Глава 1874 - Ни шагу назад!
Ярость Чэнь Чаншэна немного улеглась от такого ответа.
— Ну, это звучит хоть капельку разумнее. Надеюсь, ты и впрямь не заглядываешься на батюшку старца Яо?
— Я тебе не Ван Хао, чтобы страдать подобной дурью. Побег этой твари мне ничего, кроме проблем, не принесет.
Глядя на спокойную физиономию Е Юнсяня, Чэнь Чаншэн не удержался от шпильки:
— И ты совсем не удивился, увидев меня?
— С чего бы? Другие тебя не знают, а я — изучил вдоль и поперек. Такой живучий гад, как ты, даже подохнуть тихо не сможет — непременно грохнет так, что весь мир содрогнется. К тому же твой фокус с родовой передачей жизни можно было скормить кому угодно, но не мне. Когда Базэ тогда завыл от горя, я сразу понял: ты не сдох, а просто забился в норку. Если бы не необходимость прикрывать твою тайну, стал бы я столько лет просиживать штаны в этой дыре?
Услышав это, стоявший рядом Е Юй вытаращил глаза: ему и в голову не приходило, что отец явился сюда добровольно.
Словно заметив его изумление, Чэнь Чаншэн бросил небрежно:
— Можешь не удивляться. Твой папаша — фрукт крепкий, против него не попрешь. Ход с разыгрыванием комедии выбран мастерски: сначала столкнуть вас лбами, а потом позволить сыночку притащить себя прямо к тюремному замку. Узел печати — местечко особенное, сильные мира сего нос сюда не сунут без нужды. За такую ошибку ведь и голову оторвать могут. Заодно и от всяких придурков вроде Лю Идао с Ван Хао защиту обеспечил. Умный ход, ничего не скажешь, двух зайцев убил.
Отпустив скупую похвалу, Чэнь Чаншэн в упор уставился на него:
— Паренек мне еще пригодится. Сделай одолжение, оставь его в покое!
Е Юнсянь усмехнулся:
— Я изначально не собирался забирать его тело, он сам привязался ко мне репейником.
— Знаю, что не собирался. Я о другом — уступи еще на одну жизнь. Вот помрет своей смертью — тогда и делай с ним что хочешь, я не полезу.
— Исключено! — отрезал Е Юнсянь.
— С того момента, как ты вернулся, мне было предписано выйти из тени. Я прятался слишком долго, а за твоей спиной зреет грандиозный замок из планов. Грех упускать такой кусок пирога. К тому же я чувствую, как верхушка мироздания скоро затрещит по швам. В такой момент оставаться в стороне смерти подобно. Кто отстает от эпохи — того эпоха выбрасывает на помойку. Ты сам меня этому учил.
Чэнь Чаншэн прищурился, и в его голосе прорезался лед:
— Этот кусок пирога достал я. Я разрешу — будешь есть. Скажу нет — останешься голодным.
— Ха-ха-ха! — Е Юнсянь расхохотался в лицо угрозам. — Брось пугать меня, в раскладах я разбираюсь не хуже твоего. Ты кусок этот вытащил, и право делить его у тебя вроде как есть. Но если кто-то всерьез решит оттянуть кусок побольше — ты бессилен что-либо сделать. Те же парни из Эпохи Пилюль палец о палец не ударили, а свою долю урвут непременно. Вот тебе и лучший пример.
— Ах ты…! — Чэнь Чаншэн процедил сквозь зубы: — Небесное Сообщество — это одно. С ними мне тягаться трудно, но неужели я с тобой не ссовладаю?
— А чем ты меня возьмешь? — Е Юнсянь с вызовом подался вперед. — Умей ты прикончить меня или того дурдома Ван Хао раз и навсегда, мы бы сейчас здесь не беседовали.
— Апокалипсиса прикончил, прикончу и вас двоих. Вопрос лишь в цене.
— Знаю. Вся беда в том, что цену эту ты сейчас заплатить не в силах. Надумаешь воевать прямо здесь — я приму бой!
Слова замерли в воздухе. Чэнь Чаншэн и Е Юнсянь буравили друг друга взглядами. Видя, что уступать старик не собирается, глаза Чаншэна стали совсем ледяными.
Тут в разговор вмешался Базэ:
— Эй, Е Юнсянь, вы же старые знакомые, к чему такая кровь из носу? Хочешь урвать кусок — да ради бога. А вопрос с новым телом как-нибудь решим, свет клином на парне не сошелся.
Е Юнсянь бросил на зверя презрительный взгляд:
— Для меня плоть — не более чем старая тряпка. Я верю, что мастерство Чэнь Чаншэна позволяет вырастить мне новое тело на заказ. Беда в том, что нынешняя эпоха отличается от прошлых. Тело, слепленное кривыми методами, никогда не поднимется на вершину. Тот, кто встанет поперек моего пути к родовому бессмертию, — мой кровный враг. И тут никакие сантименты не помогут!
Не дожидаясь ответа, Чэнь Чаншэн резко поднялся на ноги.
— Три дня. Через три дня я вернусь за твоей душой. Я человек слова: хочешь драться — будет тебе драка!
— Погоди, старший!
Е Юй кинулся наперерез уходящему к выходу Чэнь Чаншэну.
— Нынешний хрупкий мир залит кровью бесчисленных предков. Я не хочу, чтобы ради жизни одного лишь Е Юя вы разрушили с таким трудом добытый мир.
Чэнь Чаншэн остановился, бросив на него тяжелый взгляд:
— Е Юй, этот хмырь — сволочь каких мало, но я никогда не отрицал: как отец и муж он безупречен. В годы темной бури он предпочел бы раскрошить собственные кости, но не тронул твое тело. И вовсе не потому, что я тебя защищал, — он изначально не планировал отнимать твою плоть. Десять тысяч лет назад не планировал, не планирует и теперь. Если говорить прямо: наша с ним грызня — это наши личные счеты, к тебе они отношения не имеют. Мне просто осточертела его рожа.
Юноша опустил голову:
— Ваши слова мне понятны, старший. Отцом он и вправду был отменным. Но как глава рода — он полный ноль. И раз уж отец не собирался забирать мое тело, плоть остальных сородичей просто не выдержит его мощи. Чтобы подобрать подходящий сосуд, ему пришлось бы проходить через череду захватов раз за разом. Именно поэтому я и встал у него поперек дороги: я не желаю смотреть, как родичи гибнут от рук собственного предка.
— Раз ты все понимаешь, какого черта ты меня останавливаешь? — оборвал его Чэнь Чаншэн. — Дай мне пару минут прирезать этого ублюдка, и род Е будет в безопасности раз и навсегда.
— Способ старшего хорош, но цена слишком высока. Есть и другой путь решить проблему. Если я отдам ему свое тело, отцу больше не придется охотиться за другими сородичами. Моя сила и прочность плоти позволят ему забыть о переселении душ на сотни тысяч лет.
— И я этого не позволю! — …