Глава 423 «Не остаться в дураках»
— Проходите назад, там еще есть места! — Крикнул водитель.
Но старуха и ухом не повела. Она продолжала буравить Фанчжэна взглядом, не сдвинувшись ни на сантиметр. Монаху стало не по себе под этим напором, он заерзал на месте, чувствуя, как внутри нарастает неловкость. Но больше всего его поразило то, что женщина подозвала своего внука, и теперь они вдвоем безмолвно пялились на него. Их взгляды так и вопили: «Посмотрим, хватит ли у тебя наглости не уступить место!»
В конце концов Фанчжэн со вздохом поднялся:
— Амитабха. Прошу вас, благодетельница, садитесь.
Старуха с торжествующим видом тут же плюхнулась на сиденье. Фанчжэн лишь горько усмехнулся и отошел в сторону. Идти в конец автобуса ему не хотелось, да и не устал он – постоит немного, не развалится.
Тут женщина вполголоса обратилась к внуку:
— Видишь, внучок? Ишь, удумал он не уступать нам! Да его бы тут взглядами загрызли, если бы не встал!
Мальчик, сгорая от стыда, прошептал:
— Бабуля, ну так же нельзя…
— Что значит «нельзя»? Слушай меня: когда выйдешь в люди, учись пользоваться своими преимуществами, а не то всегда будешь в дураках оставаться, — наставляла она ребенка.
— Бабуль… это другое, — тихо возразил тот. — Со стороны это некрасиво выглядит.
— Какая разница, что красиво, а что нет? Если тебе выгода вышла – значит, хорошо. И плевать, что там другие болтают. Они тебя знать не знают, — не унималась старуха, пичкая внука своими великими истинами.
Фанчжэн лишь качал головой, слушая это. Разве можно так воспитывать детей? Она же калечит его душу!
Вскоре автобус снова затормозил. Прямо рядом с монахом освободилось место – вышла какая-то женщина. Увидев, что других пожилых людей рядом нет, Фанчжэн сел и принялся рассматривать пейзаж за окном, чувствуя, как гнев постепенно утихает.
Однако…
В отражении на стекле он вдруг заметил знакомый силуэт! Словно призрак, кто-то вновь вырос над ним.
Монах обернулся и едва не подпрыгнул от неожиданности. Та самая старуха, что только что заняла его место, стояла здесь! В той же позе, с тем же прямым, исполненным ненависти взглядом, будто он был ее заклятым врагом. Она застыла как изваяние.
Фанчжэн глянул на место, где она сидела минуту назад – на нем теперь преспокойно устроился ее внук!
Тут-то до монаха и дошло: эта старая лиса решила, что он – легкая добыча. Она вознамерилась не просто забрать у него место, а прибрать к рукам оба кресла, чтобы и внучку было удобно!
Фанчжэн почувствовал сильное раздражение, но связываться с пожилым человеком не хотелось. В конце концов, это всего лишь кусок пластика с обивкой. Если человеку не знакомо понятие стыда, то пусть забирает. Лицо ведь стоит дороже любого сиденья…
Он снова встал, и старуха опять победоносно заняла его место. Сцена повторилась один в один, до тошноты знакомое дежавю!
Теперь Фанчжэн решил вообще больше не садиться – лучше уж постоять, чем снова терпеть эту мерзость.
— Мастер, садитесь на мое место, — предложила Оуян Фэнхуа.
— Нет-нет, — решительно отказался Фанчжэн. Стал бы он, здоровый мужик, отнимать место у девушки! Он же не дряхлый старик в конце концов.
Красный Младенец, наблюдавший за всем этим, подбежал к наставнику и потянул его за руку:
— Мастер, садитесь здесь. А мы с сестрой пойдем в конец.
— Вы уверены? — Переспросил Фанчжэн.
— Конечно! — Кивнул малец. — Там интереснее, я хочу посмотреть.
— Садитесь, наставник, не спорьте, — добавила девушка.
