Глава 1720 - Воскрешение из мертвых!
Время неслось вперед.
Смываемый дождями веков миф о Проводнике душ постепенно обрастал легендами, и люди уверовали, что он действительно сгинул в пучине времен.
В то же время, стоило Чэнь Чаншэн исчезнуть, как из всех щелей повылазили «прямые ученики» императорского наставника.
Многочисленные бродячие культиваторы и влиятельные кланы спекулировали этим именем, заявляя права на истинное наследие.
И лишь подлинные соратники покойного хранили гробовое молчание, не участвуя в этой мышиной возне.
……
Сто пять тысяч лет после войны.
Холм, где был похоронен Чэнь Чаншэн, давно обветшал, а великие формации, оставленные древними мастерами, покрылись сетью трещин.
Зу-у-м!
Странный гул раздался от неприметного валуна в самом углу склепа.
Трессь!
Каменная крошка разлетелась во все стороны, обнажая скрытый внутри первоклассный источник божественной энергии.
Внутри кристально чистой сферы плавал кусок плоти размером с человеческий кулак.
Бум!
Сфера раскололась, кровавый сгусток взмыл в воздух и жадно впитал всю окружающую энергию.
На глазах плоть начала стремительно делиться и обрастать новыми волокнами.
Хлоп!
Голый Чэнь Чаншэн рухнул на каменный пол, привычным движением извлек из пространственного кольца одежду, облачился в нее и критически оглядел собственный мавзолей.
— Тьфу!
Жмоты чертовы. Даже нормальных погребальных сокровищ не додумались оставить!
Бурча себе под нос, он зашагал к массивным гробам в центре склепа.
Вух!
Крышка откинулась, являя миру две фигуры.
Внутри покоились тела самого «Чэнь Чаншэн» и «Базэ».
— Система, сколько человек успели оторвать кусочки от моего тела за время моего сна?
— Отвечаю хосту: Няньшэн, Ву Ли, Цзыпин и другие ваши ближние забирали частицы плоти. Судя по анализу данных, они пытались найти способ воскресить вас.
Услышав это, Чэнь Чаншэн цокнул языком:
— Честно говоря, без твоей помощи я вряд ли смог бы обмануть их всех. Им в страшном сне не могло присниться, что у меня есть такая читерская система.
Система ответила привычным механическим тоном:
— Не система помогла вам, хост. Вы сами воспользовались механизмами глубокой спячки. Во время сна хост полностью прерывает все жизненные показатели, оставляя лишь небольшой фрагмент плоти в качестве ядра. Это позволяет избежать любых внешних помех…
— Стоп!
Чэнь Чаншэн безжалостно оборвал ее:
— Общаться с тобой — прямой путь к мигрени. Сяо Хэй куда интереснее. Всё, закругляемся.
Высказав системе всё, что он о ней думает, Чэнь Чаншэн захлопнул крышку гроба и покинул подземный склеп.
У входа в могилу.
Хрусь!
Раскопав узкий лаз наружу, Чэнь Чаншэн вылез на поверхность — весь в грязи и пыли.
Хотя он мог запросто снести остатки старой формации одним ударом, для пущей конспирации он выбрал самый примитивный способ побега.
Только так новость о его «воскрешении» оставалась в тени как можно дольше.
Завалив лаз тяжелым валуном, Чэнь Чаншэн развернул карту и углубился в ее изучение.
Согласно первоначальному плану, первым делом ему предстояло оживить давно погибшего Базэ.
— И надо же было раскидать всё так далеко… Надеюсь, эта глупая собака выполнила мои указания. Если она облажалась, то ей действительно конец.
Слегка поморщившись, Чэнь Чаншэн отправился в путь.
За сотни миллионов ли от эпохи Чаншэн.
Кап!
Капля крови сорвалась с пальца Няньшэн. Перед ней в воздухе парило сокровище, о котором мечтали миллионы.
Но на лице женщины не было и тени радости.
Этот редчайший артефакт не мог вернуть к жизни ее любимого.
— Старший брат Чаншэн… неужели Няньшэн действительно бессильна?
Горькая слеза скатилась по ее щеке.
Однако в следующий миг эмоции схлынули. Няньшэн смахнула влагу и собралась уходить.
Именно в этот момент глубоко в ее сознании с хрустом треснула печать, запечатывавшая воспоминания. Забытые фрагменты прошлого всплыли на поверхность.
Её зрачки резко расширились.
— Старший брат… ты мастерски умеешь издеваться над людьми. Заставить меня страдать целых восемьдесят тысяч лет!
Смеясь сквозь слезы, Няньшэн спрятала артефакт в рукав и взмыла в небеса.
Какова бы ни была правда, она всё равно продолжала бы свой путь.
Но теперь, когда Чэнь Чаншэн жив, этот путь обретал совсем иной смысл.
В тихом маленьком селении.
Гав-гав-гав!
Приятельского вида черная дворняга заливалась лаем на проходящего мимо человека. Глядя на эту охранную собаку крестьянина, Чэнь Чаншэн невольно улыбнулся.
— Сяо Хэй! Ах ты, Сяо Хэй…
И впрямь оправдываешь свое имя!
Слегка посмеявшись над ситуацией, он направился прямо к соломенной хижине.
Не прошло и минуты, как пес был выкуплен у хозяина за баснословные по тем меркам десять серебряных монет.
Смена владельца пошла псу на пользу: только что агрессивный дворовый пес теперь радостно вилял хвостом, крутясь вокруг ног нового хозяина.
— Душа моя, вернись в свое жилище!
Золотой луч вонзился псу меж бровей, мгновенно пробудив скрытую в его крови редкую родословную Базэ.
Параллельно в его мозгу стали пробиваться зачатки древних воспоминаний.
У-у-у!
Осознав себя, пес взвыл уже совсем другим, полным человеческой ярости голосом.
Чэнь Чаншэн усмехнулся:
— Не суетись. Твои речевые кости еще не до конца переродились, говорить пока не сможешь.
Пробудив разум «маленькой черной собаки», он одновременно помог ей ступить на путь культивации.
— Чэнь Чаншэн, сукин ты сын! Какого хрена ты засунул меня в собачье тело?! Я с тобой не расплачусь за это!
Стоило обрести дар речи, как из пасти пса полился трехэтажный мат.
Чэнь Чаншэн развел руками:
— Ничего не попишешь. Твоя прежняя кровная линия к этому моменту уже почти выветрилась. Еле нашел подходящую тушку.
— Но не в собаку же! Если об этом узнают остальные, как мне потом показываться людям?!
— Герои не смотрят на происхождение. Будь ты хоть червяком, если обладаешь силой, тебе все равно будут поклоняться. К тому же, выбери я другое тело — и ты бы окончательно рехнулся от нагрузок.
Услышав это, пес немного успокоился.
— Ладно, с телом проехали. Отвечай: ту мерзкую привычку жрать падаль ты мне вытравил?
— Разумеется. Этот низший инстинкт я стер первым делом. Ты брезгуешь, а мне потом на тебя смотреть противно.
Убедившись, что у него больше нет непреодолимой тяги к отбросам, Базэ шумно выдохнул.
— Кстати… родословная техника Е Юнсяня не так уж плоха. Каким образом он ухитрился довести себя до такого состояния?