Глава 1338 - Величайшая пытка!
— Какого чёрта ты здесь забыл?
Окинув ледяным взглядом Юнь Яцзы, объявившегося прямо внутри брюха Куньпэна, Шуй Юэ процедила сквозь зубы:
Юнь Яцзы лишь беззаботно усмехнулся:
— Не кипятись, девочка. Русалки меня интересуют меньше всего на свете. Я здесь исключительно потому, что перед своим уходом Чэнь Чаншэн поручил мне одно дело. Он сказал, что переселение твоего клана — задача не из легких, и в одиночку ты точно не справишься. Вот он и попросил меня оказать тебе посильную услугу. По правде говоря, по дороге сюда я думал, что этот пройдоха прячется именно здесь. Но обыскав каждый уголок, я понял: его духу тут действительно нет.
Выслушав старика, Шуй Юэ холодно заметила:
— Неужели даже старший считает, что учитель не ушел?
— Дело не в том, что я так считаю. Весь мир Эпохи Пилюль уверен, что он всё еще здесь! Проблема в том, что и ты, и я собственными глазами видели, как они с Базэ уходили. Мы тогда перепроверили всё по три раза: уходили именно они сами, а не какие-то паршивые аватара или клоны. Ты веришь, что он способен водить за нос абсолютно всех нас?
Шуй Юэ ответила без тени сомнения:
— Если даже старший не в силах разгадать его замыслы, то куда уж мне?
— Вот именно это бессилие меня и бесит! Если бы дело было лишь в том, что методы Чэнь Чаншэна превосходят наши — ладно. Но мы точно знаем, что он где-то прячется в Эпохе Пилюль, а найти его не можем! Разве это не доказывает, что он держит за дураков всех нас? Чэнь Фэн и Лю Цинцин десять лет колесят по свету, Лу Минюй задействовал ресурсы всего клана Лу, мы, старики, выворачиваем наизнанку каждую пядь земли… Но как бы мы ни рыли землю носом, никаких следов! Может, он и вправду свалил из этого проклятого мира, а все наши подозрения — не более чем паранойя?
Встретившись с растерянным взглядом Юнь Яцзы, Шуй Юэ покачала головой:
— Учитель всегда поступает так, как считает нужным. Если старший надеялся выведать у меня хоть что-то о его местонахождении, то боюсь, вас ждет разочарование. Я и сама подозревала, что он мог спрятаться здесь, но вы же только что сами опровергли мою догадку.
Получив такой ответ, Юнь Яцзы махнул рукой:
— Ладно, проехали. Раз вы, сопляки, понятия не имеете, где этот негодяй, разговор окончен. Новое место обитания для русалок я уже подготовил, так что вскоре люди из Долины Пилюль помогут вам с переездом.
С этими словами старик испарился, словно его и не было.
Остаток дня Шуй Юэ простояла в тишине, шепча в пустоту:
— Учитель… Куда же вы запропастились? Неужели вы и впрямь бросили Шуй Юэ?
***
Время летело неумолимо. С момента ухода Чэнь Чаншэна минуло ровно пятнадцать лет.
Войны, практики, повседневный быт… Всё шло своим чередом, ничем не отличаясь от прежней жизни.
И всё же многим казалось, что в этом мире безнадежно чего-то не хватает.
Если говорить точнее — миру не хватало Императорского наставника Чэнь Чаншэна.
Без него всё вокруг снова погрузилось в ту самую застойную, скучную гладь, что и до его появления.
Пожалуй, единственным сколько-нибудь заметным событием за эти годы стало убийство Ван Бо — того самого гордого цилиня клана Ван.
Непреклонная Бессмертная Цзюнь У затянула тугую сеть ловушек и наконец выкурила Ван Бо из-под защиты многослойных барьеров его клана.
Два долгих часа они сходились в смертельной схватке глубо в диких горах.
Спустя это время Бессмертная Цзюнь У вышла из тумана, держа в руке окровавленную голову Ван Бо.
Самое забавное, что реакция клана Ван оказалась на редкость тихой — пошумели громогласно, а на деле пшик.
Впрочем, наблюдательные люди быстро смекнули, в чем дело.
Ван Бо мертв, и продолжать травлю Гуань Пинь для клана Ван было бы полнейшим безумием.
