Глава 1439 - Открытие лечебницы!
Чэнь Чаншэн удалился, а потрясенные юные гении разошлись поодиночке, каждый погруженный в тяжелые думы.
Что любопытно, никто из них так и не решился вывалить свои сомнения собственным стражам.
— Погодите-ка, вы что, ухитрились отделаться такими тяжелыми ранами? — лицо Чэнь Мэнцзе перекосила гримаса, стоило ей бегло осмотреть повреждения Сюй Цянь Чжу и остальных.
Чэнь Сяо тут же перевел взгляд на девушку:
— Мэнцзе, что ты думаешь о только что сказанном дедушкой Чаншэном?
Не прекращая обрабатывать рану Жуань Сюсяня, Чэнь Мэнцзе ответила:
— Я лекарь, а не чистокровный практик. Вся эта возня с добром и злом меня не касается, моё дело — врачевать тела и спасать жизни.
— Конечно, в меру своих скромных возможностей я внесу лепту, ну а в худшем случае — просто положу на кон собственную шкуру.
— Вы же с ними не ровня. Вы — гордость этого поколения, будущие владыки мира.
— На ваши плечи ложится слишком многое, о чем мне думать не положено.
Услышав это, тяжело раненный Жуань Сюсянь горько усмехнулся:
— Как же завидно твоему легкомыслию. Будь моя воля, сам бы бросил всё и стал лекарем.
— По крайней мере, не пришлось бы ломать голову над всякой дрянью.
— Ой, брось. Ты — амбициозный гений, а я — скромный целитель, давай каждый останется при своем.
— К тому же, быть лекарем — далеко не сахар.
Закончив перевязку Жуань Сюсяня, Чэнь Мэнцзе выпрямилась:
— Я осмотрела ваши тела: у каждого припрятан целый букет скрытых ран.
— Если не вытравить эту застарелую грязь прямо сейчас, в критический момент они станут вашей могилой.
Встретившись со строгим взглядом Чэнь Мэнцзе, Чэнь Сяо беззаботно улыбнулся:
— Никто лучше тебя не разбирается в болезнях.
— Говори свой план, мы сделаем всё в точности.
Поразмыслив пару секунд, Чэнь Мэнцзе произнесла:
— Во время битвы у пагоды пострадало немало парней. Я хочу открыть здесь лечебницу, чтобы подлатать их.
— Во-первых, отточу собственное мастерство, во-вторых — помогу вам раздобыть редкие целебные травы.
— Правда, за самыми ценными компонентами вам все равно придется побегать самим.
— Это по моей части, доверьтесь профи! — не успела она договорить, как доселе молчавший Лю Идао встрял в разговор:
— Расклад по скрытым ранам каждого из этих зазнаек у меня в голове. К тому же, топографию Водных земель я знаю как свои пять пальцев.
— Больше всех деньгами сорят именно эти напыщенные индюки из запретных зон.
— Если сообразить, как затащить их к нам на лечение, мы озолотимся... — бац!
Не успел Лю Идао договорить, как получил увесистый подзатыльник по макушке.
Скосив глаза, он увидел Чэнь Чаншэна, который с изящным выражением лица вытирал платком правую руку.
— Мелкий паразит, в следующий раз не отращивай такую твердую башку — у меня рука заболела.
Бросив эту небрежную реплику, Чэнь Чаншэн отвернулся, а разъяренный Лю Идао тут же зашипел:
— Старший, это возмутительное поведение! Я обязан сделать вам строжайший выговор!
— Разве ж гоже вам марать руки о такую падаль?
— Стоило лишь приказать, я бы сам с разбегу врезался лбом в каменную скалу, и ваша ладонь осталась бы цела и невредима!
Остальные хором подумали: «...»
Твое бесстыдство способно пробить любое дно.
Игнорируя собачью преданность Лю Идао, Чэнь Чаншэн бросил на него ленивый взгляд и перевел его на Чэнь Мэнцзе:
— Эту лавочку мы откроем вдвоем.
