Глава 279 «Бедный монах тут ни при чем»
Фанчжэн лишь улыбнулся.
Красный Младенец недовольно скривился и фыркнул:
— Чушь какая. Я сам видел, как архаты мясо уплетали, и ничего им за это не было. Уж лучше буддизм Хинаяны – живешь в свое удовольствие, спасаешь себя, а до остального и дела нет. А твоя Дхарма… то нельзя мясо, то нельзя вино, то эти пять острых овощей не ешь, не женись, детей не заводи, да еще и волос лишись… Это просто… кстати, я слышал, что нет большего греха перед предками, чем остаться без наследников! Тело и кожа даны тебе родителями, а ты все это обрубил. Это же самое настоящее неуважение к предкам! А еще… еще… не помню что, но в любом случае ты не прав. Предлагаю с сегодняшнего дня считать нас буддизмом Хинаяны. Будем пить вино, есть мясо и наслаждаться жизнью!
Одинокий Волк и Обезьяна, услышав это, на мгновение замерли. Может, тоже лапы поднять в знак поддержки?
Белка же мяса не ел в принципе, так что он твердо стоял на стороне Фанчжэн. Развалившись на земле, он задрал вверх все четыре лапы и хвост, выкрикивая:
— А я все равно пойду за Мастером!
Фанчжэн с доброй улыбкой посмотрел на Красного Младенца:
— Цзинсинь, а знаешь ли ты, почему в буддизме не едят мясо, не женятся, не растят детей и бреют головы?
— Чтобы выделиться, привлечь внимание и затуманить людям разум! — Буркнул Красный Младенец.
Фанчжэн покачал головой:
— Кто не знает, что мясо – это вкусно? Кто не знает, что женщины прекрасны? Кто не понимает важности продолжения рода или того, что с волосами человек выглядит красивее? Но монахи отказываются от всего этого именно для того, чтобы показать миру: даже без вещей, которые кажутся смертным столь важными, можно быть счастливым и свободным. Если даже в таком положении можно обрести радость и покой, то что же мешает обычным людям отпустить свои тревоги? Смейся в лицо судьбе – и тогда жизнь улыбнется тебе в ответ. А какой толк от бесконечных жалоб?
Красный Младенец на мгновение опешил, но все же не унимался:
— Да это же… просто самообман! Если тебе плохо, значит, плохо. Тебе не везет, а ты должен радоваться? Пф-ф…
— Удача никогда не падает в руки ничтожествам, которые опустили руки. Но она часто улыбается неудачникам, которые продолжают упорно идти вперед. Возможность всегда достается тем, кто к ней готов. Ты понимаешь?
Красный Младенец прищурился, погрузившись в раздумья. «А ведь в этом есть логика, – рассуждал он про себя. – …Следуя его словам, я должен быть в любую секунду готов проткнуть его копьем. Иначе, если просто ждать случая, задание мне никогда не выполнить».
Увидев, как Красный Младенец согласно кивает, Фанчжэн решил, что наконец-то переубедил мальчишку. Он почувствовал гордость за себя – не зря он столько времени провел за сутрами и книгами! Но если бы он знал, о чем на самом деле думает Красный Младенец, он бы наверняка пожалел о сказанном до глубины души.
Пока Красный Младенец предавался мечтам об идеальном покушении, обед потихоньку подошел к концу.
Наевшись и напившись, Фанчжэн уже собирался проведать свой кристальный рис, как вдруг его мобильный телефон снова зазвонил!
Взглянув на экран, монах увидел тот же незнакомый номер. Нахмурившись, он принял вызов, но не успел произнести и слова, как в трубке раздался детский голосок:
— Папа, это ты?
Фанчжэн сокрушенно вздохнул:
— Амитабха. Малыш, ты ошибся номером. Бедный монах – не твой папа.
С этими словами он повесил трубку и, покачав головой, направился к задней двери. Но не успел он выйти, как телефон затрезвонил вновь.
— Амитабха. Малыш, бедный монах – не твой папа, — ответил он, даже не глядя на экран.
Но на том конце повисла пауза, а затем…
— Ох… Мастер, а вы в искусстве набиваться в родственники куда искуснее меня, — раздался в трубке незнакомый, но смутно знакомый женский голос.
