Глава 1027 - Сказочная плата за диагноз и безупречное мастерство интриги
Кхе-кхе-кхе!
Будто в подтверждение слов Чэнь Чаншэна, Лу Минюй вновь согнулся в приступе судорожного кашля.
Аккуратно утерев платком следы крови у рта, он слабо улыбнулся:
— Благодарю за заботу, алхимик Чэнь. Пусть мне отпущено немного, но я всё же обязан думать о благе семьи и вербовать для неё таланты. Это скромный дар, прошу, примите его.
Его верный слуга тут же почтительно поднес изысканный пространственный мешок.
Чэнь Чаншэн принял ношу, лениво заглянул внутрь и хмыкнул:
— Эту жалкую «мелочь» при первой же встрече вы оценили в пятьдесят миллионов пилюль Первоначала редчайших сокровищ небес и земли? Даже у клана Лу серебро не рекой течет, чтобы разбрасываться им вот так.
— Вы неправы, алхимик Чэнь, — покачал головой Лу Минюй. — Если бы вам довелось присоединиться к клану Лу, подобные пустяки показались бы каплей в море.
— Раз уж вы сами это сказали, я принимаю дар. Но уступить условиям клана Лу и войти в их ряды я всё равно не намерен — предупреждаю сразу.
— Ничего страшного! — Лу Минюй беззаботно взмахнул рукой. — К каждой алхимической битве знатные дома выделяют средства на привлечение талантов. Расходы на это покрывает клановая казна. Во всяком случае, платят не из моего кармана, так что алхимик Чэнь может смело брать больше. Я приподнес этот дар заранее вовсе не для подкупа. Просто... я боюсь не дожить до конца ваших состязаний.
Он снова сделал жест рукой, и слуга покорно вытянул вперёд второй пространственный мешок.
Брови Чэнь Чаншэна изогнулись:
— И что это значит? Швыряться казной собственного дома направо и налево — боюсь, перед старейшинами вам придется держать суровый ответ.
— Вы ошибаетесь, алхимик Чэнь. Это вовсе не подарок. Это скромная плата за ваш врачебный труд. Сумрачный Мираж будет открыт семь дней, а после нас ждет еще один день финальных поединков. Я лишь хочу попросить алхимика Чэня взглянуть на меня еще разок: быть может, мне удастся протянуть хотя бы на один день дольше? Очень уж хочется побеседовать с вами по душам.
Столь искушенная светская изворотливость пробудила в Чэнь Чаншэне подлинный интерес. Взяв второй мешок, он бегло оценил его содержимое:
— Полагаю, за эти дни тебя осмотрело немало алхимиков бессмертных. Дерью пари, их вердикт сводился к одному: в ближайшее время катастрофы не предвидится. Разве все они в один голос не утверждали это? И после стольких заверений ты всё равно не веришь им?
Хе-хе-хе!
— Алхимик Чэнь неизменно так забавно шутит, — лукаво прищурился Лу Минюй. — Я верю словам мастеров.
— Раз веришь, зачем явился ко мне?
Улыбка на лице Лу Минюя стала еще шире:
— Я верю мастерам, но и вашим словам верю тоже. Наступит двадцатый день — и если со мной ничего не случится, это докажет точность их диагноза, а вы просто решили подшутить над немощным. Если же на двадцатый день я испущу дух... Что ж, их диагноз окажется столь же безупречным. Если они и умолчали о двадцати днях срока, то лишь из жалости, не желая рубить правду-матку в лицо так жестоко, как это сделали вы. Они солгали во спасение, чтобы я мог достойно дожить свой короткий век.
— Ха-ха-ха!
Безупречно гладкий, изворотливый ответ заставил Чэнь Чаншэна расхохотаться.
— До чего же изворотлив ты, Лу Минюй! Общаться с таким человеком — сплошное удовольствие. Что ж, спрошу еще раз: а если мой диагноз — чистой воды обман ради наживы? Как поступишь тогда?
Улыбка мгновенно исчезла с лица Лу Минюя, сменившись тенью глубокой, тихой скорби.