Стоило Фанчжэну опуститься на сиденье, как Оуян Фэнхуа подхватила Красного Младенца на руки. Она бросила на монаха победный взгляд и направилась прямо к внуку той старухи. Девушка встала перед ним и, не проронив ни слова, уставилась на него в упор. Две пары глаз – взрослые и детские – сверлили паренька взглядом.
Тот мгновенно ощутил ту самую липкую неловкость, которую до этого испытывал Фанчжэн. Он заерзал, явно не желая уступать, и принялся старательно изучать вид за окном, делая вид, что ничего не замечает.
И тут, словно по заказу (а может, водитель и впрямь решил подыграть), из динамиков раздался знакомый голос автоинформатора:
— Уступайте места пожилым людям, пассажирам с инвалидностью и пассажирам с детьми…
Лицо паренька вмиг вспыхнуло пунцовым пламенем. Он пулей вскочил, освобождая место. Оуян Фэнхуа с Красным Младенцем гордо уселись, обменявшись с Фанчжэном понимающими взглядами. Монах лишь вздохнул – эти двое, оказывается, решили за него отомстить. Что ж… Амитабха, бедному монаху это по душе!
Старуха чуть не лопнула от злости. Место, которое она «по закону» отвоевала, у нее отобрали точно таким же способом! Она уже открыла было рот, чтобы начать скандал, но, подумав, промолчала. На следующей же остановке она схватила внука за руку и выскочила из автобуса.
— Мастер, с такими злодеями нужно бороться их же методами, — обернулась к нему Оуян Фэнхуа. — Если проявлять к ним доброту, они сочтут это за слабость. Потакать таким людям – значит косвенно участвовать в их грехе.
А Красного Младенца терзало любопытство. Он-то знал, что наставник не из тех, кто любит подставлять вторую щеку. Почему же он так легко спасовал перед этой бабкой? Позволил ей вертеть собой как угодно!
— Мастер, что-то вы сегодня совсем присмирели. Вас как последнего внука отругали, а вы и впрямь будто в послушного внучка превратились.
Фанчжэн не мог дотянуться до мальчишки, а не то непременно наградил бы его пощечиной по затылку. Это кто тут присмирел? Разве Фанчжэн похож на мелочного человека? Он? Да ни в жизнь!
Дон!
— Ой!
Только что сошедшая старуха на полном ходу врезалась лбом в электрический столб. Схватившись за голову, она мешком осела на землю. Судя по звуку, удар был знатный…
Увидев это, Фанчжэн сложил ладони и смиренно прошептал:
— Амитабха!
И при этом тихонечко развеял мудру Внутреннего Льва…
На торговой улице монах оказался не у дел. Оуян Фэнхуа таскала Красного Младенца по всем магазинам подряд, выбирая детскую одежду, а Фанчжэн плелся сзади, озираясь по сторонам. В конце концов он нашел свободную скамейку и замер, уставившись в небо.
— Мастер, вы чего это там увидели? — Вскоре подошла девушка с тремя порциями мороженого. Заметив его странный взгляд, она не удержалась от вопроса.
— Жарко, — лаконично бросил он.
— И то правда. Вещи мы купили, пора возвращаться, а то на автобус опоздаем. Глядишь, к вечеру будем уже в уезде Сунву.
Фанчжэн кивнул, а затем невольно скользнул взглядом по бесчисленным стройным женским ножкам, мелькавшим повсюду в коротких юбках. В сердце его пронеслась тоскливая мысль: «Мирская жизнь… мирская жизнь… Как же трудно в нее вернуться! Ох, трудно!»
Обратный путь прошел без приключений. В городе Хэйшань Оуян Фэнхуа пригласила его в гости, но Фанчжэн вежливо отказался. Он слишком долго пробыл вдали от Монастыря Одного Пальца, и после скудной еды в Храме Рассветного Сияния он видел родную кухню даже во сне. Какое уж тут гулянье?
Проводив девушку до дома, Фанчжэн направился на поиски укромного места, чтобы Красный Младенец просто перенес его по воздуху на Гору Одного Пальца – так и быстрее, и на билетах сэкономить можно.