейшую промашку — и от меня оставят рожки да ножки.
— Хватит тебе твердить о драке, с таким масштабным раскладом в одиночку не справиться.
Бормоча себе под нос, Чэнь Чаншэн вдруг укоризненно покосился на соседнюю плиту.
На ней четко значилось имя командира Хубэнь — Гунсунь Хуайюй.
— Ву Ли силен, да только у него свои заботы, и груз на его плечах полегче моего. Мне ли, его наставнику, добавлять ему хлопот? Не помогаю делом — так хоть не путайтесь под ногами.
Побормотав еще немного, он снова приложился к горлышку.
— Сюй Ху, как же здорово было бы, окажись ты жив… По крайней мере, дела ты вел надежно, с тобой я мог ни о чем не тревожиться.
С этими словами он занес кубок над землей, но возле самых губ рука его дрогнула и замерла.
— Впрочем, нет… Даже живому я бы не позволил ввязываться в эту грязь. От Восьми Пустошей до новой зари эпохи Чаншэн ты и так натерпелся со мной. Хватит с тебя. Времена нынче другие, и почивать на лаврах — это как раз то, что ты заслужил.
Осушив чашу до дна, он вытер губы рукавом.
— Возвращаясь к новому веку… Вы-то пострадали больше всех. Мало того что приходилось отбиваться от чужаков, так еще и отстраивать разрушенную дотла эпоху Чаншэн. С вашими талантами вам бы покорять вершины, а не лежать здесь. За вас!
Наполнив чашу заново, Чэнь Чаншэн медленно пролил вино на плиты, где покоились Чэнь Сян и Инь Ци.
При виде могил сына и невестки мускулы на его лице нервно задергались.
Воспоминания о мертвецах оживили в памяти бой столетней давности.
Все знали лишь Императорского Наставника как хитроумного стратега, с корнем вырвавшего Высшие Запретные Земли — эту раковую опухоль, разрастающуюся не пойми сколько тысячелетий. Но мало кто ведал, как кровоточило тогда его сердце.
Он созвал тучу элитных бойцов, надеясь в один присест смести Апокалипсис, однако сила противника превзошла самые безумные ожидания.
Род божественных зверей уклонился от решающей сечи, точно так же поступил и загадочный Сон эпохи Пилюль.
В тот критический момент Чэнь Чаншэн оказался между молотом и наковальней. Потерпи они поражение — и коту под хвост полетели бы не только труды полумиллиона лет, но и весь род Императорского Наставника обратился бы в пепел.
Ради спасения мира и безопасности оставшихся за спиной людей его ближним пришлось идти ва-банк.
Причем опасности подвергался не только авангард: тылы горели не слабее.
Хоть общая тенденция и вынуждала запретные земли отступить из эпохи Чаншэн, старый дом не отпускает легко; многие мастера из шестерки запретных зон наотрез отказались уходить. Единственным выходом было вырезать их поголовно.
Когда лучшие силы ушли на фронт Апокалипсиса, удерживать внешние рубежи стало некому. Не будь той безвыходной ситуации, разве пал бы смертью храбрых легендарный Ледяной Бессмертный Король Сюй Ху?
От этих дум Чэнь Чаншэн опрокидывал рюмку за рюмкой.
Осушив целый бочонок, он обвел кладбище затуманенным взором и пробормотал:
— Я знаю, что вы поддержали бы меня. И знаю, что вы не держите зла. Будьте спокойны: я не позволю превратить в руину мир, завоеванный вашей кровью.
— Когда я заикнулся о найме стражи из запретных земель, это был блеф. Ради изгнания этих ублюдков полегло слишком много наших, я не допущу их возвращения. Сказал так исключительно ради того, чтобы утихомирить дураков.
— Скоро распахнется виртуальный мир. Будучи колыбелью двух эпох, он сулит неисчислимые сокровища. Раз эпохе Пилюль туда не пробиться, их взор устремлен на эпоху Чаншэн. Но чтобы вернуться на пепелище, им нужен повод. Вот почему я подозреваю, что за бунтом свирепых зверей стоят именно они.
С этими словами он вскрыл второй бочонок крепыша.
— Бултых!
Жадно глотая обжигающую жидкость, он понемногу возвращал ясность рассудка.
— Инь Ци, скажи мне: неужели в той битве столетней давности кто-то вел двойную игру?
Могильные плиты хранили гробовое молчание.
— Дракон, Прародительница Фэн, Цилинь, да впридачу святые мужи трех учений… То, что они сбегут от решающей схватки, я просчитал заранее. Но объясните мне: с чего вдруг Апокалипсис вцепился мертвой хваткой именно в Четырех Зверей?
Прим. автора: Эпидемия гриппа подкосила сильнее прежнего, вторая глава задержится на часок.