Глава 23 «Ну и нищета»
— Малыш мой Гуайгуай… Теперь-то я понимаю, зачем Сыма Гуан разбил чан. Тьфу ты, то есть почему он его разбил! Если бы все чаны были такими, я бы и сам за камни взялся. Система, я, конечно, знаю, что твои изделия отличаются основательностью, но это уже перебор! Ты уверена, что готовила это для меня, а не для слона какого-нибудь? — Фанчжэн принялся кружить вокруг сосуда.
Диаметр горловины был никак не меньше полутора метров, а высота – почти два! На боку коричневого корпуса красовался выгравированный золотом символ Будды. Начертан он был с размахом, и один лишь взгляд на него внушал трепет. В сочетании с исполинскими размерами чана все это выглядело по-настоящему величественно.
Фанчжэн попытался сковырнуть золотой ободок символа Будды, но тот не поддался. Тогда он попробовал золото на зуб, после чего принялся отплевываться:
— Тьфу, твердое-то какое! Точно не золото. Система, ну это же подстава чистой воды! Сделать золотистым то, что золотом не является – это ли не надувательство?
[Это буддийское золото, а не обычное. Оно обладает силой изгнания зла, оберегает дом и приносит удачу. Советую оставить мысли о наживе: эти знаки – часть буддийского чана. Даже если ты все зубы себе выкрошишь, с символом ничего не случится.]
— Кхм… Да о чем ты? Я просто проверял, настоящее оно или нет, ничего такого я не задумывал, — Фанчжэн, чьи мелкие мыслишки были раскрыты, неловко потер нос. Махнув рукавом, он решил попить воды, но тут же встревожился.
Он сделал несколько кругов по кухне и вскричал:
— Я… Амитабха! Где мой чан?! Обокрали? Да нет, быть не может – у любого в деревне своих чанов полно, зачем кому-то красть мой?
И в самом деле, старый чан Фанчжэна исчез бесследно, а вместе с ним и вся вода, что в нем оставалась.
[Тот чан был вещью суетной и мирской. С появлением Буддийского чана старый стал не нужен, и его следовало выбросить. Я помогла тебе избавиться от него. Не благодари.]
— Благодарить твою матушку! — Выругался Фанчжэн про себя, а вслух произнес:
— Благодарить? Многого хочешь, я тебя побить хочу! Это был мой чан! Нельзя было хоть предупредить перед тем, как выбрасывать? И где вода, которая была внутри?
— Вылита вместе с чаном, — Система даже не думала раскаиваться.
Фанчжэну ничего не оставалось, как бессильно прильнуть к краю нового чана. Внутри было чисто и сухо – ни единой капли.
Ему захотелось плакать: теперь он даже воды попить не мог. Он бросился на задний двор к колодцу, принялся неистово качать рычаг, но насос лишь издавал сухое «пфу-пфу», не выдавая ни грамма влаги. Без воды для «затравки» надеяться на него было бесполезно.
— Эх, похоже, и впрямь придется спускаться за водой, — вздохнул Фанчжэн. Делать нечего – он взял коромысло и подцепил два ведра.
— Ой? Что это они такие легкие? Не может быть, раньше они весили прилично. — Он приподнял железные ведра. Те громко лязгнули, подтверждая, что они не призрачные. Тут до Фанчжэна дошло: он ведь практиковал Ладонь Могучего Ваджры, и теперь его сила была далеко не такой, как прежде.
Он горько усмехнулся:
— Ну конечно, Система, ты все просчитала заранее. Дала мне боевое искусство только для того, чтобы я на тебя как рабочий батрачил, верно?
Выйдя за ворота, он увидел Одинокого Волка, который, радостно виляя хвостом, прибежал откуда-то издалека. При виде зверя в глазах Фанчжэна блеснул коварный огонек…
Гора Одного Пальца крута, а дорога, ведущая вверх и вниз, не знает пощады. Из-за того, что ступени заброшены и разбиты временем, идти по ним нужно с предельной осторожностью. Благо дорога шириной в два метра позволяла не опасаться падения, если не прыгать по самым краям. Эта запущенность даже придавала горе некое особое очарование.
