Глава 161 - Обещание Чэнь Чаншэна, спасение Сяо Хэя
Увидев, как к Чэнь Чаншэну возвращаются силы и затягиваются раны, стаи преследовавших его свирепых демонических зверей на миг замерли, а затем в панике бросились наутёк.
Его терпение лопнуло. Разве мог Чэнь Чаншэн, столько времени бегавший от них в роли жертвы, сглотать эту обиду? Он тут же ринулся в контратаку.
— Хватит бежать, трусы! У кого есть хоть капля мужества — стой! Кто побежит, тот последняя шавка!
Чэнь Чаншэн яростно гнал добычу по лесу, щедро осыпая спины беглецов проклятиями.
Однако демонические твари даже не думали отвечать. Забыв о гордости, они неслись прямиком к самому сердцу чащобы.
При этом чудовища ухитрялись прикрывать своими телами матерого зверя восьмого уровня — они панически боялись, что безумный человек доберется и до него.
Вух!
Бесчисленные древесные стволы толщиной в обхват с грохотом вырвались из земли, намертво перерезая Чэнь Чаншэну дорогу.
Увидев заграждение, он не стал сходу пробивать магический заслон. Вместо этого он остановился у живой стены и грязно выругался:
— Жалкие трусы! Вылезайте по одному, сразимся честно еще на триста раундов!
— А в первую тысячу лет вы были куда храбреже!
— Что ж вы теперь сдулись? Говорю вам, не думайте, что пара гнилых палок сможет меня остановить!
— В худшем случае я потрачу еще тысячу лет, чтобы срубить весь ваш лес под корень! Посмотрим, сумеете ли вы после этого вырастить хоть одного зверя девятого уровня!
Бросив это, Чэнь Чаншэн подхватил Сяо Цзиня и повернул назад.
Куда бы ни ступала его нога, всякая жизнь и растительность вокруг словно вымирали — Лес, казалось, опасался, что этот демон утащит с собой еще что-нибудь ценное.
……
— Ох-хо-х…
Прислонившись спиной к древней каменной стеле, Чэнь Чаншэн испустил тяжелый, полный боли стон.
Шестьдесят лет смертельной бойни — даже его несокрушимая память уже не могла точно назвать число смертельных ран, что выпали на его долю.
Если бы не чудесные нити золотого шелкопряда и невероятная мощь его собственной практики, он бы уже давным-давно сгинул в этом проклятом месте.
К тому же, он не стал преследовать обитателей Древних Запретных Земель до самого конца вовсе не из милосердия. Он просто не хотел сжигать мосты.
Ему еще предстояло просить Лес о помощи — нужно было спасать Сяо Хэя. Если бы он загнал лесного зверя в угол, пришлось бы драться насмерть, и тогда о помощи не могло быть и речи.
Только он подумал об этом, как прямо перед ним из земли пробился крошечный росток.
Тонкая ветвь, отягощенная спелым плодом, опасливо, словно живая рука, протянулась прямо к его лицу.
Чэнь Чаншэн бросил короткий взгляд на «малыша» и, не став ломаться, сорвал плод и отправил в рот.
Хрусь!
Стоило лишь сочной мякоти коснуться губ, как тело Чэнь Чаншэна озарилось ослепительным сиянием.
В тот же миг каждая клеточка его израненного тела запела от восторга.
Старые скрытые травмы, накопленные за шестьдесят лет непрерывных битв, таяли на глазах. Из глубин его грудной клетки, прямо у самого сердца, вдруг заструились тяжелые капли крови, сияющие, словно чистейшие рубины.
Не прошло и минуты, как крошечный плод был полностью поглощен.
И тем не менее, эта малость полностью восполнила семьдесят процентов жизненных сил, истраченных им за шесть десятилетий.
— Ха-а…
Выдохнув мутный воздух, Чэнь Чаншэн почувствовал, как по всему телу разливается неведомая прежде легкость.
— По правде говоря, нам вовсе не обязательно было глотки друг другу рвать. Между нами нет никакой кровной вражды.
— У меня здесь всего одна цель — спасти мою собаку.
С этими словами он бережно извлек из кармана Сяо Хэя, заключенного в прочную оболочку из камня долголетия.
Прислушавшись к едва теплившемуся дыханию зверя, деревце качнулось из стороны в сторону — казалось, оно выражает крайнее нежелание связываться с этим делом.
— Не спеши отказываться. Я прекрасно понимаю, в каком скверном положении находится Сяо Хэй, и знаю, сколько сил потребуется на его исцеление.
