Глава 1414 - Подлизывание!
Грохот!
Новый мощный взрыв сотряс воздух, и фигура Жуань Сюсяня вылетела из ворот пагоды кубарем.
Едва сбавив инерцию в полете, он яростно завопил:
— Мать вашу! Трус, посмевший напасть исподтишка, я тебе этого не прощу!
С этими словами он собрался снова ринуться внутрь, но замер, заметив неподалеку отдыхающую компанию Цзюнь Линя.
— Эй, там внутри такая бойня идет, а вы чего расселись? — озадаченно бросил он, опускаясь на землю.
Цзюнь Линь покосился на беззаботного Лю Идао и ответил:
— Мы планировали войти раньше, но этот товарищ настоял, пока тебя не вышибут наружу.
Жуань Сюсянь перевел взгляд на демона и процедил сквозь зубы:
— Цзюнь Линь, какого черта вы связались с этой тварью? Он же выродок из Запретной Реки, а его наставник — отъявленный маньяк!
— Подумать только, великий праведник, а оскорблять за глаза горазд? Раз я так противен тебе, почему до сих пор не пытаешься меня прикончить? — тут же раздался едкий голос Лю Идао.
Не стерпев шпильки, Жуань Сюсянь взвился:
— Да запросто! Сдохни, отродье…
Звяк!
Алая вспышка рассекла воздух перед их лицами. Тело Жуань Сюсяня мгновенно покрылось густой вязью защитных талисманов. Лю Идао перешел в атаку без предупреждения, целясь клинком в смертельные точки.
— Хватит!
Вспыхнула фигура Чэнь Сяо, в мгновение ока оказавшись между дерущимися. Его левая рука зажала фиолетовый талисман, а правая намертво перехватила окровавленный тесак демона.
Посмотрев на сочащуюся кровью ладонь Чэнь Сяо, Лю Идао лишь приподнял бровь и спрятал оружие.
— Ладно, раз старший брат Чэнь заступился, я сохраню ему жизнь. Еще раз распустишь язык — отрежу к чертям собачьим.
Откатившись в сторону, демон уселся на прежнее место, в то время как лицо Жуань Сюсяня потемнело донельзя: он отчетливо понял, насколько чудовищной силой обладал этот противник.
Утихомирив буянов, Чэнь Сяо спокойно произнес:
— Лю Идао примкнул к нам не просто так. Перед лицом общей угрозы я прошу всех забыть о старых распрях. Сюсянь не ведал, что творится, его реакция понятна. Цзюнь Линь, введи его в курс дела.
Вкратце пересказав события последних минут, Цзюнь Линь завершил рассказ:
— Вот так обстоят дела. Так что мы были излишне резцы. Но все же, откуда ты знал, что его вышвырнут? Неужели его уровень подготовки настолько ничтожен?
Услышав вопрос, Лю Идао лишь криво ухмыльнулся, храня молчание.
Не дождавшись ответа, Жуань Сюсянь полез во внутренний карман и, достав фиолетовый талисман, протянул его демону.
Тот презрительно прищурился:
— Это что за подачки?
— Взятка! Фиолетовые талисманы — высший сорт, на внешнем рынке за них удавятся. Не говори мне, что ты не смыслишь в ценностях.
Лю Идао гордо задрал подбородок:
— Думаешь, какой-то бумажкой можно купить мою совесть? Я, Лю Идао, по-твоему, падок на блестяшки? В следующий раз говори прямо, нечего оскорблять меня барахлом. И если уж вздумал унижать — делай это почаще.
С этими словами он с потрясающей ловкостью сгреб талисман и упрятал за пазуху.
Все: ……
Бесстыдству культиваторов тьмы оставалось только позавидовать.
Заполучив взятку, Лю Идао расплылся в лучезарной улыбке:
— На самом деле даром предвидения я не обладаю. Просто владею парой секретов, недоступных вам. В даосском пантеоне сейчас десять великих обителей, и одна из них — гора Цинчэн. Нынешний наследник этих мест носит фамилию Чжао. Держу пари, исподтишка тебя атаковал именно он.
Жуань Сюсянь опешил:
— Откуда тебе знать? Неужели внутри у тебя есть соглядатаи?
— Оставить там метку невозможно. Просто происхождение у парнишки из Цинчэна больно специфическое. Он сын Чжао Юня, некогда первого полководца Трех Миров и Четырех Брахм. Во времена резни эпохи он уцелел лишь благодаря защите Четырех Небесных Владык. Позже, когда пыль улеглась, его выпустили на свободу. Понятия не имею, каким ветром его занесло в Цинчэн, но кровную месть за отца он не забудет никогда.
Лицо Жуань Сюсяня перекосило:
— Постойте-ка! Резню устраивал не я, какого черта он цепляется ко мне?
— Да потому что ты околачиваешься рядом с этими придурками! А они — внучата самого предка Чаншэна. Как тут удержаться и не нагадить по мелочи? Убить тебя он, может, и не решится из-за последствий, но отравить жизнь в самый неподходящий момент — запросто.
Выслушав объяснение, Жуань Сюсянь скривился:
— Каким образом тебе ведомы такие детали?
— Помилуй, мой второй учитель был ключевым организатором той бойни. В те дни, во время битвы на пороге конца…
Хлоп!
Звонкая пощечина оборвала его на полуслове, оставив багровый след на щеке.
— Следи за языком! — разнесся в небесах голос Чэнь Чаншэна.
Лю Идао тут же шлепнулся на колени:
— Благодарю старшего за вразумление, младший всё понял!
Отвесив несколько глубоких поклонов небесам, он наотрез отказался продолжать прерванную мысль.
Остальные молча переглянулись: теперь они не сомневались, что демон сболтнул нечто запретное.
— Ладно, остался еще один вопрос, — пробормотал Жуань Сюсянь. — Почему к ним ты относишься с пиететом, а ко мне как к дерьму?
— У них есть влиятельные папаши и деды, а у тебя? Ты, конечно, гений, но здесь все гении. С чего бы мне терпеть твои выпады на равных?
Жуань Сюсянь: ……
Возвести подлизывание и беспринципность в столь абсолютный ранг — поистине редкий дар.
***
На вершине пика.
Отвесив воспитательную оплеуху зарвавшемуся демону, Чэнь Чаншэн покосился на Ван Хао. Тот нервно заерзал под его взглядом.
— Ладно, язык у меня иногда опережает мысли, кто ж знал, что этот болван станет трепать об этом на каждом углу! Хочешь, я пойду и прикончу его прямо сейчас?
Оценив перепуганный вид товарища, Чэнь Чаншэн процедил:
— Я не против твоих забав, но предупреждаю: не переходи черту. Сунешься куда не следует — спуску не дам.