Глава 1234 - Заместитель главы Хубэнь и выбор Цуй Тяньжуя
— То, что принято называть гордецами, — всего лишь тепличные цветы, взращенные по жестким лекалам. Стоит убрать защищающие их тепличные правила, и они ничем не отличаются от придорожной сорной травы. Мне вечно твердили, что чужеродное пламя не потушить без великих техник. Владение пламенем было моим главным поводом для гордости — оно помогало мне варить пилюли, культивировать и убивать. Но никто не предупреждал меня, что в смертельной схватке враг пойдет напролом сквозь пламя, лишь бы вцепиться тебе в глотку. Никто не говорил, что на войне враг не дает передышки, равно как и воинский устав. Именно тогда я понял: стоит сбросить броню правил, и мы — всего лишь заурядные вонючие смертные. Никто не похвалит изысканность твоих движений, никто не испугается твоих секретных техник. Чем ты сильнее, тем сильнее враг жаждет твоей смерти. А цена убийства зарвавшегося гордеца — всего лишь жизни пары пешек. Ничтожно мало для поля боя с сотнями тысяч голов.
Выговорившись, Белая Фея наконец начал успокаиваться.
Он низко, по всей форме поклонился Чэнь Чаншэну:
— Лишь испив крови и огня, я понял, насколько вы милосердны, господин. То, что вы лично пришли предать земле этих людей, доказывает: для вас все равны. Создавая павильон Гуансянь, я в глубине души таил обиду. Мне казалось, что этот сброд недостоин сидеть с нами за одним столом. Но теперь я прозрел: мы ничуть не лучше и не благороднее их. Мы не имеем права смотреть на них свысока. Чтобы раса и клан процветали, таланты нужны как воздух. Нам кажется, что мы — отборные жемчужины, но в час истины мы не способны растоптать тысячу врагов в одиночку. А раз так, пора сбросить эту шутовскую спесь и взрастить куда больше людей. Иначе однажды нас сметут другие расы.
Выслушав его исповедь, Чэнь Чаншэн одобрительно кивнул:
— Прекрасно! Этот кошмар вытравил из твоего сердца спесь и позволил взглянуть на мир без розовых очков. Ради такого прозрения стоило возлагать на вас столь тяжкие надежды. Покончив с делами здесь, возвращайся в павильон Гуансянь. Пора мне прочесть вам настоящий урок.
Развернувшись, Чэнь Чаншэн ушел, а Белая Фея проводил его глубоким поклоном.
***
Шух!
Засыпав землю над последним телом, обессиленный Цуй Тяньжуй рухнул на землю.
Стоявшая рядом Шуй Юэ поморщилась:
— Чего уселся? Трупов еще видимо-невидимо, если будем копаться, провозимся до второго пришествия.
Цуй Тяньжуй махнул рукой:
— Дай передохнуть! Муж сестры велел нам хоронить мертвецов не ради галочки, а чтобы мы страх свой перебороли. Если все эти горы разгребать силами нашей сотенки, мы тут околеем. К тому же зять не ставил жестких сроков! Только отпахали рубилово, ты хочешь гнать коней без продыха, не сдохла еще?
— Смеешь сачковать по моим приказам? Жить надоело, щенок?
Раздался голос подошедшего со спины Чэнь Чаншэна.
Вскочив на ноги, Цуй Тяньжуй заулыбался:
— Зять, а ты какими судьбами?
— Проведать тебя, конечно. Изначально планировал провести сеанс психотерапии, но, погляжу, ты и сам справился. Выкладывай, какой улов привез из этого похода?
Усевшись по знаку Чэнь Чаншэна на землю, Цуй Тяньжуй подтянул колени, а подошедшая Шуй Юэ пристроилась рядом.
— Улова навалом, о чем именно изволишь послушать, зять?
— Начни с вашего отряда.
— Наш отряд целиком укомплектовани из людей павильона Гуансянь: всего одна тысяча двести девяносто шесть голов, разделенных под началом тринадцати командиров. После этой мясорубки в строю осталось чуть больше шести сотен.
Услышав цифру, Чэнь Чаншэн нахмурился:
— С чего половина личного состава легла в землю? Зоны для вас рассчитывала Цянь Я лично. Пусть народу поднабралось, но средний уровень культивации там приличный. Откуда такие потери, как вы командовали?
Цуй Тяньжуй криво улыбнулся:
— Не то чтобы мы не хотели командовать, зять… Просто нас тупо никто не слушал! В начале замеса еще ладно, но под конец чистокровные зверолюды вообще положили болт на мои приказы. Поперли напролом сломя голову, отсюда и мясорубка. Вдобавок ко всему, новобранцы-зверолюды из внепланового набора имеют жутко нестабильную кровь. Напьются крови — слетают с катушек, я их обуздать не в силах.
— Если причина в этом, это еще можно понять. Спрошу иначе: кто из них больше всех нарушал субординацию?
— Стая чистокровных во главе с Белой Феей. Их банда составляла чуть ли не половину всего павильона Гуансянь. Именно за ними все и увязались, понеся такие потери.
Выслушав доклад, Чэнь Чаншэн кивнул:
— Ладно, я понял. Если бы тебе пришлось назначить нового командира прямо сейчас, кого бы ты выбрал?
— Себя!
— Самоуверенно.
— А то!
— Ну а кроме себя?
— Белую Фею!
— Но он же грубо накосячил.
— Ошибаются все, но в его способностях сомнений нет. Дерью пари, после сегодняшнего он круто изменится.
Чэнь Чаншэн промолчал на это, лишь испытующе глядя на парня.
А Цуй Тяньжуй выдержал его взгляд без тени страха.
— Достойно! Изначально я сам хотел поставить Белую Фею командовать, но этот бой выбил из него львиную долю спеси. Так что он годен в клинки, но не в полководцы. Когда-то я обещал: одолеешь меня — отдам тебе Хубэнь. Пусть ты меня еще не победил, но по совокупности качеств ты едва-едва дотянул до планки. Учитывая текущий момент, я назначаю тебя исполняющим обязанности командира Хубэнь. Если за триста лет не одолеешь меня в поединке… я заберу эту должность обратно!
— Благодарю…
Цуй Тяньжуй вскинулся было от восторга, но Чэнь Чаншэн ожесточенным жестом осадил его.
— Рано радуешься, я еще не договорил. Нынешняя структура Хубэнь слишком рыхлая, так что я ввожу должность заместителя. Можешь выбрать любого бойца без ограничений по списку. Кого берешь?
— Цуй Хаюя!
— Почему именно его?
— Потому что он силен!
— И еще?
— Я вижу в его глазах жажду. Он тоже хочет рубиться в первых рядах, как мы. Просто его путами опутали по рукам и ногам. Если кто-то рассечет эти цепи за него, из него выйдет свирепый, неукротимый рубака!
— Добро, человека я тебе доставлю. Дам тебе всё, чего ни попросишь, но к смотру у меня должна быть несокрушимая сталь Хубэнь!