Глава 103 «Маленький монах хочет устроить церемонию омовения Будды»
О чем там думали на другом конце провода, Фанчжэну было безразлично. Первым делом он заблокировал номер: ну в самом деле, зачем монаху машина? Вот если бы ему предложили самолет, он бы еще, пожалуй, подумал.
Следующие два дня прошли спокойно. Когда миновал третий день, Фанчжэн обнаружил, что зрение к нему вернулось, да к тому же мир в его глазах стал необычайно четким. Ощущение было такое, будто старый черно-белый телевизор внезапно заменили на 4K-панель сверхвысокой четкости – чувство просто великолепное!
Время летело незаметно. Быть может, виной тому был конкурс каллиграфии, а может – весть о том, что сразу у нескольких пар, приходивших молиться о детях, все исполнилось. Так или иначе, слава Храма Одного Пальца начала шириться.
В крошечную обитель Фанчжэна наконец-то потянулись люди! И хотя стояла зима с ее кусачими морозами, сугробами и занесенными тропами, а паломниками были в основном местные жители деревни, Фанчжэн все равно искренне радовался.
Каждый день он подметал храм, беседовал с редкими гостями, смотрел, как они зажигают палочку благовоний и загадывают желания.
Проводив очередного посетителя, Фанчжэн с самым благостным видом закрывал ворота, а потом принимался шарить вокруг подушек для медитации – не оставил ли кто чего…
Однако чаще всего его ждало разочарование. Денег не было. Ни единой монетки!
Да и дорогую палочку благовоний так никто и не купил – жгли только самые обычные. Глядя на это, Фанчжэн лишь сокрушенно качал головой. Но ведь не заставлять же их силой? Так что, кроме как вздыхать, ничего и не оставалось.
Пролетел месяц. Количество подношений достигло невиданной отметки в двадцать палочек. Глядя на это число, Фанчжэн расплывался в улыбке – раньше Храм Одного Пальца столько и за год не собирал! А теперь управились за месяц. План в сто палочек благовоний уже не казался таким уж невыполнимым.
Жизнь текла легко и беззаботно: он гулял с псом, поддразнивал Белку.
Наступил двенадцатый лунный месяц, который в деревне привыкли называть Лаюэ.
С его приходом паломников в храме прибавилось, люди заходили почти каждый день. Фанчжэн впервые почувствовал себя настоящим настоятелем. Выйдет, бывало, к воротам, важно отвечает на приветствия – и до чего же на душе сладостно!
Как-то раз на гору поднялся Ян Хуа. Увидев Фанчжэна, он громогласно расхохотался:
— На… настоятель! Ха-ха! Э-э… я ведь правильно тебя назвал?
Фанчжэн лишь горько усмехнулся:
— Благодетель Ян, зови меня как хочешь. Из твоих уст «настоятель» звучит как-то уж очень непривычно.
— Да я чего пришел-то, — Ян Хуа хихикнул. — Тетушка твоя беременная, срок еще и трех месяцев нет, ей на гору подниматься не след. Вот она и прислала меня разузнать: скоро ведь праздник Лаба. В соседнем Храме Красной Скалы уже объявили, что устроят церемонию омовения Будды и будут всех угощать кашей Лаба. А в твоем Храме Одного Пальца планируется что-нибудь такое? Если надумаешь, тетушка переживает, что рук тебе не хватит, так я приду на подмогу, подсоблю чем смогу.
Услышав это, Фанчжэн опешил.
Лаба? Церемония омовения Будды?
Тут его осенило. В последние дни он только и делал, что считал благовония, и совсем позабыл о важном дне!
Церемония омовения Будды – великое торжество буддийской школы, которое традиционно справляют восьмого числа двенадцатого месяца. В народе этот день зовут праздником Лаба, а в монастырях – Днем Просветления Будды Шакьямуни. Как ясно из названия, именно в этот день Будда Шакьямуни обрел просветление под деревом Бодхи. И потому все буддийские школы мира празднуют это событие в один день.
Неотъемлемой частью празднества, помимо самого омовения статуи, является угощение мирян кашей. В миру ее зовут кашей Лаба, но для монахов это Каша Семи Сокровищ Пяти Вкусов.
