Глава 167 «Родил! Родил нож!»
— Хватит! Буду рожать! Рожу, черт бы вас побрал! — Завопил Мяо Лун. По спине у него градом катился холодный пот. Помирать ему совсем не хотелось.
— Раз так, будем принимать естественные роды, — отозвался доктор Ло и направился к выходу. — Заранее поздравляю: желаю вам скорейшего рождения благородного клинка.
— Да какой еще клинок, мать твою… — взревел ему в спину Мяо Лун. — Ох, не могу больше… Выходит! Рожаю! Мамочки!
Доктор Ло даже вздрогнул от неожиданности. Он знал, что ножи внутри этих несчастных растут стремительно, но чтобы настолько! Он немедленно распорядился готовить операционную, однако медсестры не успели и шага ступить. Раздались душераздирающие вопли пяти здоровых мужиков, за которыми последовала серия подозрительных хлюпающих звуков. Все пятеро разом закатили белки глаз и впали в состояние глубокого беспамятства от изнеможения.
Доктор Ло осторожно приподнял одеяло и обомлел. Картина открылась знатная: у каждого пациента из задницы показалась рукоять сверкающего, остро заточенного ножа! Сталь на вид была отменная, холодно поблескивающая в свете ламп.
Врач окончательно опешил. За всю свою многолетнюю практику он не видел ничего подобного. Такое и вообразить-то было невозможно! Доктора посетило странное предчувствие: если эти бедолаги и не станут знаменитостями, то он сам точно прославится – как единственный свидетель подобного чуда.
Впрочем, будучи человеком опытным, доктор Ло быстро взял себя в руки. — Медсестра, живо сюда! — Крикнул он. — Отправьте их на полное обследование!
— Доктор, они и впрямь… родили ножи? — Дрожащим голосом спросила медсестра.
— Некогда болтать, людей спасать надо! — Прикрикнул он, уже помогая катить одну из каталок.
В этот момент Мяо Лун внезапно распахнул глаза и вскочил на ноги. Засунув руку в штаны, он вытащил находку и со слезами в голосе пролепетал:
— Настоящий… нож!
— Я же говорил, — печально вздохнул доктор Ло, едва не подпрыгнув от испуга.
Мяо Лун огляделся по сторонам и закричал:
— Дакуй! Эркуй! Ци Фэй, Лу Цзюнь! Вы как, живы?!
— Живы, братец Лун, — едва слышно отозвались те, хотя было видно, что силы к ним понемногу возвращаются. — Но рожать было… не очень приятно.
— Братец Лун, это же чертовщина какая-то. С чего бы нам, здоровым мужикам, без всякой причины «забеременеть»?
— И не говори, братец Лун. Родить нож – это же уму непостижимо.
— Слушай, Лун, а не тот ли это странный монах постарался?
При этих словах в голове у Мяо Луна немного прояснилось. Он вспомнил всё, что произошло сегодня, и особенно слова Фанчжэна: «Прекрасно. Надеюсь, в будущем вам по-прежнему будут нравиться ножи. А если разонравится – приходите ко мне на Гору Одного Пальца».
Сердце его екнуло. — Вы уверены, — глухим голосом спросил он, — что они ушли, а потом вернулись?
— Братец Лун, мы видели только, как они ушли! Как возвращались – никто не видел!
— Я же на стреме стоял, — подал голос один из парней. — Сколько лет уже дежурю, когда я лажал? Они точно не на машине приехали. Они просто взяли и появились из ниоткуда! Как будто телепортировались, честное слово.
Мяо Лун затаил дыхание. Телепортация, неуязвимость к оружию, а теперь еще и эта «беременность»… Первые два пункта еще хоть как-то укладывались в голове, но последний – это уже за гранью. Кто же он такой? Великий Мастер или демон во плоти?
— Похоже, братва, мы нарвались на того, кого трогать не следовало, — сглотнув слюну, пробормотал Мяо Лун.
— И что теперь делать? — Хором спросили остальные.
— Он ведь сказал приходить к нему на Гору Одного Пальца, верно? Значит, идем туда! Раз он заставил меня родить нож, я этим же ножом с ним и поквитаюсь! — С этими словами Мяо Лун спрыгнул с кровати. Доктор Ло попытался было его остановить, но Мяо Лун лишь махнул лезвием:
— Жить хочешь? Проваливай!
