Глава 188 - Три вопроса и наставник Чэнь Шисаня
Глубоко вздохнув из-за деревянного упрямства своей троицы, Чэнь Чаншэн выставил условие:
— С этой минуты каждый из вас задает по одному вопросу.
— Начинай, Чэнь Шисань!
услышав прямое указание, юноша немного подумал и произнес:
— Учитель, почему во второй схватке я потерпел поражение?
— Я хорошо помню ваши слова: те, кто пользуется именным оружием, в девяти случаях из десяти — нищие попрошайки.
— К тому же вы велели мне: сталкиваясь с подобными противниками, лупи их изо всех сил и ни о чем не беспокойся.
Встретив хмурый, ищущий ответ взгляд ученика, Чэнь Чаншэн снисходительно улыбнулся:
— Ты действительно запомнил мои слова, но так и не постиг их сути.
— Я сказал, что девять из десяти владельцев такого оружия — голытьба, но я никогда не утверждал, что абсолютно все.
— К несчастью, Баоэр как раз входит в то самое исключение.
— Я давным-давно предвидел, что ты проиграешь её клинку, и даже не сомневался, что ты окаешься ранен.
— Но знаешь ли ты, зачем я намеренно подставил тебя под этот удар?
Чэнь Шисань ненадолго задумался, а затем честно ответил:
— Не знаю.
— А за тем, чтобы у тебя в голове наконец отложилось.
— У тебя слишком буйный нрав: стоит вытянуть меч из ножен, и ты уже ни о чем не жалеешь.
— Такой клинок невероятно остер, но именно поэтому он ломается быстрее всего.
— Раз твой нрав отучить от спешки нельзя, остается лишь одно: приучить тебя к осторожности. Прежде чем обнажить оружие, думать. Думать и еще раз думать!
— Проще говоря, перед ударом задай себе вопрос: а действительно ли сейчас необходимо обагрить кровью сталь?
Выслушав наставление, Чэнь Шисань опустил голову, погрузившись в тяжелые раздумья. Наконец он поднял глаза:
— Учитель, я понял.
— Раз понял, пошли дальше, побеседуем на ходу.
— На этот раз я веду тебя к человеку, чьё мастерство владения мечом подходит тебе идеально.
— Где он?
— В Центральных Землях. Если бы не ты, моя нога туда больше не ступила бы…
Слушая диалог между учителем и учеником, Тянь Сюань испытывал жгучую зависть.
Будучи сверстниками, один удостоился чести стать прямым учеником самого Чэнь Чаншэна, а второй годился лишь на роль безгласного слуги.
Наверное, так и выглядела превратность судеб.
— Тянь Сюань, твоя очередь задавать вопрос.
Пока демон предавался горьким раздумьям, раздался голос Чэнь Чаншэна.
Вскинув голову, он увидел, что двое впереди уже закончили беседу.
Чэнь Чаншэн смотрел прямо на него.
— Отвечаю старшему… то есть…
— Не называй меня старшим. Зови меня учителем, как Шисаня.
Замечание прервало Тянь Сюаня, заставив на мгновение замереть от неожиданности.
— Слушаю, учитель.
— Выкладывай, что у тебя на душе. Вопросов у тебя наверняка накопилось куда больше, чем у Шисаня.
Тянь Сюань умолкнул.
Это был шанс. Шанс не только утолить любопытство, но и круто изменить собственную судьбу.
Он мог спросить о пустяках, а мог коснуться запретных, опасных тайн.
Любой выбор определял его завтрашний день.
Спустя долгие мгновения он решился:
— Учитель, Неужоушань — это и есть истинная причина упадка нашего рода?
— Да. Эта гора вонзилась прямо в духовную жилу Западной Пустоши.
— Год за годом яд подтачивал силы демонов, делая их день ото дня слабее.
— Иначе с прежней мощью багряных птиц тот купеческий сброд никогда бы вас не одолел.
Получив подтверждение, Тянь Сюань закусил губу и выдавил:
— Учитель… если Неужоушань срыть до основания, смогут ли демоны вернуть былое величие?
