Глава 1292 - Истоки проклятия и чистое тело Лу Минюя
— Соберись и не отвлекайся! Не твоего ума дело.
Отвесив звонкую затрещину Лу Минюю, Чэнь Чаншэн перевел взгляд на окаменевшую Гуань Пинь:
— Я перелопатил горы сведений о Теле Сотни Ароматов, Гуань Пинь, и могу заявить со всей уверенностью: ты — и есть та самая легендарная обладательница этого дара. При должной выучке твой потенциал позволит превзойти даже тех древних алхимиков.
Девушка криво улыбнулась, силясь сдержать дрожь в голосе:
— Учитель, шутки шутками, но это уже чересчур. От меня же за версту не разит цветами, какое там тело Богини Цветов?
— Отсутствие аромата объясняется просто: твой дар некогда был варварски разрушен. Удивительно лишь то, что разрушение не оказалось полным. Именно поэтому у тебя сохранился столь тонкий нюх, перед которым бледнеет даже Базэ. Однако недавние события довершили начатое — остатки твой врожденной предрасположенности стерты в порошок. Если поразмыслить над этим хладнокровно, затеявшаяся игра началась в тот самый день, когда твое имя впервые прогремело на всю округу. И за ниточки дергает не кто иной, как патриарх клана Ван.
После этих слов по телу Гуань Пинь пробежала мелкая, неудержимая дрожь.
Чэнь Чаншэн смягчил тон:
— Хочется плакать — так выплачься.
Глубоко вдохнув и медленно выпустив воздух, девушка сжала побелевшие губы:
— Учитель, сейчас не время для слез. Скажи… этот старик из клана Ван силен?
— Чудовищно. Настолько, что даже у меня нет полной уверенности в исходе схватки.
— Значит, вы обречены стать врагами?
— Пожалуй. Он переступил черту, за которой для меня нет возврата. Как только представится удобный случай, я прикончу его.
— Учитель, я хочу попросить об одном одолжении.
— Говори.
— Когда пойдете на него — возьмите меня с собой.
— Зачем?
— Хочу убить его своими руками!
— Будут еще требования?
— Если возможно… оставьте его в живых до самого конца. Чуть-чуть. Чтобы я успела задать ему единственный вопрос: за что он так со мной поступил?
— Идет. Я обещаю тебе это.
Бум!
В этот момент тишину разорвал глухой подземный взрыв, донесшийся со стороны водной глади.
Они резко обернулись: Лу Минюй сидел с закрытыми глазами, а плоть его стала пугающе прозрачной. Сквозь кожу проступала сложнейшая карта внутренних органов и извивы чудесных меридианов.
Чэнь Чаншэн кивнул на него:
— Смотрите внимательно. Вот она — истинная первобытная система Моря Горького. Когда Небесный Владыка впервые прокладывал свое море, его плоть обратилась в нечто сродни нефритовому костяку и бессмертной плоти. То, что происходит с Лу Минюем сейчас, — переход в состояние абсолютной чистоты. В древних трактатах я не встречал названия для подобной мутации… пожалуй, назовем ее «Нефритово-Чистым Телом».
Едва умолкли его слова, как из даньтяня Лу Минюя сочился крошечный ручеек золотистого сияния. Эти «воды» самостоятельно потекли по каналам его тела. На первый взгляд казалось, что движение подчиняется стандартным законам небесного круговорота, но при ближайшем рассмотрении открывалась иная картина: маршрут циркуляции разительно отличался от всего, к чему привыкли современные практики.
— Теперь понимаете, почему я запрещаю вам следовать этому пути? В первобытной системе нет раз и навсегда заученных дорог. Прокладывать траекторию приходится силой собственного естества, и малейшая ошибка грозит тем, что ваше тело разорвет на куски от избытка энергии. Избыток жизненной силы — единственная страховка: она питает бурный поток и одновременно не дает вашей плоти развалиться на атомы в первые же секунды.
Лежавший на носилках Чэнь Фэн нахмурился:
— Но учитель, жизненная сила Лу Минюя едва ли столь мощна, как вы описываете.
— А ты приглядись получше.
Чэнь Чаншэн сделал легкий жест пальцем, и перед глазами Чэнь Фэна предстала поразительная картина. Золотистый ручеек внутри Лу Минюя совершил ложный маневр, из-за чего один из тончайших меридианов в его плече мгновенно лопнул. Однако в следующее мгновение изломанные ткани начали затягиваться с умопомрачительной скоростью, и пущенная следом волна энергии беспрепятственно прошла по исцеленному участку.
— Видите? В этом и заключается проявление неисчерпаемой жизненной силы. Обычному смертному на сращивание разорванного канала требуются месяцы, тогда как избранные справляются с этим мгновенно. Божественная сила своенравна, и в поисках правильного круга неизбежны ошибки. Если ваши каналы не успеют восстановиться быстрее, чем случится разрыв — вас ждет неминуемая смерть. Хуже того: во время этого процесса запрещено любое вмешательство извне, не смеет вмешиваться даже воля самого адепта. Стоит чужой воле исказить процесс — и проложенный маршрут уже не будет соответствовать вашей истинной природе.
— Вот оно как… — пробормотал Чэнь Фэн. — Принцип я уловил, но всё же… с чего вы так уверены в успехе Лу Минюя?
— Всё до банального просто. Лу Минюй годами влачил полумёртвое существование. Из-за тяжкого недуга его ци, дух и энергия с самого детства были много ниже, чем у обычных людей. Когда он открыл свой первый родник, порожденная им сила оказалась куда слабее стандартной. А слабая энергия во время поисков маршрута не способна нанести разрушительных ударов по телу. Именно это слабосилие я и счел залог его успеха.
Получив столь неожиданное объяснение, Чэнь Фэн закусил губу:
— Учитель, можете проверить мою жизненную силу? Хочу воочию увидеть, насколько велик разрыв между нами.
Чэнь Чаншэн бросил на него искоса пренебрежительный взгляд, щелчком пальцев наложив запрет на левую руку юноши.
Хлёсь!
Тончайший луч золотистого света в мгновение ока сокрушил мелкий меридиан в руке Чэнь Фэна. Погрузившись в медитативное созерцание собственного тела, тот с горьким разочарованием отметил скорость восстановления: с показателями Лу Минюя это даже не стоило сравнивать — пропасть.
— Теперь дошло? Истощенность Лу Минюя была вызвана искусственным вмешательством. Но посудите сами: если бы его врожденная жизненная сила не была чудовищно мощной, разве смог бы он продержаться столько лет на краю могилы? Без поддерживающих пилюль он бы загнулся в первые же месяцы. Впрочем, вам рано отчаиваться. Прирожденный талант — лишь одна из дорог, отсутствие же оного позволяет выбрать иную колею. Тот самый Бог меча в свое время обладал столь ничтожными задатками, что впору было рыдать, однако это не помешало ему вписать свое имя в вечность.
В этот момент тело Лу Минюя покрылось паутиной мелких трещин, а дыхание сделалось пугающе прерывистым.
Гуань Пинь в панике вскинула голову:
— Учитель! Что с ним?!
— Ничего особенного. Просто помирает.
— Чего?! — Чэнь Чаншэн брякнул это с такой невозмутимостью, что у девушки едва сердце не остановилось.
— А чего ты испугалась? При таком раскладе ему осталось от силы пятьдесят дыханий. А после — дух вон!
…
Псс: решил подкинуть парочку глав сверху, хе-хе!