Гора не была просто прямым столпом; она состояла из трех сегментов, напоминая формой бамбуковый росток или суставы человеческого пальца. На каждом таком переходе природа создала свои уголки: там были леса, луга и чистейшие источники.
Фанчжэн направлялся ко второму «суставу». Там находился природный источник, чья родниковая вода была необычайно сладкой. Ручей от него сбегал вниз по склону и протекал через деревню Одного Пальца. Раньше многие в деревне пили только из него, но с приходом технологий в каждом доме появились электрические насосы для грунтовых вод, и за родниковой водой стали ходить реже. К тому же расширение пахотных земель в деревне нарушило русло ручья, превратив его в рисовые поля. Теперь, чтобы испить чистой воды, нужно было подниматься на гору.
Путь был неблизкий, так что желающих находилось немного.
Старики только вздыхали, сокрушаясь о потере, но продолжали распахивать целину – все ради того, чтобы выжить…
Фанчжэн мог лишь сочувствовать. Технологии менялись день ото дня, но природа при этом подвергалась все более безумному разорению, а память людей стиралась под натиском прогресса. Если человек покидал деревню на несколько лет, то по возвращении он видел лишь чужие лица и незнакомые места. Фанчжэн всегда качал головой на такие перемены: развитие, идущее ценой разрушения среды обитания, нигде не приносило добрых плодов.
И вот по крутым ступеням шел человек с коромыслом, а следом за ним, понуро плелся огромный, размером с теленка, волк. Вид у волка был крайне обиженный: к его спине с помощью веревок и досок были приторочены два небольших ведерка. Зрелище было, мягко говоря, странным.
— И чего ты скулишь? — Отчитывал его Фанчжэн. — Хочешь кристального риса? Если хочешь, работай на совесть. И вообще, это не просто работа, это практика! Знаешь, что такое практика? Совершенствование тела и духа. Совершенствование тела – это укрепление плоти. Глянь на меня: мои ведра побольше твоих будут. Все еще недоволен? Ты теперь великий пес-хранитель моей обители, а в будущем можешь стать Левым Передним Небесным Богом-Хранителем. А ты из-за такой малости выть вздумал – на кого ты похож?
Одинокий Волк издал пару тихих «у-у» и замолчал. Видимо, думал про себя: «Я всего-то пару раз тявкнул, а ты целую лекцию прочитал… Эх, горькая моя доля».
За разговорами человек и волк добрались до середины горы. Фанчжэн наполнил два больших ведра, залил воду в ведерки волка, и они пустились в обратный путь.
Уже подходя к вершине, Фанчжэн поднял голову и увидел на горизонте тучи. Ветер заметно усилился.
— Эх, поднимается ветер… После этого дождя погода совсем испортится. Скоро зима, пора бы запасаться припасами. Но вот только чем?
Фанчжэн снова погрузился в думы. В кармане было тысяча триста юаней – сумма вроде бы солидная, но тратится она быстро. Главная же проблема заключалась в том, что он не мог просто спуститься вниз и закупить все необходимое.
— Ладно, вернусь – позвоню дедушке Тань, попрошу его помочь с закупкой зерна на зиму, — пробормотал он.
[Дружеское напоминание: деньги, пропитанные Силой Желаний Живых Существ, нельзя тратить на мирские нужды. Если тебе что-то дарят – это твоя заслуга и карма, но покупать самому нельзя.]
«Да чтоб тебя!», – в душе Фанчжэн разразился руганью, а вслух выкрикнул:
— Ты издеваешься?! Зима длинная, три-четыре месяца! У меня всего два мешка риса, ты хочешь, чтобы я тут дуба дал?
— Пользователь может поискать иные пути.