— Если бы не нужда, разве стал бы кто-то лгать ради выгоды? Коль скоро алхимик Чэнь обманул меня, значит, на то имелись веские причины. Раз уж судьба свела нас — грех не помочь. Что бы ни сорвалось с ваших уст, я, Лу Минюй, приму это без капли сомнений.
Услышав это, Чэнь Чаншэн широко ухмыльнулся, шагнул ближе и властно перехватил его запястье.
Спустя три долгих вздоха он отпустил руку и процедил:
— Вердикт прежний: на двадцатый день ты умрешь. Ступай и заказывай гроб.
— Благодарю за предупреждение, алхимик Чэнь. Я тотчас займусь этим.
Лу Минюй отвесил глубокий поклон и уже собрался удалиться.
Но стоило ему сделать пару шагов, как Чэнь Чаншэн окликнул его:
— Постой!
— У алхимика Чэня найдутся еще указания?
— Помимо алхимии, я подрабатываю изготовлением гробов и организацией похорон под ключ. Раз уж ты всё равно собираешься на тот свет, не желаешь ли поддержать мой бизнес?
— Вы промышляете и этим?
— Именно.
Получив утвердительный ответ, Лу Минюй не колеблясь ни секунды отстегнул от пояса изысканный нефритовый кулон и протянул его алхимику:
— Здесь всё моё текущее состояние. Через двадцать дней побеспокою вас... Скажите, этого хватит?
Окинув взглядом сокровища, источающие плотные волны духовной энергии, Чэнь Чаншэн цокнул языком:
— Более чем. Каких похорон ты желаешь?
— На ваше усмотрение, алхимик Чэнь. После смерти я вряд ли смогу о чем-то хлопотать. Даже если меня завернут в простую циновку — я приму это с радостью.
Хладнокровный ответ Лу Минюя заставил Чэнь Чаншэна замолчать на пару мгновений.
— Ладно. Будет тебе циновка.
— Благодарю, алхимик Чэнь.
С этими словами Лу Минюй еще раз почтительно поклонился и удалился в сопровождении верного слуги.
Как только они скрылись из виду, Гуань Пинь воровато подкралась ближе и зашептала:
— Учитель, сколько он вам отсыпал?
— Глянь сама.
Протянув девушке три артефакта хранения, Чэнь Чаншэн наблюдал, как её челюсть отвисает от хлынувшей наружу плотной духовной ауры.
— О небеса... Сколько же здесь добра?!
— Около тринадцати миллиардов пилюль Первоначала. Выложить такую сумму не дрогнув глазом — у юного господина Лу поистине широкая душа.
Проводив взглядом удаляющиеся спины, Чэнь Чаншэн бросил фразу безо всяких эмоций.
Гуань Пинь вернула драгоценные мешки владельцу и обиженно надула губки:
— Учитель, почему за ваши диагнозы платят столько, а мне перепадают лишь гроши?
— Потому что твоё мастерство еще не достигло нужной кондиции. Когда дорастёшь до моего уровня, эти деньги покажутся тебе горстью пыли.
— И всё же... Вы спасёте молодого господина Лу?
— Нет.
Отказ прозвучал предельно сухо.
— Сумма неплоха, но подобные сокровища меня не прельщают. Того, что мне нужно, они не стоят, а значит, палец о палец не ударю ради его спасения. Впрочем, его отношение мне импонирует... Пожалуй, я могу позволить ему прожить на пару дней дольше.
Не давая Гуань Пинь времени на новые расспросы, Чэнь Чаншэн перевёл взгляд на стоявшего рядом Чэнь Фэна:
— Раз уж ты решил не обращать внимания на косые взгляды чужаков и пошёл за нами, внутри будь втройне осторожен. Каждый Сумрачный Мираж собирает кровавую жатву. Погибают редко, но погибают обязательно. Запомни: чужие проблемы подождут, твоя собственная шкура — превыше всего.
Услышав это, Чэнь Фэн скрестил руки в приветственном жесте:
— Благодарю за заботу, брат Чаншэн. Я зарубил это на носу.