Глава 105 «Цена за трапезу в одиночку»
Вид был прекрасен, но аромат превзошел все ожидания!
Благоухание риса, свежесть лотоса, густая сладость фиников – Фанчжэн отчетливо различал запахи всех восемнадцати ингредиентов! Сливаясь воедино, они рождали неповторимый аромат, от которого ум прояснялся, а по телу разливалось блаженство.
— Хорошо, хорошо, просто чудесно! — Фанчжэн лишь глядел и вдыхал аромат, но уже понял: это истинное неземное лакомство.
Внезапно плечо монаха полегчало, и маленькая тень метнулась к каше. Но Фанчжэн среагировал мгновенно – Белка был пойман на лету!
Зверек, оказавшись в плену, и не думал сдаваться: он брыкался и сучил лапками, всем видом показывая: «Если не дашь попробовать – пойду на вы!»
— Ишь ты какой! — Фанчжэн хмыкнул, глядя на него. — Вздумал настоятелю условия ставить? А ну как в карцер угодишь?
Белка в ответ лишь возмущенно застрекотал.
— Я у тебя два ореха забрал, а ты за это решил целую чашу каши у бедного монаха выхлебать? Хитрый план, ничего не скажешь. Хочешь каши – жди. Сначала я попробую, а там и твой черед придет.
— Цок-цок-цок!
— Еще и споришь? Все, под замок! — Фанчжэн усадил Белку на плиту, схватил большую миску и – бух! — Накрыл ею зверька. — Решил у старшего брата провиант отобрать? Посиди, поразмысли о своем поведении!
Разобравшись с воришкой, Фанчжэн склонился над кашей, но тут же помрачнел. Где каша? Где?!
Он резко обернулся и увидел лишь серый хвост, мелькнувший в дверях кухни!
— Ах ты животное, а ну вернись! Я сегодня из тебя собачье мясо сделаю! — Взорвался Фанчжэн. Берегся мелкого воришки, а в итоге добыча досталась волку! Сверкнувшая над головой молния его не напугала – он уже привык и даже бровью не повел.
Схватив метлу, он бросился в погоню. Одинокий Волк летел во весь опор. Он понимал, что за такую выходку по головке не погладят, но, вспоминая вкус каши, ни капли не жалел. Божественно! Вкуснее мяса! Вкуснее риса! Вкуснее всего на свете!
— А ну стой! Еще шаг – и про ужин забудь! — Крикнул Фанчжэн, понимая, что волка ему не догнать.
Тот в ответ лишь согласно гавкнул.
— Ого, ты еще и хамишь? Один раз наелся – и на три дня хватит? Ладно! Будешь голодать! Завтра я сварю огромный котел каши Лаба, но тебе не дам ни капли!
При упоминании каши Волк вмиг сдулся. Ноги его подкосились, он замер, а потом, виляя хвостом и высунув язык, мелкими шажками поплелся назад. Вид у него был самый заискивающий, он жалобно поскуливал, заглядывая монаху в глаза.
— Па-па-па-па! — Фанчжэн от души прошелся по нему метлой. Впрочем, Одинокий Волк был парень толстокожий, а монах не вкладывал в удары всю силу, так что пес боли не чувствовал. Он лишь комично подпрыгивал, как заяц, и продолжал скулить, словно пытался что-то объяснить.
— Ишь чего удумал! «Просто попробовать хотел»… Попробовать?! Одним глотком всю чашу вылизал! «Не сдержался» он… Раз не сдержался – получай! Ужина не будет!
Фанчжэн с досадой заметил, что бить волка без серьезных усилий бесполезно – только метла об него растреплется. А инвентарь в храме надо беречь.
В итоге Одинокий Волк был отпущен и, весело помахивая хвостом, поплелся следом за хозяином. Поел – и ладно, а взбучка… ну, за такое лакомство и по шее получить не обидно.