— Но я могу дать тебе слово: всю энергию, что ты потратишь на него, я верну до последней крупицы.
— Клянусь именем Чэнь Чаншэна: пока живы небо и земля, пока не увяло мироздание, мое обещание не потеряет силы.
— Спаси его, и когда придет твой час беды, я приду на помощь.
— Это всё, на что я способен. Если ты и теперь откажешься, у меня не останется выбора, кроме как идти на штурм.
— А уж кто выживет, а кто сгинет — то воля небес.
Столкнувшись с условиями Чэнь Чаншэна, «деревце» замерло, погрузившись в молчание.
Оно явно взвешивало все за и против этой опасной сделки.
Чэнь Чаншэн почувствовал, как перед глазами на мгновение все поплыло, а в следующее мгновение он стоял на берегу тихого озера.
В самом центре водной глади возвышался небольшой клочок земли три на три чжана, и на нем одиноко трепетало сияющее деревце.
Хлюп-хлюп!
Толстые корни взметнулись из илистого дна, мягко выхватили Сяо Хэя из рук человека и увлекли в глубину.
Камень долголетия разлетелся на куски, и Сяо Хэй тут же пришел в себя.
Следом густой кокон первозданной жизненной силы, поднятый со дна озера, окутал пса с головы до ног, а тысячи тончайших, похожих на паутину корней вонзились прямо в его плоть.
Наблюдая за методами Древних Запретных Земель, Чэнь Чаншэн невольно приподнял бровь.
Теперь стало ясно, почему Лес до последнего упирался и не хотел браться за лечение. Стоимость подобных манипуляций исчислялась колоссальными, не поддающимися учету объемами энергии.
Пересоздать кости божественного зверя, повернуть вспять саму грань жизни и смерти — такое мастерство иначе как божественным чудом не назовешь.
Осколки камня долголетия бесследно растворились в мягкой почве.
Очевидно, Лес сейчас как никогда нуждался в подпитке.
Не теряя времени даром, Чэнь Чаншэн взмахнул рукой и вывалил на землю целые горы: тысячелетние стволы, что он рубил все эти годы, и туши поверженных демонов.
Среди них лежало и бездыханное тело демонического зверя восьмого уровня.
Три горы из древесины и одна — из плоти монстров.
Четыре исполинских холма мигом окружили центральную зону.
Утраченная энергия хлынула обратно в почву, и Древние Запретные Земли с жадностью набросились на подношение.
Не прошло и десятка ударов сердца, как все четыре горы бесследно исчезли.
Стоило силе вернуться, как вся чащоба задрожала от удовольствия.
— Долг возвращен, мое слово по-прежнему в силе. Сколько времени тебе понадобится, чтобы поставить его на ноги?
В ответ на вопрос Чэнь Чаншэна один из корневых побегов начертил в воздухе несколько фраз:
— Он должен был умереть, но его спасло нечто противоестественное, бросившее вызов небесам.
— Чтобы повернуть смерть вспять, мне потребуется две тысячи лет.
— Кроме того, червь на твоем теле исключительно силен. Мне нужна капля его эссенции, чтобы вырастить новую жизнь.
Услышав о сроках лечения, Чэнь Чаншэн невольно поморщился.
— Вернуть к жизни божественного зверя за две тысячи лет — срок вполне божественный.
Бормоча это, он ласково погладил золотого шелкопряда.
— Сяо Цзинь, поделись с ним капелькой своей жизненной эссенции. Что поделать, мы у них в долгу.
Сяо Цзинь недовольно качнул крошечной головкой, но послушно изрыгнул из пасти каплю сияющей белизной жидкости.
Стоило этой капле покинуть его тело, как аура шелкопряда на глазах увяла, иссохнув донельзя.
Пока драгоценная капля плыла к деревцу, к ногам Чэнь Чаншэна упал кроваво-красный плод.
«Эта штука поможет ему быстро восстановиться».
Прочитав появившиеся в воздухе слова, Чэнь Чаншэн протянул плод питомцу.
Понурый донельзя Сяо Цзинь мгновенно ожил, вцепившись в угощение жвалами.
— Что ж, раз мы обо обо всем договорились, я буду ждать.
— К слову, я намерен расчистить здесь небольшой участок под свой сад с целебными травами. Ты ведь не против?
— Можешь располагаться!
Увидев ответ Леса, Чэнь Чаншэн довольно ухмыльнулся и извлек из пространственного кольца мотыгу.