Глава 59 «Нет награды»
Хань Сяоми закивала, ее глаза сияли от восторга:
— Старший брат, научишь меня?
— Конечно, но это будет наш с тобой маленький секрет, — ответил Фанчжэн. — Обещаешь никому не говорить?
— Ага! — Девочка снова закивала. — Это будет секрет двух лысых.
Заметив оживление, Лу Шуаншуан с тревогой спросила:
— Мили, чем вы там занимаетесь?
— Мы играем с братом-мастером! — Весело отозвалась дочь.
Хань Сяого поспешил отвлечь жену, заговорив о чем-то своем.
Тогда Хань Сяоми, словно маленький эльф, заговорщицки прошептала:
— Брат-мастер, а как мне стать такой же сильной?
Фанчжэн ловко вытащил Малую Пилюлю Возвращения:
— Съешь эту конфетку, и сразу станешь сильной. Хочешь?
Хоть Мили и была умной, она оставалась ребенком. Любопытство взяло верх, и она закивала:
— Хочу-хочу-хочу!
— Открывай рот, — сказал Фанчжэн.
Девочка послушно открыла ротик, и он вложил в него эликсир. Пилюля мгновенно растаяла, оставив приятное послевкусие.
Мили облизнулась:
— Вкусно… Когда Мили заболела, мама и медсестры в белом ничего не давали мне кушать. А мне так хотелось чего-нибудь красивого и ароматного…
У Фанчжэна защемило сердце. Он погладил ее по голове:
— Теперь тебе можно будет всё.
— Правда? — Переспросила она.
— Конечно, — кивнул он. — Ты ведь маленький лысый, а съев божественную пилюлю большого лысого, ты обретешь огромные силы. Но помни: это наш секрет. Никому ни слова, даже папе с мамой.
Мили торжественно выставила мизинец:
— Давай клясться на пальчиках!
Они сцепили мизинцы, переглянулись и заговорщицки рассмеялись.
Вскоре Фанчжэн поднес девочку к родителям. Передав ее отцу, он сложил ладони:
— Амитабха. Благодетель, помни о своем обещании. Бедный монах больше не станет вам мешать.
Хань Сяого посмотрел на него с подозрением, но Фанчжэн не обратил на это внимания. Проходя мимо него, он тихо шепнул:
— Будь хорошим человеком.
Хань Сяого глянул на счастливую дочь, и в его душе зашевелились сомнения. Так быстро? И всё? Никакого иглоукалывания, никакой передачи энергии? Такое чувство, будто они вообще ничего не делали. Неужели этот монах его обманул?
Несмотря на подозрения, он промолчал. Лу Шуаншуан тоже поначалу сомневалась, но, увидев радостную дочь, успокоилась. Семья наполнилась теплом и смехом, и Хань Сяого на мгновение забыл обо всех бедах.
Счастливые часы летят незаметно.
Десять минут промелькнули как один миг. Ворота распахнулись, и вошел директор Чжан со своими людьми.
Как ни тяжело было Хань Сяого расставаться с близкими, он покорно последовал за ними. Выйдя за ворота и скрывшись из виду Мили, он позволил застегнуть на запястьях наручники.
Затем полицейские понесли девочку вниз по склону.
Перед уходом директор Чжан подошел к Фанчжэну, который снова вышел к воротам.
— Мастер, спасибо за помощь, — сказал он.
— Амитабха. Бедный монах почти ничего не сделал. В душе благодетеля Ханя живет добро, а его поступки были лишь плодом крайнего отчаяния. Благодетель, если он и впрямь готов исправиться, помогите ему. Не нужно оправданий – он должен сам нести груз своего греха, но я надеюсь, что директор поможет ему получить справедливый суд. Даже если это будет смертный приговор.
Директор Чжан опешил, а затем усмехнулся:
— Неужели монах решил вмешаться в дела мирской суеты?
— Я – нет, но вы-то ими управляете, не так ли? — Фанчжэн лукаво подмигнул ему.
Директор громко рассмеялся:
— А ты совсем не похож на тех твердолобых монахов. Не волнуйся, я буду действовать по закону. Прощай!
— Доброго пути, благодетель, — Фанчжэн проводил его взглядом и запер ворота двора.
В храме снова воцарилась тишина, к которой Фанчжэн даже не успел привыкнуть… Тут вернулся Одинокий Волк. Сил у этого зверя становилось всё больше; толкнув лапой ворота, он сразу побежал пить воду. Заглянув в ведро, Фанчжэн обнаружил, что запасы на исходе.
Он тут же навьючил ведра на этого ленивца и потащил его вниз с горы за водой.
— Система, я ведь спас человека? Почему нет награды? — Когда суета улеглась, мысли Фанчжэна снова вернулись к выгоде.
[Дзинь! Лекарство еще не подействовало в полную силу, наберись терпения], – отозвалась Система.
— Ладно. А что Хань Сяого? Я ведь наставил его на путь истинный? Задание «Одуматься, пока не поздно» выполнено?
[Дзинь! Раз награды нет, значит, задание не завершено. Изменить человека куда сложнее, чем ты думаешь. Иначе и заслуга не была бы столь велика].
Фанчжэн горько усмехнулся. И впрямь! Он слишком всё упростил.
Но нет – так нет, главное, что Мили будет жить. Было бы ужасно, если бы такой милый ангел покинул этот мир.
Настроение Фанчжэна улучшилось. Он продолжал жить своей размеренной жизнью: таскал воду, ел, читал буддийские сутры – истинная свобода и покой.
Тем временем у подножия горы Хань Сяого помог полиции найти украденные денежные средства, после чего его поместили под стражу в ожидании приговора. На душе у него было тяжело. Он не знал, помогло ли лечение дочери, хотя на горе и верил в чудо. Хань Сяого понимал: чем больше надежда, тем больнее разочарование, и пока нет окончательного результата, он не найдет покоя.
К счастью, директор Чжан пообещал, что Лу Шуаншуан сможет навещать его.
Сама Лу Шуаншуан везла Мили в больницу на обследование, хотя эта затея и казалась ей теперь странной.
Казалось, Фанчжэн больше не имеет ко всему этому отношения…
Но, читая в сети буддийские сутры, он наткнулся на один вопрос.
— Система, буддийская школа велит усмирять пять пороков: «жадность, гнев, невежество, гордыню и сомнение», что зовутся «Пять Тупых Оков». Жадность – это тяга к земным благам, еде и сну. Гнев – ярость на то, что мешает этой жадности. Невежество – отсутствие мудрости, непонимание закона кармы и природы Будды. Мудрость в Дхарме – это не мирской умный подход, а постижение истины. Гордыня – высокомерие и самонадеянный взгляд на других. Сомнение – недоверие к людям и учению, рождающее страдание и грех.