— Ты сидишь на приеме и лечишь больных, а я стою за спиной и слежу, чтобы ты не порола чушь.
Услышав, что сам Чэнь Чаншэн намерен делить с ней врачебный стол, глаза Чэнь Мэнцзе вспыхнули ярким светом:
— Учитель, разве вы не стали личным стражем Лю Идао?
— Если вы сядете со мной вести прием, не нарушит ли это правила?
— Правила мертвы, а люди живы. Ты хоть и заявилась на состязание гениев, но остаешься единственным целителем на всю округу.
— К со вспомогательным мастерам, которые не зарится на чужие сокровища, все фракции относятся куда снисходительнее.
— К тому же, ты постигла «Вангу Ицзин» из моих рук, так что формально ты — моя ученица.
— Раз выпала свободная минутка, обучу тебя кое-чему настоящему.
— Благодарю вас, учитель! — лицо Чэнь Мэнцзе сияло от восторга.
Быстро уладив формальности, Чэнь Чаншэн с каменным лицом повернулся к остальным «болванам»:
— Чего вылупились? А ну марш рубить деревья и ставить дом!
— Или не видите, что Лю Идао уже вовсю горбатится?
По приказу Цзюнь Линь и остальные немедленно подорвались к лесу. Исключением не стал даже полуживой Жуань Сюсянь.
Проводив их взглядом, Чэнь Чаншэн извлек из ниоткуда деревянный стол и кусок белой ткани.
Вжух!
Взмахнув правой рукой, он вывел на полотне четыре жирных иероглифа: [Болезнь отступит от одного взгляда!]
Любуясь собственным почерком, Чэнь Чаншэн кивнул:
— Девочка, сейчас я преподам тебе первый урок ремесла.
— Истинный целитель обязан относиться ко всем без исключения одинаково.
— Я усвоила, учитель, я буду относиться ко всем абсолютно равно...
— Ничего ты не усвоила!
Не дослушав, оборвал ее Чэнь Чаншэн.
Глядя на растерянную физиономию внучатой племянницы, он с видом глубокой скорби изрек:
— Раз ты решила соблюдать равенство, с какой стати ты собиралась лечить их даром?
Чэнь Мэнцзе: ???
— А?
— Чего «а»?
— Разве я неправ?
— Ты же собиралась лечить их бесплатно, да вдобавок еще и тратить собственные ценные травы на их восстановление!
Столкнувшись с железной логикой, Чэнь Мэнцзе заерзала:
— Но погодите, они ведь мои знакомые!
— И что с того, что знакомые? Знакомых лечат даром?
— Но ведь у врача должна быть милосердная душа, иначе какое мы имеем право зваться лекарями?
— Милосердие — это прекрасно, но кто тебе сказал, что милосердие означает работу себе в убыток?
— Помогать тем, кто слаб и нищ — вот истинный долг целителя.
— Но эти наглецы похожи на слабых и нищих?
Чэнь Мэнцзе: «...»
Черт возьми, а ведь логично.
Пока в ее голове бушевал ураган мыслей, она робко уточнила:
— То есть… когда они вернутся, мне потребовать с них плату за визит?
— Вот это разговор!
— Смотри не продешеви, бери с них двойную ставку, эти оборванцы купаются в золоте!
Бросив эту фразу, Чэнь Чаншэн вальяжно развалился в плетёном шезлонге.
Покосившись на его расслабленную фигуру, Чэнь Мэнцзе вполголоса спросила:
— Учитель, зачем вы заставляете меня поступать так?
— Ты — лекарь, причем лекарь именитый.
— Каждый твой шаг станет ориентиром для всех целителей этого мира.
— Лечить людей задаром для тебя — пустяк, но для прочих врачей это катастрофа.
— Им нужно выживать, совершенствоваться, а для этого требуются деньги.
— Своим альтруизмом ты забираешься на моральную высоту, но что делать остальным? Если они посмеют взять плату, на них тут же обрушатся проклятия толпы.
— Пройдет совсем немного времени, и кто в здравом уме рискнет учиться врачеванию?
……