Глава 131. Незаконное лишение свободы доказано？
– Да как такое возможно?! Первая старшая школа Цзянхая — элитное заведение! Как их кухня может быть в таком состоянии?
– Это же... это просто вопиющая халатность! Контроля нет совсем!
Волна праведного гнева захлестнула интернет.
Линь Мо спокойно пояснил, словно констатируя давно известный ему факт:
– Ранее я выяснил, что родителям учеников вход на территорию школы строго воспрещён. Соответственно, они лишены какой-либо возможности осуществлять контроль. Со временем проблема санитарии просто перестала кого-либо волновать.
– Что же до тюремной кухни... её состояние любой желающий может проверить в открытых источниках. Более того, чистоту там поддерживают сами заключённые. Думаю, здесь даже не нужно сравнивать, кто победил. Выводы очевидны.
В этот момент ученики Первой старшей, тайком смотревшие трансляцию, почувствовали, как к горлу подкатывает тошнота. Некоторые не выдержали и их стошнило прямо в классе.
– Теперь я понимаю, почему я постоянно чувствую себя слабым.
– Точно, у меня совсем нет сил...
– Я думал, это у меня сила воли слабая, что я постоянно чувствую себя разбитым... А оказалось, нас кормили хуже, чем заключённых!
– Недостаток мяса, яиц, молока... Как нам с таким питанием поступать в университеты?!
Ученики были раздавлены.
Но в зале суда был ещё один человек, переживавший не меньшее потрясение. Адвокат Чжао Линь, до этого момента безмятежно отлынивавший от работы, при виде фотографий позеленел и его тоже едва не вырвало. Он ведь был приходящим юристом и частенько питался в этой самой столовой.
– Проклятье! – прорычал он, сверкая глазами. – Так вот почему вы, учителя, вечно обедаете и ужинаете за пределами школы! Вы знали, какая тут гадость! Вы... вы и меня травили!
Не будь Ван Со уже под арестом, Чжао Линь отвесил бы ему пару смачных пощёчин!
Даже на лице судьи Хуан Юхэ промелькнуло сочувствие. У Хуан Цзяньчэна дёрнулся уголок рта, но он сохранял спокойствие. Это всего лишь проблема санитарии. К незаконному лишению свободы она не имеет никакого отношения! Главное — не отвлекаться от основного вопроса!
Линь Мо, закончив, с горечью покачал головой. Ему было искренне жаль этих детей. Он и представить не мог, до какой степени дошла деградация в Первой старшей школе.
Ещё до суда он предполагал, что всё это связано с планами руководства по созданию частной образовательной корпорации. Их внимание давно уже было сосредоточено не на самой школе, а на будущем коммерческом проекте.
Репутация заведения с невероятно высоким процентом поступлений в вузы была уже создана. Теперь, используя этот бренд, они планировали открыть сеть частных школ-филиалов по всей стране, работающих по той же драконовской системе, и собирать с родителей огромные деньги.
По своим каналам, через Цю Ин, Линь Мо узнал, что фактическим управляющим школы сейчас был Ван Со. Остальные члены руководства с головой ушли в дела будущей корпорации. Как только всё будет готово, они покинут государственную школу и перейдут на работу в частную структуру.
И тогда по всей стране, как грибы после дождя, начнут появляться клоны Первой старшей школы, выкачивая деньги из родителей под предлогом элитного образования.
Это была одна из причин, почему Линь Мо взялся за это дело. Если эта модель воспитания получит широкое распространение, сколько ещё жизнерадостных и талантливых детей она искалечит?
В этот момент судья Хуан Юхэ посмотрел на него:
– Адвокат истца, у вас есть что-то ещё?
– Да, ваша честь, – кивнул Линь Мо. – После ужина у учеников начинается вечернее самообучение. По времени оно совпадает с занятиями заключённых. Но, по моим сведениям, двести лучших учеников после официального отбоя отправляются в другой класс, где занимаются до часу ночи. Остальные тоже не ложатся спать, а учатся до полуночи.
– И при этом в шесть тридцать утра они уже должны быть на ногах, чтобы участвовать в той самой бесчеловечной пробежке. Времени на сон катастрофически не хватает. У заключённых же с этим всё в порядке. Они спят положенные восемь часов.
Линь Мо сделал паузу, обводя зал тяжёлым взглядом.
