Глава 141 «Матери обладают ясновидением»
— Приветствую вас, монах-наставник Фанчжэн. Пойдемте в дом, отдохнете, — с кроткой улыбкой произнесла мама Чжу Линь. Ее лицо так и светилось добротой.
Фанчжэн ответил поклоном и последовал за ними вглубь деревни.
Благодаря близости к Храму Белого Облака, деревня Байюнь процветала за счет туризма. Жители здесь были зажиточными: почти у каждого двора стоял легковой автомобиль, а лица сельчан светились довольством. В каждом доме так или иначе чувствовалось влияние буддизма – культурная атмосфера здесь была очень густой.
Новый год только прошел, и на дверях еще алели парные надписи, а под крышами покачивались нарядные фонарики, создавая атмосферу праздника.
Глядя на всё это, Фанчжэн наконец понял, почему Ван Югуй так обрадовался приглашению из Храма Белого Облака. Когда монастырь процветает, это приносит ощутимую пользу всем вокруг. Для их бедной деревушки Одного Пальца, затерянной в глухомани, такой путь был бы настоящим спасением.
Дом Чжу Линь представлял собой просторный сельский двор: спереди и сзади – сад, а посередине добротный черепичный дом на три комнаты. Окна сияли чистотой, в комнатах было светло и уютно.
Чжу Линь вбежала в дом первой, мать поспешила за ней, а Фанчжэн с вещами замыкал шествие. До его слуха долетели обрывки негромкого разговора соседей:
— Тяжело матери Чжу Линь приходится… Каждый день у ворот стоит, ждет, вглядывается в каждую машину. Слава Будде, дождалась наконец дочку…
Сердце Фанчжэна дрогнуло. Он посмотрел на неторопливо идущую впереди женщину, и по душе разлилось тепло. Неужели это и есть материнская любовь?
Он поднял голову к небу, вспоминая, как в детстве возвращался на Гору Одного Пальца после каникул. Мастер Дзэн Один Палец всегда встречал его у подножия, словно заранее знал время прибытия. Тогда Фанчжэн свято верил, что наставнику ведомо ясновидение и это сам Будда открывает ему тайны. И только сейчас он понял: скорее всего, старый Мастер просто каждый день стоял под горой и ждал его…
— Мастер! Ну где же вы? У нас тут столько вкусного! — Звонкий голос Чжу Линь донесся издалека.
Фанчжэн улыбнулся и ускорил шаг, вовремя подхватив мать Чжу Линь под руку – та наступила на бревно и едва не упала.
— Благодарю вас, — промолвила женщина.
Фанчжэн покачал головой:
— Это бедный монах должен поблагодарить вас. Благодаря вам я понял то, чего раньше не знал.
Мать Чжу Линь посмотрела на него с сомнением, но монах лишь загадочно улыбнулся. Девушка снова окликнула их, и они поспешили в дом.
Родители Чжу Линь оказались людьми простыми и немногословными. Сама хозяйка порядком притомилась, так что после недолгого разговора Фанчжэна проводили в соседнюю комнату на ночлег.
Ночь прошла спокойно. Едва забрезжил рассвет, когда петухи еще и не думали приступать к своим обязанностям, Фанчжэн уже был на ногах.
Привыкнув вставать спозаранку, он вдруг с легким разочарованием осознал, что здесь нет Буддийского зала, который нужно подметать. Немного подумав, он просто уселся на кан, скрестив ноги, и принялся читать сутры.
В этот момент в комнату заглянула Чжу Линь. На лице ее застыло подозрительное выражение:
— Мастер, а где ваша обувь?
Лунно-белая ряса надежно прикрывала ступни, и до этого момента девушка не замечала отсутствия туфель.
Фанчжэн мягко улыбнулся:
— Бедный монах никогда не носит обувь. Я привык ходить босиком.
— Босиком?! — Глаза Чжу Линь округлились от невероятного изумления.
— Разве это странно? — Усмехнулся Фанчжэн. — Ведь вы и сами раньше…
— Тш-ш! — Чжу Линь испуганно приложила палец к губам и зашептала:
— Об этом ни слова! Если мама узнает, она меня прибьет. Мастер, вы сегодня отправляетесь в Храм Белого Облака?
