Глава 136 - Уничтожение Крепости Дикого Дракона, решительные шаги Чэнь Чаншэна
Слова Чэнь Чаншэна потрясли не только бесчисленных учеников, но и Цзы Нин вместе со старейшинами Павильона Небесных Таин.
Столкнувшись с поручением, озвученным Чэнь Чаншэном, старейшина Павильона Небесных Таин с заминкой в голосе произнёс:
— Святой сын, по всем правилам ты действительно имеешь право выставить подобную задачу.
Но искоренение целой влиятельной организации — дело не шуточное. Быть может, стоит повременить и всё тщательно обдумать?
Услышав предостережение старейшины, Чэнь Чаншэн лишь легко улыбнулся:
— Крепость Дикого Дракона открыто оклеветала святого сына святой земли Цзыфу, а значит, бросила вызов и всей нашей обители.
Мы не имеем права спускать им это с рук.
Даже если я, Чэнь Чаншэн, стерплю подобное оскорбление, мои братья и сёстры по святой земле стерпеть его не смогут.
Какая-то жалкая Крепость Дикого Дракона… Стройка века не намечается, снесем их — и дело с концом.
Заметив, как слова Чэнь Чаншэна разгорячили толпу, старейшина Павильона Небесных Таин поспешно отвёл его в сторону и заговорил вполголоса:
— Святой сын, сравнять с землей Крепость Дикого Дракона, конечно, не проблема.
Однако сейчас святая земля Цзыфу не может выделить достаточное количество людей.
Все сильнейшие бойцы во главе с самим владыкой ушли истреблять древнего нежити-костеглота, а те, кто остался, должны охранять саму обитель.
Если мы снимем с позиций еще хоть отряд, защита святой земли даст трещину, а это уже не шутки.
Голос старейшины был не громким, но и не тихим.
Остальные ученики святой земли Цзыфу тоже смутно уловили суть беседы и сочли опасения наставника вполне разумными.
Однако Чэнь Чаншэн, выслушав его, лишь с улыбкой покачал головой:
— Старейшина заблуждается. Для карательного похода на Крепость Дикого Дракона сопровождение старейшин не требуется.
Старейшина Павильона Небесных Таин: ？？？
От такого заявления старейшина остолбенел. Впервые в жизни он слышал, чтобы от подобных масштабных заданий отказывались сопровождающих воихов высокого ранга.
Как можно проводить столь грандиозную операцию без поддержки истинных мастеров?
— Святой сын, так нельзя! Если за нашей спиной не будет стоять сильный наставник, в случае непредвиденных обстоятельств…
— Никаких непредвиденных обстоятельств не будет!
Чэнь Чаншэн безжалостно оборвал старейшину, резко развернулся и обвёл взглядом собравшихся учеников:
— Братья и сёстры!
Не зря говорят: волк тысячу ли пройдет — мяса добыть, а собака — дерьма наесться.
Крепость Дикого Дракона — всего лишь второсортная шайка. Сильной её не назовешь, но и слабой не скинешь со счетов.
Если бы наша святая земля отправила туда старейшин, они бы стерли эту цитадель в порошок в одно мгновение.
Но если мы расправимся с ними своими силами, Крепость Дикого Дракона превратится в крепкий орешек, который придется грызть с кровью.
Я, Чэнь Чаншэн, человек здесь новый и сужу об обители лишь по слухам из внешнего мира.
И тем не менее, я свято верю: святая земля Цзыфу способна вести тяжелые бои.
Мы не сожмемся трусливо в панцирные раковины лишь оттого, что враг оказался чуточку сильнее обычного.
Если это не так, то вы — не более чем псы, питающиеся падалью, а вовсе не кровожадные волки!
Отвечайте мне прямо сейчас: каков ваш выбор?
Зажигательная речь Чэнь Чаншэна заставила сердца учеников забиться быстрее, а кровь — закипеть.
Пусть эти юноши и уступали в мощи такой вершине гордости, как Цзы Нин, это вовсе не значило, что они слабы.
Каждый из них прошел жесткий отбор: среди послушников отбирали одного из ста, во внешних учениках — одного из тысячи, а внутренние были элитой, прошедшей сквозь сито десяти тысяч человек.
У истинных гениев есть своя гордость, и элитные ученики ни в чем им не уступали.
— Сравнять Крепость Дикого Дракона с землей! — раздался чей-то зычный крик из толпы, и следом за ним тысячи глоток грянули громовое эхо.
Кричное море голосов, жаждущих крови врагов, заполнило каждый уголок святой земли Цзыфу.
Убедившись, что нужный настрой достигнут, Чэнь Чаншэн легко взмахнул руками, призывая к тишине. Площадь мгновенно затихла.