Со временем этот обычай перекочевал из монастырей в народ, превратившись в традицию варить кашу Лаба в кругу семьи.
Однако Храм Одного Пальца всегда был бедным, тут самим-то на пропитание едва хватало, куда уж там пир на весь мир закатывать. Старый монах за все годы ни разу не проводил церемонию, лишь вздыхал порой:
«Эх, если бы настал день, когда и наш Храм Одного Пальца смог бы устроить церемонию омовения Будды… Вот было бы славно…»
Вспомнив тот протяжный вздох Монаха Один Палец, Фанчжэн, не раздумывая, выпалил:
— В этот праздник Лаба бедный монах не только раздаст кашу всем желающим, но и проведет церемонию омовения Будды! Мы очистим сердца и души вместе с людьми!
— Чего? Прям настоящую церемонию? — Ян Хуа вытаращился на него. — Ты же вроде ни разу этого не делал?
— Бедный монах, конечно, сам не проводил, — улыбнулся Фанчжэн. — Но разве нужно самому съесть свинью, чтобы знать, как она бегает? В церемонии нет ничего сложного.
— Фан… Фанчжэн, а ты хоть представляешь, сколько денег уйдет на кашу Лаба для всех? — Не унимался Ян Хуа.
Тут-то Фанчжэн и прикусил язык. Он совсем забыл, что такие праздники – удовольствие не из дешевых. Ладно бы пришло два-три человека, а если нагрянет целая сотня? Его скромное семейное состояние может просто испариться!
И как раз в тот миг, когда уверенность Фанчжэна пошатнулась…
— Дзинь! В честь буддийского праздника Система предоставляет все необходимые материалы. Дополнительно прилагаются секретный рецепт и способ приготовления Каши Семи Сокровищ Пяти Вкусов. Все ингредиенты собраны у подножия Горы Линшань и выращены последователями Будды! Посему не заботься о припасах, заботься лучше о том, придет ли к тебе хоть кто-нибудь.
Фанчжэн едва не прослезился от счастья.
«Система, ну ты даешь! – …подумал он. – …Как только я решусь вернуться в мирскую жизнь, обязательно присмотрю тебе невесту!»
— %?#@… — отозвалась Система невнятным шумом.
Имея за спиной такую поддержку, Фанчжэн мгновенно преобразился. Отбросив сомнения, он напустил на себя загадочный и глубокомысленный вид:
— Об этом благодетелю беспокоиться не стоит. У бедного монаха свои методы.
— Ого, ты это серьезно?! — Ян Хуа так и загорелся идеей. — Ладно, я тебя поддержу! Одной моей помощи мало будет, так я Ян Пина с женой позову. И других, кто без дела сидит, притащу!
Фанчжэн приободрился. Если заранее приготовить продукты и обучить людей, как варить, то сам он сможет хорошенько отдохнуть. Лень в нем уже была готова взять верх, и он уже открыл рот, чтобы согласиться, но…
— Дзинь! Ты устраиваешь церемонию и раздаешь кашу. Смысл будет лишь в том случае, если ты приготовишь ее лично, — отрезала Система.
Фанчжэн закатил глаза:
— Слушай, ты хоть понимаешь, сколько людей может прийти? Если нагрянет несколько сотен, ты уверена, что я буду варить кашу, а не самого себя в котле? Если я копыта отброшу, ты-то просто уйдешь, помахивая хвостом. А мне что делать?
— Это лишь дружеское напоминание, — невозмутимо продолжала Система. — Помощники могут быть, но предупреждаю: эта каша от Системы – не просто еда. Она очищает сердце, приводит в порядок энергию, дух, силу и кровоток. Человек после нее сияет здоровьем, а старые хвори отступают. Она лечит больных и укрепляет здоровых! Но если к приготовлению приложит руку кто-то другой, магия исчезнет. И не то чтобы я в тебя не верила, но посмотри правде в глаза: с нынешним влиянием твоего храма – еще большой вопрос, придет ли к тебе хоть пара калек.
Фанчжэн рассудил, что в этом есть зерно истины. К тому же придут-то в основном земляки из деревни, которые ему столько помогали. Обидеть их кашей без «секретного ингредиента» было бы просто некрасиво.