— Именно так. Что-то не так?
— Нет, ничего, просто жаль, что я не смогу пойти с вами. Я только провожу вас до пристани, а там сядете на паром.
— О-о, а билет нужно покупать? — Фанчжэн немного встревожился – банкнот у него осталось совсем мало.
— Это паром Храма Белого Облака, за проезд денег не берут. Но на пристани стоит ящик для пожертвований: кто хочет сотворить благо, кладет туда деньги. Кто не хочет – просто проходит на борт, — объяснила Чжу Линь и снова уставилась на его ноги. — Мастер, вы и вправду босиком пойдете?
Фанчжэн встал на пол:
— Разумеется.
— Цок-цок… Ну вы даете! Силён! — Чжу Линь восхищенно подняла большой палец.
Фанчжэн хотел было что-то ответить, как вдруг его лицо преобразилось!
Мир вокруг внезапно подернулся дымкой и изменился…
В незнакомом месте Чжу Линь шла, оживленно болтая по телефону:
— Правда?! Я смогу сняться в кино? Конечно, я согласна! Где будет прослушивание?
Картинка сменилась: какой-то жилой комплекс, Чжу Линь заходит в подъезд вместе с мужчиной. Спустя мгновение слышны крики о помощи, грохот борьбы, и наконец девушка в отчаянии прыгает из окна…
Видение рассыпалось в прах.
— Мастер? Мастер! — Чжу Линь с любопытством смотрела на задумавшегося монаха.
Фанчжэн резко пришел в себя, но на душе у него было ледяно. Хотя он и мог управлять своим Небесным Оком, на горе он привык держать его постоянно открытым. В дороге ему встречалось множество людей, но ни у кого он не видел ничего дурного. И надо же было такому случиться, что именно над Чжу Линь нависло несчастье, связанное с кровью!
Глубоко вздохнув, Фанчжэн покачал голову:
— Ничего, бедный монах просто задумался. Благодетельница, скажите, не ожидает ли вас в ближайшее время какая-нибудь большая удача?
— Да какая там удача… — фыркнула Чжу Линь. — Проблем по горло. А что случилось?
— Ничего особенного. Просто прошу вас: если в течение недели к вам внезапно постучится удача, трижды подумайте, прежде чем соглашаться! Помните об этом, обязательно помните!
— Мастер, вы о чем? Объясните толком! — Чжу Линь, видя его серьезный взгляд, не на шутку встревожилась.
Фанчжэн и рад бы сказать больше, но небесные тайны нельзя открывать прямо, достаточно лишь намека. Лишние слова приносят лишь беду.
Он лишь покачал головой и промолчал.
Как раз в это время мать Чжу Линь позвала всех к столу. Девушка не стала больше расспрашивать, но слова монаха прочно засели у нее в голове. Обычный ли он монах? Конечно же нет! Она видела его способности, когда он голыми руками скрутил нож – это же настоящий Супермен! Насмотревшись телевизора и интернета, Чжу Линь уже записала Фанчжэна в отшельники-мастера.
Поэтому, хоть он лишь вскользь упомянул об опасности, она приняла это близко к сердцу.
После завтрака Чжу Линь проводила его к пристани. — Вот и берег реки, Мастер. Ступайте за всеми на паром. Через пару дней, когда начнется церемония, я тоже приду, буду вести прямой эфир. Не откажите тогда появиться в кадре!
— Амитабха. Тогда до встречи. Благодетельница, перед уходом бедный монах подарит тебе одну картину. Если увидишь такое наяву – будь предельно осторожна.
— Картину? Какую еще картину? — Изумилась Чжу Линь.
Фанчжэн стоял спиной к солнцу, лучи которого окутывали его золотистым сиянием, придавая облику величие и святость. В следующее мгновение раздалось тихое:
— Амитабха!
Мир перед глазами Чжу Линь с грохотом рассыпался, и она вдруг обнаружила, что стоит посреди города Хэйшань! Озираясь по сторонам, она вскрикнула:
— Как это возможно? Почему я здесь?
Место было ей и знакомо, и незнакомо одновременно. Незнакомо, потому что она здесь никогда не бывала, а знакомо – потому что видела этот элитный жилой комплекс по телевизору.