Глава 1805 - Воины гибнут за того, кто их понимает!
Встретившись взглядом с мятежным генералом, Чэнь Чаншэн хмыкнул:
— И впрямь хочешь знать?
— Коли выложишь секрет, я готов заплатить равноценную цену.
Призадумавшись на секунду, наставник бросил:
— Да какой это секрет... Со временем ты и сам до этого допер бы методом тыка.
— Ну раз так, избавлю тебя от лишней головной боли.
Взмахнув правой рукой, Чаншэн вызвал на ладони мерцающую модель простейшего формирования «Триады».
— Первый шаг к возведению формации — установка опорных точек.
— Для нормального человека это не проблема.
— Схемы статичны, действуй по чертежу — и всё срастется.
— Но на поле боя обычные солдаты пасуют перед этой задачей.
— Стресс выбивает из них всю дурь, а ума не хватает на то, чтобы мгновенно оценить ландшафт и вписаться в структуру.
— Чтобы решить эту проблему, я предложил им гениальный выход: сделать центрами притяжения их собственные тела.
— Синхронизировать духовную энергию друг друга, превратившись в живые узлы формации — тогда они смогут держать строй на автомате.
Выслушав ответ, Те Юньпэн бросил взгляд на модель в руках собеседника:
— Использование людей вместо рун — старый трюк, в армиях не новость.
— Мне интересно другое: почему они двигались с такой чертовской скоростью?
— Без ветеранов сотен боев, без элиты элит такая прыть недостижима.
— Девять пещер — сборище отбросов, я отлично знаю этот контингент. Сунь им хоть божественные трактаты — они останутся навозной кучей.
— Ха-ха-ха! — раскатистый смех Чаншэна оборвал его слова.
Удивленный генерал нахмурился:
— Считаешь, я неправ?
— Наполовину прав, наполовину глуп.
— В плане способностей они и вправду банда головорезов.
— Но раз ты, полководец, не сумел превратить это дерьмо в золото — проблема в тебе.
— Талант используют по-талантному, отбросы — по-отбросному. Всё упирается в руки, держащие поводья.
Фигурка Триады на ладони Чаншэна трансформировалась.
Мриа золотистых человечков закружилась в хаотичном танце, не подчиняясь никаким законам.
— Главное свойство сброда — дикий полет фантазии; сотня бойцов порождает тысячу дурацких идей.
— Хочешь управлять ими — сперва выбей из их голов весь этот мусор.
— Мысли гения — озарение, мысли простолюдина — хлам.
Щелчок пальцев — и золотые человечки замерли, выстроившись в идеальные ряды.
— Когда этот хаос выветривается из голов, они превращаются в подобие «элиты», способной беспрекословно следовать приказам.
— Вот тогда я вдалбливаю им в головы жесткие алгоритмы работы формации и заставляю гонять их дни и ночи напролет, пока они не начнут собираться с закрытыми глазами.
— Сложных концепций им не осилить, но стоять на точке и вливать энергию по команде они вполне способны.
— Но ведь такая жесткая система убьет всю гибкость!
— Да и черт с ней, с гибкостью! — рассмеялся Чаншэн.
— На войне побеждает тот, кто бьет первым. Успел занести меч — значит, захватил инициативу.
— Быть может, гений и не растеряется при внезапном штурме, используя раздвоение сознания, чтобы найти брешь в твоем топорном строю.
— Но против них воюют не гении, а точно такие же «отбросы»!
Выслушав до конца всю эту логику, Те Юньпэн шумно втянул воздух и выдохнул:
— Гениально! Чертовски гениально!
— Теперь мне ясна вся механика того, как три тысячи солдат Цзянь Шаня раскатали восьмитысячную элиту.
— Шесть тысяч клинков ломают строй, три тысячи режут позиции на куски, лишая авангард связи.
— И вот элитный отряд превращается в стадо баранов.
— Каждый из твоих бойцов вышколен до автоматизма.
— Пусть они не смыслят в высоких материях и лишены легендарных артефактов...
— Но их тактика, построение и последовательность заклинаний отточены до блеска.
— Пусть этот примитивный стиль не страшен гениям, но против обычных практиков он работает безотказно.
— Одно лишь это тактическое построение возносит тебя над всеми полководцами. Признаю поражение, я разбит в пух и прах!
С этими словами Те Юньпэн перевел взгляд на оппонента:
— Метод хорош, но как быть с их развитием?
— Они же не могут бросить культивацию ради бесконечного марширования в строю.
— Если забросить духовный рост, солдаты взбунтуют. К тому же у каждого свои ограничения по стихиям — как ты это решаешь?
Чэнь Чаншэн скривил губы:
— Раз уж они тренируют боевые порядки, личное время на медитации неизбежно сократится.
— Не хватает времени на прорыв — заливай дефицит горами божественных источников и духовных камней.
— Жалованье каждого бойца в Ляншане втрое выше, чем у твоих элитников.
— С таким количеством ресурсов они могут не тратить силы на усердное сидение в пещерах.
— Всё равно с их талантами прорыва не видать, так почему бы не накачать базы силой артефактов и пилюль? Нагнанная сила — тоже сила.
— А что до несовместимости стихий — тут еще проще.
— Не годишься на эту позицию — переставь на другую. Если не подходишь никуда — заливай дыры талисманами и особым снаряжением.
— Стоит ли возиться с таким отрепьем? — нахмурившись, бросил Те Юньпэн.
Взгляд Чэнь Чаншэна мгновенно посерьезнел:
— Стоит! Чертовски стоит!
— Воины гибнут за того, кто их понимает. Если у человека серая убогая одаренность и он сам прекрасно знает о своей никчемности...
— Но вместо того чтобы списать его в утиль, наставник пичкает его ресурсами и делает сильнее.
— Он видит это отношение насквозь. И остальные видят.
— И если настанет день, когда отряд окажется у последней черты, угадай, как поступит этот самый «бездарь»?
Губы Те Юньпэна задрожали:
— Он пойдет на смерть без колебаний, искупая кровью долг благодарности!
— Именно!
— Я верю, что в смертный час эти люди пойдут напролом бесстрашнее любой элиты.
— Отвага заразительна. Ведомая такими бойцами, моя армия сокрушит любую преграду.
— Ты можешь вырезать их всех до единого, но тебе не вытравить их верность и не сломить боевой дух.