Глава 331 «Всеобщая мобилизация»
— Мастер, вы такой удивительный, будто знаете всё на свете, — произнёс Белка, раскрыв рот от восхищения.
Красный Младенец лишь хмыкнул:
— Был бы ещё удивительнее, если бы не подглядывал в мобильный телефон под столом.
Фанчжэн вскинул руку и отвесил ему звонкий подзатыльник:
— А ну, вон отсюда!
Красный Младенец тут же понуро поплёлся к выходу.
Проводив взглядом этого возмутителя спокойствия, Фанчжэн дважды кашлянул, незаметно убрал телефон и с самым серьёзным видом произнёс:
— Я уже много чего вам рассказал. А ну-ка, знает ли кто-нибудь из вас, чем ещё занимаются в Праздник Дуаньу, кроме гонок на лодках-драконах и поедания цзунцзы?
В ответ на него уставились три пары глаз, полных непонимания. Обезьяна, Одинокий Волк и Белка никогда не жили в человеческом обществе. Они не были похожи на Красного Младенца: тот обладал телом короля демонов и мог запомнить любые незнакомые иероглифы, едва взглянув на них, а потом щелкать их как орешки. Но главное – у Красного Младенца была привилегия играть в телефон Фанчжэна! У них же такой роскоши не было…
Глядя в эти невинные и милые глазки, Фанчжэн почувствовал прилив гордости. Он прочистил горло, готовясь начать лекцию.
Но тут из-за двери донёсся крик Красного Младенца:
— Мастер, я знаю!
— О-о? Цзинсинь, ты знаешь? — Фанчжэн и впрямь заинтересовался. Раз уж тот постоянно сидел в сети, то наверняка нахватался всяких знаний. Самое время проверить ученика. — Что ж, если ответишь правильно, я позволю тебе вернуться и доесть.
Красный Младенец, надрывая глотку, разборчиво прокричал снаружи:
— Восхождение в горы и любование хризантемами!
— Пошёл вон! — В тон ему гаркнул Фанчжэн.
— Мастер, ну почему?! — Обиженно заканючил Красный Младенец. — Я разве не прав? Все так говорят! Многие добрые люди советовали: в горы надо брать мыло, и если его правильно бросить, сможешь налюбоваться чужой хризантемой. А иначе велик риск, что налюбуются твоей…
— Вон, вон, вон! — Фанчжэн в сердцах швырнул в него чашку. Красный Младенец ловко поймал её на лету – внутри ещё оставался кусок хлеба. Довольный сорванец тут же расплылся в ухмылке и счастливо убежал прочь.
Фанчжэн в немом бессилии воздел взор к небесам и пробормотал:
— Правы были древние: детям вредно слишком рано выходить в интернет!
Закончив трапезу, Фанчжэн устроился в бамбуковой роще Ханьчжу. Он читал священные писания, наслаждаясь тишиной и покоем.
Внезапно к нему подбежал Обезьяна и с любопытством спросил:
— Мастер, завтра Праздник Дуаньу, неужели наш храм не готовит ничего особенного? Например, какую-нибудь торжественную церемонию?
Фанчжэн мягко улыбнулся и покачал головой:
— Больше никаких торжественных церемоний. Никогда.
— Почему? — Обезьяна искренне не понимал. — Мастер, раньше я был глуп, но теперь обрел разум и, покопавшись в памяти, вспомнил: в Храме Белого Облака малые церемонии проводят каждые три дня, большие – раз в неделю, а раз в месяц закатывают грандиозные торжества. Паломников там тьма-тьмущая. Уверен, их популярность – заслуга этих празднеств.
— Раньше и я мечтал о больших церемониях, — усмехнулся Фанчжэн. — Даже мой наставник, Мастер Дзэн Один Палец, часто сокрушался: как было бы чудесно провести великую службу и тем самым распространить Дхарму. Однако до самой своей нирваны он не провел ни одной. Раньше я думал, что всё дело в размерах храма, нехватке людей или слабой известности. Но недавно, вдумчиво читая писания и пару раз спустившись к подножию горы, я начал понимать его замысел.
— И в чём же он? — Спросил Обезьяна.
Фанчжэн закрыл книгу и положил её перед учеником:
— Если я просто положу это перед тобой, ты станешь читать?