Врач и медсестра поспешно отступили, провожая взглядами удирающего Мяо Луна и его подельников.
— Доктор Ло, что нам делать? — Растерянно спросила медсестра.
— Сообщи в полицию, — распорядился врач. — Эти мерзавцы за лечение не заплатили!
Хотя бандиты уже «разродились», их животы по-прежнему оставались огромными. Не сбавляя размера, они неслись вперед, привлекая к себе всеобщее внимание.
— На что уставился? Пивного брюха не видел?! — Рявкнул желтоволосый на одного любопытного прохожего.
Тот поправил очки и поспешил скрыться, приглушенно ворча себе под нос:
— Ничего себе пивное брюхо… Будто на девятом месяце.
Лица парней помрачнели, они прибавили шагу, но у самого выхода дорогу им преградили.
— Борода, ты чего? Опять проблем ищешь? — Выпалил Мяо Лун и тут же осекся. Раньше эта фраза звучала бы нормально, но теперь, когда они все были «беременны», любая грубость отдавалась странным дискомфортом где-то в районе поясницы.
Борода окинул их странным взглядом:
— Это что еще за новости? Решили коллективно в декрет уйти? — Он сказал это просто так, ради шутки.
Однако он заметил, как лица Мяо Луна и остальных мгновенно потемнели.
— Борода, нам сейчас не до твоей чуши, — отрезал Мяо Лун. — У нас дело. Хочешь подраться – назначай время, мы будем. — Сказав это, он быстро прошел мимо.
Борода нахмурился и повернулся к Долговязому:
— Что за фигня?
Тот лишь покачал головой. В этот момент из здания выбежала медсестра:
— Эй вы! Стойте! Вы за услуги не заплатили!
Мяо Лун и его команда, вздрогнув всем телом, припустили еще быстрее.
Борода и его люди окончательно опешили. Мало того что эти подонки ведут себя странно, так еще и от оплаты лечения отлынивают!
Борода перехватил медсестру. Представившись родственником Мяо Луна и со знанием дела продиктовав его имя и дату рождения, он наконец добился от женщины правды.
Через минуту Борода, Долговязый и остальные стояли у входа в больницу, обдуваемые холодным ветром. Они просто лишились дара речи. Беременность… роды ножами… Какого дьявола тут происходит?!
Спустя долгое время они переглянулись и в один голос выдохнули:
— Тот монах!
— Слушай, Борода, — дрожащим голосом спросил Долговязый, — а мы… мы теперь тоже того… под угрозой?
— Под какой еще угрозой?! Иди лучше поищи стройку, где люди нужны. Пойдем кирпичи таскать. Лично я не хочу рожать какое-нибудь мачете, — отрезал Борода.
Однако не успели они толком встать на путь исправления, как из больницы высыпала толпа охранников во главе с врачами. Их тут же скрутили под тем предлогом, что их приятели сбежали, не заплатив, а значит, им придется остаться для разбирательства.
Положение Бороды и его команды стало еще более несчастным.
Тем временем Фанчжэн, воспользовавшись силой статуи Богини Милосердия в своем храме и сотворив дистанционное чудо, одарил каждого из бандитов «железным ребенком». На душе у него полегчало. — Система, — пробормотал он, — а не слишком ли сурово я с ними поступил?
— А как бы ты хотел? — Вопросом на вопрос ответила Система.
— Сказано же: «Брось нож мясника и станешь Буддой». Разве я не должен был просто убедить их оставить дурные помыслы и вернуться на праведный путь? — Спросил Фанчжэн, хотя в глубине души думал совсем иначе.
— Каждый должен нести ответственность за свои поступки. Это и есть карма. Нельзя игнорировать последствия только потому, что человек решил «завязать». Изречение «Брось нож и стань Буддой» существует потому, что для некоторых отказаться от греха труднее, чем достичь просветления. Это особые случаи. Но в большинстве своем буддийская школа не принимает тех, чья греховная карма слишком тяжела. Чтобы получить спасение, эту карму нужно сначала искупить, — пояснила Система.
— М-м, и как же ее искупить? Делать добрые дела, накапливать добродетель? — Поинтересовался монах.
— Это лишь один из путей. Второй – принять заслуженное наказание. Вот, например, Хань Сяого совершил убийство и был приговорен к смерти. Это и есть его карма.