Глава 145 «Истина»
— Маленький монах, тяжело тебе в сане, так вернись в мирскую жизнь! Я тебя с невестой познакомлю! Красавица писаная…
Фанчжэн, услышав всё это, окончательно впал в уныние.
Самоубийство? Тьфу! Жизнь так прекрасна! И пусть Система его подставила, он твердо верил, что настанет день и он вернется в мирскую жизнь. Будущее рисовалось в радужных тонах. Да даже сейчас нельзя было сказать, что он не знает радости!
С чего бы ему топиться в таком дивном мире? И вообще, кто идет на дно, прихватив с собой тростинку? Пусть и всего одну…
Верно, Фанчжэн решил последовать примеру Патриарха Бодхидхармы – совершить Пересечение реки на тростнике! На самом деле, способности туфель Пуду позволяли ему просто идти по воде, словно по твердой земле. Это было бы невероятно эффектно и наверняка запугало бы – или поразило – всех присутствующих. Круто, дерзко, сногсшибательно!
Однако Фанчжэн прекрасно понимал: раз уж сам Патриарх Бодхидхарма использовал тростинку, то его прогулка пешком означала бы, что он превзошел великого предка. Самому Патриарху, может, и всё равно, но вот верующие и монахи точно не обрадуются. В конце концов, Бодхидхарма для всех – духовная опора, и если кто-то так легко его затмит, разочарование будет слишком глубоким.
Но самое главное – это было данью уважения Фанчжэна к Патриарху.
И еще один момент: Пересечение реки на тростнике хоть и обросло легендами, в основе своей имело нечто осязаемое, не совсем уж заоблачное. Если он повторит этот подвиг, у него будет оправдание. А если пойдет по воде аки по суху, хлопот не оберешься – замучаешься объяснения давать…
Так что Фанчжэн всё тщательно взвесил.
Слушая, как эти добрые, участливые люди кричат всякую околесицу – особенно тот, что сулил красавицу-невесту, – Фанчжэн едва не сорвался, чтобы подбежать и добавиться к нему в WeChat. Чтобы потом, когда снимет рясу, было к кому обратиться…
Но на виду у всех это было невозможно, так что пришлось с болью в сердце отказаться от этой затеи.
Фанчжэн помахал всем рукой, сложил ладони и звучно провозгласил:
— Почтенные благодетели ошибаются. Бедный монах вовсе не помышляет о самоубийстве. Мир подобен грязи, в которой погрязло всё сущее. Мне еще предстоит спасать людей из ила, так зачем же мне лишать себя жизни?
— Э… тогда… маленький монах, что же ты задумал? — Люди ничего не понимали.
Фанчжэн указал вперед:
— Я – Фанчжэн, настоятель Монастыря Одного Пальца на Горе Одного Пальца. Получив приглашение от Мастера Дзэн Байюня из Храма Белого Облака на Весеннюю церемонию благословения, я столкнулся с трудностями при переправе. У бедного монаха нет иного выхода, кроме как последовать примеру Патриарха Бодхидхармы и пересечь реку на тростнике.
— Пфу! — Кто-то от неожиданности прыснул водой.
— На тростнике? Ха-ха… Ну и шутник этот монах! Так заливает, что мне аж в глаза смотреть небу неловко.
— И правда, велик мир, всяких чудиков хватает.
— Лицом-то пригож, чистенький такой, а на деле – сумасшедший…
Босс лодочников тоже не сдержал насмешки:
— Это что еще за дурачок выискался? На тростинке он переплывет… Да я тебе хоть сто штук дам, всё равно ты… ты… Будда милостивый…
Он не успел договорить: Фанчжэн бросил тростинку в воду и одним прыжком вскочил на нее!
В тот же миг все – и те, кто верил, и те, кто ждал фиаско – уставились на него во все глаза. Кто-то хотел посмеяться, кто-то жаждал чуда, но никто не мог отвести взгляда. И не зря!
Фанчжэн стоял на тростинке. Сколько бы люди про себя ни заклинали её пойти на дно, он оставался невозмутим и тверд, опираясь лишь на этот тонкий стебель! Затем он резко взмахнул рукой, выбросив поток ладони, и с глухим хлопком устремился вперед! По глади воды потянулся длинный белый след!
(Внимание: свежие главы и клуб читателей — LiNovel.ru)
— О боже! Это же Чудо!
— Мать твою! Ну ни хрена ж себе!
— Фокус? Это же невозможно! Кто этот монах?!
Брат Хэй, босс лодочников, застыл на месте, остервенело протирая глаза и бормоча:
— Наверняка померещилось. Да как же это…
Река искрилась под лучами солнца, легкий ветерок доносил редкие снежинки. Зимнее солнце светило холодно, но блики на воде слепили глаза.
А по воде, озаренный сиянием, в лунно-белой рясе легко скользил монах. С лучезарной улыбкой он время от времени взмахивал руками, пролетая над бездной. Его одежды развевались на ветру, придавая ему облик небожителя, истинного Будды, сошедшего в мир!
Эту картину видел старина Ду, видели и монахи на утёсе. Все они оцепенели, пораженные увиденным.
Кто-то первым выкрикнул:
— Пересечение реки на тростнике! Это и правда оно!
— Если это не обман зрения, если всё взаправду – то это истинное Чудо! В древности Патриарх Бодхидхарма пришел с запада и пересек реку на тростнике, но люди считали это легендой. Теперь же кто-то повторил его путь. Амитабха! Теперь-то у скептиков не останется слов, — торжественно произнес Мастер Дзэн Хунъянь.
Мастер Дзэн Байюнь спросил:
— Кто этот человек? Откуда у него такая божественная способность?
Монахи переглядывались и лишь качали головами. Оказалось, что среди них нет ни одного, кто знал бы этого мастера! Ситуация сложилась весьма неловкая…
Внезапно кто-то предположил:
— Может, он издалека? У нас его никто не видел.
— Возможно. Должно быть, талантливый ученик из какого-нибудь великого монастыря.
— Или великий монах в юном обличии…
— Пересечь реку – это лишь мастерство. Сила не всегда означает глубокое понимание Дхармы. Великий монах познается по его мудрости, а не по фокусам. Он так молод, наверняка в учении он еще слаб.
— И верно. Дхарма глубока и таинственна. Даже если он начал созерцать еще в утробе матери, за спиной у него от силы лет двадцать. А двадцать лет – это слишком мало…
В словах последних ораторов отчетливо слышалась досада.
Мастер Дзэн Байюнь внезапно заговорил:
— Дхарма – это вопрос проницательности. Тот, кто прозрел – уже высокочтимый монах. Друзья, не желаете ли вы спуститься со мной? Мы должны встретить этого мастера, переправившегося через реку.
Сказав это, Байюнь начал спускаться. Остальные, видя, что сам настоятель пошел навстречу гостю, не нашли причин остаться и последовали за ним.
Лишь один человек не тронулся с места – Умин!
Он стоял у края утёса, его лицо то бледнело, то наливалось краской. За потрясением в его душу вполз леденящий ужас. «Пересечение реки на тростнике… Этого не может быть! Он же просто мелкий монах, с чего это вдруг у него такие силы? Всё пропало… Когда его личность раскроют и спросят, почему он пошел по воде, старина Ду ничего не скроет. И тогда… тогда я…»
У Умина голова шла кругом. Он перебирал варианты один за другим, но ни один не спасал его от краха. В конце концов он решил просто отступить. Остаться здесь, на горе, и не спускаться. Что бы ни случилось, он примет это… он просто смирился.
Но Умин не двигался, а все остальные так спешили увидеть легендарного мастера, что никто не обратил на него внимания.