Если оглядеть молодое поколение их фамилии, никто и близко не мог тягаться с Гуань Пинь.
Мастер алхимии экстра-класса, непревзойденный виртуоз контроля над пламенем, чей близкий друг — молодой Бог меча, а будущий муж — прямой ученик самого Императорского наставника Лу Минюй.
С таким послужным списком мало кто на свете мог посоперничать.
Клан Ван был не настолько глуп, чтобы променять живого золотого феникса на мертвеца, чья ценность равнялась нулю.
Дворец Гуанхань.
— Пинпин, мы тут принесли тебе кое-какие вещицы. Глянь, может, приглянется чего?
Гу Юйтин с заискивающей улыбкой толкнула вперед груду сияющих сокровищ.
Гуань Пинь бросила на них брезгливый взгляд:
— Забирай свой хлам, мне ничего не нужно. И к слову: я тебе не дочь, ты ошиглась адресом.
— Пинпин, раньше я во всём была неправа… Прости меня, умоляю! — Гу Юйтин бросилась вперед и вцепилась в рукав девушки, заливаясь слезами.
Гуань Пинь закусила губу до крови:
— Хватит меня преследовать. Что бы ты ни говорила, прошлого уже не исправить. Какой толк теперь пытаться загладить вину?
Услышав в ее голосе намек на то, что лед тронулся, Гу Юйтин затараторила с удвоенным усердием:
— Как это — какой толк? Ты носила меня под сердцем целых десять месяцев, в тебе течет моя кровь! Мы связаны узами, которые крепче любой стали!
— С этим я не спорю! — Гуань Пинь глубоко вздохнула. — Сколько бы лет ни прошло, как бы я ни меняла кровь и родословную, весь мир будет помнить, кто меня родила. Когда вы умрете, я приду и лично зажгу для вас три палочки благовоний. Это будет последним, что я сделаю как дочь. Но на этом всё. С этих пор мы с кланом Ван больше не имеем друг к другу ни малейшего отношения.
Резким взмахом руки она оттолкнула Гу Юйтин.
Тяжелые двери дворца захлопнулись с глухим стуком. Гу Юйтин осталась сидеть на холодном каменном полу у входа, тихо и горько плача.
Прошло немало времени, прежде чем она шагнула со ступеней Долины Пилюль — сгорбленная, потерявшая всякий человеческий облик.
И стоило ей покинуть пределы владений, как по миру разнеслась весть: супруги Гу покончили жизнь самоубийством.
Всё, чего они удостоились после смерти — это грубая циновка, в которую завернули их тела.
Кладбище заброшенных душ.
Женщина в траурных одеждах медленно ступила на промозглую землю погоста, где у самого края притулилась крошечная соломенная хижина.
— Кхм-кхм!
Из свежевыкопанной земляной ямы донесся надрывный кашель. Тела четы Гу лежали тут же, сваленные в кучу на земле.
— Старец, что ты тут делаешь? — тихо спросила женщина, окинув взглядом мрачную картину.
Сгорбленный старик поднял на нее мутные, заплывшие катарактой глаза:
— А что еще тут делать? Яму копаю, кого ж еще. Покойники при жизни были людьми именитыми, а хоронить их вот так, как собак — не слишком ли скромно?
— Скромно? Подумаешь! Кто после смерти не превращается в горсть пыли? Все там будем. По правде говоря, я копаю могилы в этом проклятом месте уже не один десяток лет, но такой жалкой смерти еще не видывал.
Эти слова заставили женщину помрачнеть еще сильнее. Тихо выдохнув, она осведомилась:
— При жизни они сильно страдали?
— Телом — пожалуй, нет. Но вот душа… Душевные муки кусают больнее любого клинка. Иначе с чего бы им левкасом наглотаться и руки на себя накладывать?
— Откуда тебе знать? — нахмурилась женщина.
Старик оперся на лопату и сплюнул:
— Я десятки лет стерегу могилы клана Ван. Что в этом семействе творится — от меня не утаишь. Всё знаю.
— И знаешь, кто я?
— А как же. Единственная, кто пришел сюда навестить их — это не кто иной, как сама огненная императорская святая Долины Пилюль.
[ Прим. автора: Ловите главу сверху! ]