Фанчжэн замер. Это не ребенок! Он быстро глянул на экран – и впрямь, другой номер, к тому же городской. Но почему он кажется таким знакомым? Времени на раздумья не было, лицо монаха густо покраснело, и он поспешно ответил:
— Амитабха, простите, благодетельница. Мне тут один маленький благодетель постоянно названивает… Э-м, у вас какое-то дело?
Он и сам не знал, как толком объясниться. Вышло так, будто он с порога решил над ней подшутить, и это выглядело довольно некрасиво.
В трубке послышался смех, а затем девушка произнесла медовым голосом:
— Раз уж Мастер чувствует свою вину, дайте мне шанс – просто выслушайте меня.
Фанчжэн рассудил, что спешить ему некуда, и согласился.
Девушка, услышав согласие, заметно оживилась. Она с облегчением выдохнула и сжала кулаки, сдерживая радостное волнение. «Наконец-то! Теперь посмотрим, что скажет этот монах-нувориш!», – подумала она.
— Мастер, — начала она, — скажите, вы ведь каждый день ходите собирать подаяния, проводите обряды… Неужели не устаете?
Фанчжэн опешил. Сбор подаяний, обряды? Обряды он еще толком и не пробовал, а сбор подаяний ограничивался походами к подножию горы, так что усталостью тут и не пахло. Он ответил:
— Да нет, терпимо.
— Вот как. Но я могу сделать ваш путь к подаяниям куда комфортнее. Позвольте представиться: меня зовут Сяо Жун, я ваш автомобильный консультант из дилерского центра Porsche в городе Хэйшань. Мы уже общались по телефону. В прошлый раз вы не проявили интереса к нашим скидкам, сочтя предложение в пятьдесят тысяч юаней оскорблением для вашего достоинства. Поэтому сегодня Сяо Жун предлагает вам нечто, достойное вашего статуса. Настоящий ангел среди машин – Porsche Angel! Новейшая модель этого года, в мире выпущено всего пятьдесят экземпляров. Рыночная цена – тринадцать миллионов! Если оформите заказ сегодня, мы доставим ее прямо к порогу, где бы вы ни находились.
Фанчжэн слушал ее, раскрыв рот. И тут до него дошло: в прошлом году какая-то женщина и впрямь пыталась всучить ему машину. Тогда он в шутку отказал, заявив, что пятьдесят тысяч для него – мелочь. Кто же знал, что он так скоро снова на нее наткнется…
Прокашлявшись, он спросил:
— Так это вы, благодетельница Жэнь. Бедный монах осмелится спросить: как у этой машины с проходимостью? Мне часто приходится бывать в горах.
Сяо Жун, услышав вопрос о проходимости, едва не запрыгала от радости. Раз спрашивает – значит, заинтересован!
— Это новый кроссовер от Porsche! Не скажу, что он лучший в мире по бездорожью, но в горах он чувствует себя как дома. Один наш клиент уже ездил на нем на Тибет – шел первым, никаких преград! Кстати, Мастер, а как там у вас с дорогами?
Фанчжэн вспомнил каменную лестницу, которую сейчас вовсю строили:
— Только что отремонтировали…
— Ну, раз отремонтировали, то вообще никаких проблем! — Не дав ему договорить, выпалила Сяо Жун. — Сейчас дороги делают широкими, наши машины по ним просто летают!
Фанчжэн закатил глаза. Ну и девчонка, тараторит – слова вставить не дает.
Сяо Жун тут же спросила:
— Мастер, а дорога крутая?
Вспомнив крутизну ступеней, он ответил:
— Не слишком, но…
— Тогда сто процентов подойдет! Где трактор проедет, там и наша машина пройдет! У вас еще остались вопросы? Спрашивайте, я на все отвечу!
Фанчжэн горько усмехнулся:
— Благодетельница, дело все же в дороге. Она не слишком крутая и действительно новая. Вот только дорога эта – сплошные каменные ступени, и в ширину она меньше полутора метров. Если ваша машина сможет туда заехать, бедный монах с радостью ее испытает…
— Пи-и… пи-и… — раздались в трубке короткие гудки.
Фанчжэн с недоумением посмотрел на телефон и покачал головой:
— Ну, бедный монах тут ни при чем… Амитабха. Какая нетерпеливая благодетельница.