Тем временем на кухне раздался грохот – Белка сумел откинуть миску. Он пулей выскочил наружу и замер перед пустой чашей. Зверек затрясся от ярости, заверещал, но все же с надеждой заглянул внутрь. О чудо! На самом дне зацепилось одно семя лотоса! Глаза Белки засияли, он трижды обежал вокруг чаши, победно попискивая, и приготовился к пиршеству.
Одним прыжком он взлетел к краю, раскрыл рот, но тут…
Ж-ж-ж!
Вспыхнул желтый свет, и чаша просто испарилась!
— Пи-и-и! — Раздался полный скорби и отчаяния крик.
Хлоп!
С досады Белка ткнулся лбом в плиту, а потом, схватившись за голову, принялся истошно вопить. Спрыгнув на пол, он подобрал камешек и с решительным видом пошел на улицу – мстить!
У дверей он столкнулся с возвращающимся Фанчжэном и плетущимся сзади Волком.
— Ой, посмотрите на него! Вид свирепый, в лапах оружие… Что, бунтовать вздумал, малыш? — Фанчжэн развеселился, глядя на воинственного Белку с камнем наперевес.
Тот в ответ лишь гневно пищал и прыгал на месте, едва не лопаясь от злости.
— Да ладно тебе, не на меня серчай. Я и сам не попробовал, все этот серый проглот уничтожил. Если так невмоготу – бей его, я разрешаю. Если он хоть лапу на тебя поднимет, я его сам приструню.
Услышав это, Белка мгновенно развернулся к Волку.
Тот лишь невозмутимо уставился в небо, делая вид, что он тут ни при чем.
— Цок-цок-цок! — Почувствовав поддержку настоятеля, Белка преисполнился отваги. Он бросился в атаку и принялся колотить Волка своим камешком. Но Одинокий Волк лишь лениво почесывался – жестокий нрав Белки его совершенно не трогал.
Впрочем, вскоре Волку стало не до веселья.
Пришло время обеда. Фанчжэн перенес письменный стол на задний двор – тот самый стол, что ему когда-то подарили. Теперь он мог трапезничать с комфортом.
Монах уселся на свое место, Белка примостился на краю стола. Перед ними лежали ароматные рисовые шарики. Фанчжэн неспешно ел кристальный рис, запивая его Бездонной Чистой Водой с видом полнейшего наслаждения.
Белка старался не отставать и с аппетитом причмокивал.
Рядом со столом на задние лапы поднялся Одинокий Волк. Оперевшись передними о край, он высунул язык и преданно заглядывал в тарелки, но Фанчжэн и Белка демонстративно его не замечали.
— У-у-у…
— Кашу ты уже поел, так чего тебе еще? Сегодня ты усвоишь правило нашего храма: есть украдкой – позорно! — Отрезал Фанчжэн.
Белка что-то одобрительно пискнул в ответ. Волк языка не понимал, но общий настрой уловил.
Обиженно отвернувшись, пес отошел в сторону – подальше от соблазна.
Но не тут-то было!
— Чавк-чавк…
Фанчжэн специально громко причмокивал, то и дело приговаривая:
— Ох, вкусно! Как же вкусно!
Белка пошел еще дальше: он взял свой рисовый шарик, подошел к самому носу Волка и, даже не кусая, принялся на него дуть, подгоняя аромат прямо в ноздри хищнику! Волк в ярости отворачивался, но Белка тут же забегал с другой стороны…
Глядя на эти проказы, Фанчжэн невольно улыбнулся.
Закончив обед, он решил, что жадность волка уже достаточно наказана. Постучав по столу, он спросил:
— Ну что, вправду есть не будешь?
Волк вскинул голову и увидел, что в его миске-горшке уже лежит горка риса! Тоска мгновенно испарилась – виляя задом, он торопливо бросился к еде, напрочь забыв о недавней обиде.
Наступила полночь, и в тишине Фанчжэн наконец услышал заветный сигнал Системы.