– Таким образом, ученики Первой старшей школы Цзянхая проигрывают заключённым по трём ключевым параметрам: психическое здоровье, здоровое питание и здоровый сон!
– Разумеется, моя основная цель — доказать факт незаконного лишения свободы. До сих Pор я лишь демонстрировал, что условия жизни детей хуже, чем у заключённых, что больше относится к статье об истязании. Казалось бы, до незаконного лишения свободы это не дотягивает.
С этими словами Линь Мо вывел на экран подборку комментариев учеников школы, найденных в сети.
«Сегодня опять пытался выйти за ворота, охранник не пустил».
«Эх, хотел в перерыв сбегать в магазин за молоком, но охранник развернул».
«Никакой свободы. Прошёлся по территории после тихого часа, так меня поймал надзиратель и отчитал. Сказал, что я должен сидеть в классе».
«Мне страшно. Такое чувство, что мою жизнь полностью контролируют...»
Процитировав комментарии, Линь Мо продолжил:
– Вкупе с тем, что я сказал ранее, мы видим, что ученики в школе лишены абсолютно всех свобод. Они не могут даже выйти за ворота. Им запрещено даже просто гулять по территории в свободное время. Даже такая невинная вещь, как разговор Цзян Шусянь и Чэнь Аньминя на заднем дворе, была зафиксирована камерами наблюдения и стала поводом для выговора.
– С какой стороны ни посмотри, действия охранников и надзирателей подпадают под определение «незаконное лишение человека свободы с применением принудительных мер». А ведь дети — свободные граждане.
– Действия школы полностью соответствуют юридической формулировке: «косвенное ограничение физической свободы человека, лишение его свободы передвижения между определёнными местами, например, путём заключения в некоем пространстве, покинуть которое невозможно или крайне затруднительно».
– Причём способ лишения свободы может быть как физическим, так и нефизическим. Применение насилия, угроз или использование страха жертвы — всё это не влияет на квалификацию преступления.
Выпалив на одном дыхании юридические термины, Линь Мо перевёл дух, мысленно отметив, что ему не мешало бы поработать над объёмом лёгких.
– Поэтому, ваша честь, я и приводил это сравнение с заключёнными. Дети — свободные граждане, но почему же они живут в условиях более строгих и угнетающих, чем преступники в тюрьме?
Смысл его слов был ясен: преступников лишают свободы по приговору суда. А дети, не совершившие никакого преступления, живут в худших условиях. Что это, если не незаконное лишение свободы?
Но Линь Мо ещё не закончил.
– Более того, в период этого незаконного лишения свободы школа подвергала детей психологическому давлению, унижениям и другим видам жестокого обращения.
– Поэтому я утверждаю: действия Первой старшей школы Цзянхая, совершённые против воли детей, в полной мере соответствуют составу преступления «незаконное лишение свободы»! И поскольку это «заключение» привело к тяжким телесным повреждениям, наказание должно быть максимально суровым!
– Ваша честь, я закончил.
Линь Мо кивнул судье.
Его речь произвела эффект разорвавшейся бомбы. Особенно последняя часть, где он говорил о «косвенном ограничении свободы». Эта фраза нашла отклик в сердцах миллионов!
«Точно! Действия школы — это и есть косвенное незаконное лишение свободы!»
«Ученики — тоже свободные люди! Нельзя запирать их на замок под предлогом какого-то устава!»
«Чёрт возьми, да заключённые живут лучше детей! Как это можно назвать иначе, кроме как незаконным лишением свободы?!»
В своём прямом эфире Ло Дасян тоже кивнул.
– Логическая цепочка адвоката Линя безупречна, аргументация — предельно ясна. Он очень точно подметил, что школа осуществляет именно косвенное ограничение свободы. Если адвокат Хуан Цзяньчэн не сможет опровергнуть его доводы, то в этом пункте обвинения шансы Линь Мо на победу чрезвычайно высоки!
Ло Дасян особо подчеркнул, что «косвенное ограничение свободы» — это один из пунктов официального судебного разъяснения по статье о незаконном лишении свободы. То, что Линь Мо так чётко разграничил прямое и косвенное лишение свободы, говорило о его скрупулёзности.
После этих слов всё внимание снова переключилось на Хуан Цзяньчэна. Все замерли в ожидании: как этот невозмутимый старый лис будет опровергать столь мощные аргументы?