Почесав в затылке, Обезьяна ответил:
— Если из любопытства, то, может, и взглянул бы.
— А если я заставлю тебя?
— Тогда ни за что.
— В этом и суть. Дхарма не принуждает, она позволяет тебе осознать всё самому. Озарило – приступай к практике, а если нет, то зачем мне, бедному монаху, тащить тебя силой? — Фанчжэн улыбнулся и добавил:
— Сорванный силой плод не сладок. Когда сердце созреет, оно само придёт к истине.
Договорив, Фанчжэн похлопал себя по заднице и поднялся с земли:
— Впрочем, завтра Праздник Дуаньу, и нам всё же нужно подготовиться. Идём!
— Куда, Мастер? — Оживился Обезьяна.
— Нарвём листьев холодного бамбука. И оболочки от побегов тоже не выбрасывай, копи их для меня! — С этими словами Фанчжэн уже приметил самый рослый и красивый бамбук рядом с материнским кустом.
В этот момент подошёл Красный Младенец и с интересом спросил:
— Мастер, вы собрались лепить цзунцзы?
— Верно, — подтвердил Фанчжэн. — Завтра праздник, надо и нам полакомиться.
— Но где мы возьмём обёртку? Неужели используем эти листья? — Красный Младенец явно не зря тратил время в телефоне, его познания о мире росли с каждым днём.
Фанчжэн рассмеялся:
— Понятие «листья для цзунцзы» – это лишь общее название. На севере используют листья тростника, на юге – листья руо. У нас нет ни того, ни другого, так что придётся импровизировать. Говорят, в некоторых краях в ход идут листья бамбука гуйчжу, альпинии, банана, лотоса, цзунба и даже оболочка бамбуковых ростков. У нас их тоже нет, но наш холодный бамбук сам по себе велик, а его листва – широкая и длинная, ничуть не хуже прочих. Она идеально подойдёт. Оболочек от ростков у нас тоже предостаточно, так что без цзунцзы не останемся.
— Ого, даже у простого листика столько тонкостей… — изумлённо пробормотал Красный Младенец.
— Вот поэтому тебе ещё учиться и учиться. Чего замер? Раз уж пришёл, лезь на дерево вместе со старшим братом. Эти листья растут слишком высоко, мне их достать трудно. Вы срывайте, а я буду подбирать. Чем быстрее закончим, тем скорее примемся за угощение.
Услышав про еду, Красный Младенец мигом приободрился. Он в пару прыжков взлетел на ствол и крикнул:
— Старший брат, посмотрим, кто быстрее!
Обезьяна лишь ухмыльнулся. Кто-то вздумал тягаться с ним, настоящей обезьяной, в лазании по деревьям? Он рассмеялся:
— Идёт! Только чур, проигравший не ревёт.
— Ещё чего! — Красный Младенец пренебрежительно скривился и принялся скакать по веткам с ловкостью, ничуть не уступающей звериной. Обезьяна тут же почувствовал давление. Оба заработали на полную мощь, и Фанчжэну показалось, будто над ним разразился настоящий ливень из листьев холодного бамбука. Они летели отовсюду, он просто не успевал их собирать!
— Эй вы, не переусердствуйте! Лишнее нам ни к чему! — Кричал Фанчжэн, мечась во все стороны. В этот миг он искренне позавидовал мастерам тайцзицюань. Помнится, в одном старом фильме такой мастер одним движением собирал листву в аккуратный шар – выглядело это чертовски круто! А он? При помощи Могучего Ваджры он мог бы в щепки разнести камень, но в такой тонкой работе от него было мало толку.
К счастью, на шум прибежали Одинокий Волк и Белка. Фанчжэн подбирал листья руками, Одинокий Волк аккуратно подхватывал их зубами, а Белка…
— Сюда, сюда! Этот мой! Ой-ой, какая огромная! — Белка в то же мгновение скрылся под широким листом, упавшим ему прямо на голову. Побарахтавшись немного, он всё же вылез наружу. Не желая уступать, малыш упрямо поволок лист холодного бамбука к корзине. Гордо выпятив грудь, он забросил свою ношу внутрь и отряхнул лапки с таким видом, будто совершил нечто героическое.