— Едва ли. Неужоушань возведена рукою самого Небесного Владыки.
— Иными словами, весь расклад сил в Западной Пустоши спланирован им самим. Неужели ты думаешь, что его козыри исчерпываются одной лишь горой?
— Снести её — значит лишь дать демонам глоток свежего воздуха. Чтобы вернуть им полноценную жизнь, придется распутать всю паутину целиком.
— У меня сейчас нет на это времени, так что придется подождать.
Выслушав ответ, Тянь Сюань лишь тяжело кивнул, не став больше докучать расспросами.
Он не стал сокрушаться о Небесном Владыке, что обрек Запад на погибель, не стал проклинать людей за их жестокость.
Таким был выбор Тянь Сюаня — горьким, подавленным, но осознанным.
— Баоэр, а твой вопрос?
Закончив с демоном, Чэнь Чаншэн с веселой улыбкой перевел взгляд на девушку.
— Учитель, можно ли мне называть вас так же, как они?
— Разумеется.
В глазах Цянь Баоэр вспыхнула чистая радость.
Хотя истинное происхождение Чэнь Чаншэна оставалось для нее загадкой, она отлично понимала главное: этот человек невероятно силен.
Положение Шисаня и Тянь Сюаня не оговаривалось вслух, но было очевидно — оба избраны наставником.
В их компании она оставалась чужаком, человеком, проскочившим через заднюю дверь.
Не будь за её спиной торгового дома Ван Тун, её бы и близко не подпустили к этому великому человеку.
Теперь же, получив прямое дозволение, девушка была на седьмом небе от счастья.
— Учитель, кто из нас троих сильнее всех?
Заметив задорный огонек в её глазах, Чэнь Чаншэн ухмыльнулся:
— Кто из вас сильнее в перспективе — не скажу, но слабейшая здесь определенно ты.
— Ась?
Лицо Цянь Баоэр исказилось от полного недоумения, после чего она украдкой зыркнула на Чэнь Шисаня.
Смысл взгляда читался безошибочно: этого паренька я уложила одним ударом, с какой стати он сильнее меня?!
Несмотря на внутренний протест, из уважения к присутствующим она выдавила мягко:
— Учитель, неужели я настолько слаба? Может, подумаете еще раз?
— И думать нечего. Ты слабее всех.
— И нечего зыркать на Шисаня. Он сильнее тебя, но дорога, по которой ему суждено идти, в тысячу раз тяжелее твоей.
— Его путь тебе не осилить.
— Впрочем, путь Тянь Сюаня тебе тоже не по зубам.
Слушая загадочные речи, Цянь Баоэр растерянно хлопала ресницами, понимая лишь половину сказанного.
Одно мучило её сильнее всего: если Шисаню суждено стать столь могущественным, почему его жизнь должна быть наполнена страданием?
Терзаясь смутными догадками, девушка поплелась за отрядом дальше по бесконечной дороге.
***
— Учитель, здесь и впрямь скрывается мой наставник?
Оглядывая унылые, выжженные пейзажи вокруг, Чэнь Шисань не скрывал скепсиса.
Наслушавшись баек от Тянь Сюаня, он успел усвоить кое-какие азы мира практиков.
Например, то, что царство Потустороннего Берега вовсе не так слабо, как шутил Чаншэн, а в обители бессмертных родословная и связи значат гораздо больше упорного труда.
— Разумеется здесь. Разве я когда-нибудь лгал тебе?
Отмахнувшись дежурной фразой, Чэнь Чаншэн вновь уставился в компас и принялся челноком нарезать круги по холмам.
Подобный маскарад продолжался уже тридцать восемь дней — ровно столько же они скитались по глухой дикой местности.
— Нашел!
услышав радостный возглас, двое спутников бросились на зов.
Но стоило Цянь Баоэр разглядеть то, что откопал наставник, как её лицо мгновенно потеряло все краски.
— Учитель, это же великое проклятие! Заройте немедленно обратно!