Глава 1415 - Сделка между Чэнь Чаншэном и Ван Хао!
Ван Хао попытался было оправдаться, но Чэнь Чаншэн жестким жестом оборвал его:
— Мне не нужны твои пустые оправдания. В этом деле меня интересует исключительно результат, а не то, как ты к нему пришел. Не думай, что меня можно водить за нос так же легко, как тех мальчишек.
Услышав это, Ван Хао поджал губы и замолчал. Было ли то случайной оговоркой или тонким расчетом — одному небу известно.
Оценивая обстановку, Цуй Хаю тихо спросил:
— Уважаемый, неужели та самая «битва на пороге конца» скрывает столь страшную тайну?
Чэнь Чаншэн ответил беззаботно:
— Никакой особой тайны. Просто запечатали парочку зарвавшихся ублюдков. В нынешней смуте выпусти их наружу — и ситуация мгновенно выйдет из-под контроля.
— Настолько сильны?
— Предки Пяти Семей и Семирамиды по сравнению с ними — пыль под ногами. Раздавить тебя им проще, чем муху.
Цуй Хаю сглотнул слюну: ……
Раз он способен запечатывать подобных монстров, неудивительно, что все они до смерти боятся его. Но какова же наглость у культиваторов той эпохи — даже в такие тайны они умудрялись совать свой нос!
***
Бамбуковая роща Мира Без Края.
Получив ту самую пощечину от Чэнь Чаншэна, Лю Идао с тех пор хранил обет молчания.
Глядя на вспышки заклинаний у пагоды и застывшего в медитации демона, Жуань Сюсянь не выдержал:
— Эй, они уже штурмуют девятый этаж, мы так и будем сидеть?
Лю Идао медленно приоткрыл один глаз:
— Поспешишь — людей насмешишь. Ты же представитель праведной секты, а суетишься пуще меня. Разве тебя не учили, что любой хищник перед броском обязан затаиться в долгой засаде? Мы здесь не для того, чтобы красоваться на арене. Главное — вызволить От Сердца, а лишняя суета ни к чему не приведет.
Поразмыслив над его словами, Жуань Сюсянь перевел взгляд на Цзюнь Линя:
— А ведь в его словах есть смысл.
Цзюнь Линь кивнул:
— Истину глаголит. Именно за это мы и позволили ему присоединиться. Раньше нам казалось, что злодеи способны лишь на грязные пакости, но мы совсем забывали про их выдержку. Отбросив честь и правила, они проявляют куда больше терпения и упорства, чем мы. На арене мы одолеем их мастерством, но в смертельной схватке выживут они. Если мы не научимся превосходить их в хитрости и терпении, то как собираемся побеждать в будущем?
— Выдвигаемся! — внезапно подорвался с места Лю Идао.
На его лице играла хищная улыбка:
— Мое чутье подсказывает: кто-то уже сцепился с лысым монахом. Пока они мутузят друг друга, мы тихонько сорвем спелые плоды.
Сюй Цянь Чжу нахмурилась:
— Ты же говорил, что нужно дождаться Хэн Тяня?
— Ждать Хэн Тяня никто не отменял, но не обязательно у порога. Сейчас с монахом бьется именно он, а остальные отпрыски готовятся взять его в клещи. Когда он окажется на краю гибели, мы великодушно протянем руку помощи — тогда деваться ему будет некуда, и он охотно примкнет к нам.
Чэнь Сяо прищурил глаза:
— Барьеры пагоды чудовищны, наши чувства фиксируют лишь обрывки происходящего. Откуда тебе известны столь точные детали?
— Моя техника завязана на крови, к ее запаху я невероятно чувствителен. Когда предок Чаншэн оглашал правила, я заранее уловил ауру каждого из вас. Пагода глушит духовное восприятие, но запах пролитой крови остановить не способна. Как только они получат ранения, я узнаю об этом первым.
С этими словами демон обратился в сгусток алого тумана и взмыл к пагоде. Остальные поспешили следом.
На вершине пика.
— Ну до чего же бестолковый у меня ученик! — сокрушался Ван Хао, хватаясь за голову. — Чему только учил — всё мимо ушей!
Цуй Хаю недоуменно моргнул:
— Уважаемый, разве план Лю Идао в чем-то плох?
— В теории — безупречен. На практике — идиотизм чистой воды.
— Почему это?
— Выжидай момент, наноси удар наверняка — все шаги просчитаны. Но позволь спросить… — Ван Хао посмотрел на него исполобья. — Каково условие победы в гонке за сокровищами?
— Разумеется… — Цуй Хаю осекся на полуслове.
До него внезапно дошло: Чэнь Чаншэн ни разу не упоминал условия победы в этом турнире.
— Теперь дошло? Правил здесь нет. Единственное условие победы — остаться в живых. Чтобы добыть Четыре фолианта, нужен фрагмент водной книги, но он изначально находился у От Сердца. Все наивно полагали, что стоит вытащить монаха — и заветный артефакт в кармане. Но это лишь ваши влажные фантазии, я такого не утверждал. К тому же, если бы силы злосчастного монаха были так малы, сектанты не стали бы строить ради него целый Малый Мир Без Края. Высвободившись после десяти тысячелетий заточения, этот безумец потопит мир в крови.
Услышав это, лицо Цуй Хаю побелело.
— Но здесь столько элитных мастеров! Неужели какой-то одинокий монах перевернет всё вверх дном?
— Теоретически — нет. Но вы здесь наблюдатели, а не тюремщики. Предположим, часть гениев сбежит, бросив остальных. Как думаешь, на ком сорвет злость озверевший демон? И с каких пор я обещал, что наблюдатели обязаны вмешиваться?
Зрачки Цуй Хаю сузились до точек. Он понял, что кого-то из участников только что цинично подставили.
Бросив взгляд на побледневшего спутника, Чэнь Чаншэн повернулся к Ван Хао:
— Сколько ты намерен тянуть?
— Часов этак три. Как-никак наследник великой империи, должен же он хоть немного потрепыхаться.
— Оставить его в одиночку против этой твари на три часа — проще сразу отправить на плаху.
— Мне плевать, не я же его убиваю. Ты обещал не вмешиваться, так что с претензиями не ко мне. Кстати, сколько ты собираешься мариновать моего драгоценного ученика?
— Изначально планировал шесть. Но раз ты завел этот разговор, давай заключим сделку.
— Какую?
— Ты не вмешиваешься, я не вмешиваюсь. Пусть передохнут все до единого.
— И по рукам!
— Ха-ха-ха!
Ван Хао без раздумий ударил по протянутой руке.
Наблюдая за этой сценкой, все присутствующие ощутили холодок, пробежавший по спине.
Оба этих безумца были абсолютно невменяемы.