— По уставам нашей святой земли, семь десятых добычи с подобных масштабных заданий отходят обители.
Ученикам, исполнившим поручение, достаются лишь три десятых да скромная системная награда.
Но сегодня всё иначе. Раньше старейшины сопровождали нас, чтобы прикрывать спины.
Они вкладывали силы, причем львиную их долю, потому и забирали львиную долю себе.
Но в этот раз они не поднимут палец для помощи, а значит, получат лишь три десятых.
Причем и эта доля пойдет не старейшинам, а в знак благодарности взрастившей нас святой земле!
От этих слов глаза присутствующих мгновенно налились кровью.
Крепость Дикого Дракона — всего лишь второсортный оплот, для великой обители их сокровища не имеют особой ценности.
Но если разделить эти богатства на куда меньшее число бойцов, каждый из них получит поистине колоссальный куш.
Не говоря уже о том, что за успешное завершение выдавали щедрые очки заслуг.
Глядя, как смело и решительно Чэнь Чаншэн перекраивает вековые устои святой земли Цзыфу, старейшина Павильона Небесных Таин едва не лишился чувств от страха.
Дело было слишком масштабным, и случись хоть малейшая оплошность, он, простой старейшина внешних врат, не смог бы понести за неё ответственность.
Однако стоило ему погрузиться в лихорадочные поиски выхода, как к его рукам спланировал сияющий золотым светом лист бумаги.
Вчитавшись в строки, старейшина шумно выдохнул и с плеч словно гора свалилась.
Приказ исходил прямиком из сокровенных глубин задних гор святой земли Цзыфу.
— Слушайте волю Совета старейшин!
Награду за эту миссию берет на себя обитель, все полномочия по управлению походом делегируются святому сыну. Всякий, кто посмеет ослушаться его приказов, подлежит немедленной казни без доклада наверх.
Каждый ученик, принявший участие в операции, вне зависимости от итогового результата получает зачет по плановой аттестации.
Услышав волю старейшин, последние сомнения учеников рассеялись как дым.
Как бы ни манили обещания Чэнь Чаншэна, он оставался всего лишь святым сыном.
Каким бы талантливым тот ни был, верховная власть в обители принадлежала не ему.
Теперь же сама святая земля одобрила дерзкий план и вновь наделила юношу абсолютной властью.
Это означало, что после завершения похода никто не станет сводить с ними счёты задним числом.
Заметив одобрительное решение Совета, Чэнь Чаншэн тронул уголки губ в едва заметной улыбке и произнес:
— Вы всё сами видите. Что выбирать — сочное мясо или пустой бульон — решайте для себя сами.
Раз уж это командная оперативная задача, нам понадобятся командиры.
У змеи нет головы — она не поползет, у птицы нет крыльев — она не взлетит, а беспризорная толпа никогда не станет силой.
Эти четверо — ваши будущие командиры отрядов. Вы вольны сами выбирать, к кому присоединиться.
Если же вы считаете их недостойными, бросьте им вызов, победите — и займите их место.
Вся накопившаяся обида и скрытая злоба могут выплеснуться прямо сейчас.
Но помните: я предупредил заранее. Сейчас вам дают шанс, но вы им пренебрежете, а стоить тронуться в поход на Крепость Дикого Дракона…
В тот самый миг, когда кто-то посмеет нарушить приказ в пути, пеняйте на себя: я сотру лицемерные улыбки с ваших лиц!
С этими словами он вытащил из рукава миниатюрные песочные часы, водрузил их на землю и не спеша направился к ближайшей беседке.
Бросив быстрый взгляд на песочные часы, а затем на четверку во главе с Цзы Нин, амбициозные ученики начали строить планы.
Внутренних учеников называли предтечами святых сынов. Раз уж ты ступил на эту ступень, кто не захочет подняться еще выше?
Прежде дисциплина была железобетонной, и бросить вызов Цзы Нин казалось безумием, но теперь выпал идеальный шанс.
Многие устремили хищные взгляды на Гунсунь Хуайюй и остальных.
Цзы Нин завоевала статус святой честным путем, сокрушив большинство силой своего меча, но это не значит, что прочие обязаны были молча утираться.
Молодые бойцы внешних врат возжелали растоптать Су Тяня и взмыть на уровень внутренних учеников.
Точно так же многие внутренние ученики горели желанием использовать Су Тяня как трамплин для собственного возвышения.
Правда, их целью было занять командирские посты, чтобы отхватить кусок побольше.
Подстегиваемые такими амбициями, претенденты не заставили себя долго ждать.
У каждого нашелся свой нападающий: у Цзы Нин меньше всех, у Гунсунь Хуайюй — чуть больше, а Е Хэншэн и Су Тянь утонули в море вызовов.