Глава 114. «Не смог выдержать даже небольшого учебного давления？»
Прошлой ночью Цзян Шусянь не знала, что произошло в доме Чэнь Аньминя. Но её сердце сжималось от необъяснимой тревоги.
Она просидела над заданиями, выданными на дом, до половины второго ночи, но, забравшись в постель, долго не могла уснуть. Все электронные устройства, включая телефон, были отобраны. Связаться с Чэнь Аньминем было невозможно.
Она села на кровати и из щели между матрасом и основанием кровати извлекла старый, потёртый дневник.
Она вела его в начальной и средней школе. Этот дневник хранил в себе те немногие счастливые дни её жизни, и на каждой странице неизменно присутствовал Чэнь Аньминь.
С тех пор как она поступила в старшую школу и переехала в общежитие, она забросила его. Сегодня она открыла последнюю чистую страницу.
«Первый день после отчисления, – выводила она дрожащей рукой. – Не знаю почему, но я даже немного рада. Сегодня мы с Аньминем были вместе так долго, так много говорили… А ещё мы договорились поступить в один университет. Тогда мы сможем каждый день быть вместе: ходить по магазинам, учиться, пробовать вкусную еду… Наши встречи больше не будут ограничены жалкими пятнадцатью минутами, правда? Хи-хи…»
Надежда — вот что заставляло её жить. А её надеждой была учёба в университете вместе с Чэнь Аньминем.
Закончив, она спрятала дневник обратно под матрас и, полная надежд, уснула.
Через четыре с половиной часа, в шесть тридцать утра, её разбудил голос матери.
– Шусянь, сон человека цикличен, один цикл — полтора часа. Если просыпаться в конце цикла, сонливости не будет. Поэтому спать четыре с половиной часа — это научно обосновано. Если будет клонить в сон, поспишь днём ещё полтора часа.
Слова матери гудели у неё в ушах.
Цзян Шусянь ничего не ответила. Сонная, она встала с кровати, умылась ледяной водой и почистила зубы. А затем, под бдительным надзором матери, села за учёбу.
Даже дома её время было расписано по секундам.
В этот момент из комнаты сестры донёсся яростный крик:
– Я не пойду в школу! Если будете меня заставлять, если заставите учиться, как сестру, я отсюда выброшусь!
Отец, Цзян Лун, вылетел из комнаты сестры, красный от злости.
– Цзян Шуин, ты — конченый человек! Хочешь — катись из этого дома!
– И покачусь! Думаете, я вас боюсь?! Я прямо сейчас собираю вещи! С вашими методами воспитания вы сестру однажды до смерти доведёте! – крикнула Цзян Шуин, стоя в дверях и гневно указывая на отца.
Цзян Шуин, младшая сестра Цзян Шусянь, та самая девочка, что подмигивала ей вчера вечером. Она училась в восьмом классе, и родители уже давно поставили на ней крест, считая её безнадёжной.
– Хм! Цзян Шусянь, твоя сестра — пропащий человек, – подошёл к ней отец. – Ты должна учиться усердно, не обмани наших с матерью ожиданий.
Цзян Шусянь посмотрела на свою «бунтующую» сестру и улыбнулась. Она завидовала ей. Откуда в ней столько смелости, столько бесстрашия? А она сама такая слабая, неспособная даже слова против сказать.
Она снова села за книги, но почему-то тревога нарастала. Мысли путались, она никак не могла сосредоточиться. Прошёл час, а она не смогла повторить и сотни слов.
Когда мать позвала её завтракать, тревога стала почти невыносимой.
Выйдя из комнаты, она столкнулась с сестрой. Та действительно тащила за собой маленький чемодан.
Цзян Шусянь ласково потрепала её по голове.
– Поешь, прежде чем уходить.
– Сестра, да брось ты этих бессердечных стариков! Ты видишь в них родителей, заботишься об их чувствах, а они не видят в нас людей, мы для них просто инструменты! – пробормотала Цзян Шуин. – Может, сбежим вместе?
Несмотря на юный возраст, говорила она дерзко.
– Остался всего год, – улыбнулась Цзян Шусянь. – Я потерплю ещё год. Ладно, пойдём есть.
– Пф-ф… Сбежала бы сейчас, и была бы уже далеко-далеко с братом Аньминем.
Цзян Шусянь тут же покраснела.
– Что ты такое говоришь, мы не… Эй, пойдём, пойдём завтракать!
Она потащила сестру к столу. На завтрак были молоко, яйца и кукуруза.
– В молоке и яйцах много белка, это питательно, ешь больше, мозг будет лучше работать… – не унималась мать.
– Пф-ф, – фыркнула Цзян Шуин. – Если бы всё было так просто, все бы уже в Цинбэй поступили. Ты мне раньше ещё какие-то орехи впихивала.
– Не хочешь есть — катись отсюда! Оставь сестре, ей в университет поступать, а ты можешь идти мусор собирать! – рявкнул отец.
Завтрак прошёл в напряжённой обстановке.
– Шусянь, вот телефон. У тебя десять минут, чтобы просмотреть последние новости. Чтобы ты набрала материал для сочинений.
Мать протянула ей телефон.
Взяв его, Цзян Шусянь первым делом попыталась найти мессенджер, чтобы узнать, как дела у Чэнь Аньминя. Но на рабочем столе были только новостные приложения.
Вздохнув, она открыла одно из них.
И в тот же миг заголовок в разделе городских новостей ударил её под дых: «Ученик Первой старшей школы Цзянхая выбросился из окна».
Сердце Цзян Шусянь бешено заколотилось. Дрожащими пальцами она открыла новость.
На обложке — высокий, худой юноша, стоящий на перилах балкона. Он раскинул руки в стороны. За его спиной виднелось несколько испуганных лиц.
Она слишком хорошо знала этот силуэт! Каждый раз, приходя на их тайное место, она видела его со спины…
Первая строка новости развеяла последние сомнения: «Сообщается, что сегодня в семь часов утра Чэнь Аньминь, ученик Первой старшей школы Цзянхая, неизменно занимавший первое место в рейтинге, выбросился с девятого этажа. В настоящее время он доставлен в больницу, о его состоянии ничего не известно…»
Мир перед глазами Цзян Шусянь поплыл.
«Почему?»
Всё её тело била дрожь. Она не понимала. Почему этот светлый, солнечный юноша, который ещё вчера строил планы на будущее, сегодня решился на такой шаг?
В этот момент её отец, сидевший рядом и тоже просматривавший новости, бросил как бы невзначай:
– Ученик из Первой старшей? Психика у этого ученика слишком слабая, не смог выдержать даже небольшого учебного давления. Устроил тут цирк с прыжками. Какая инфантильность.
– Шуин, ты же у нас тоже прыгать собиралась? – подхватила мать, обращаясь к младшей дочери. – Давай, бери пример. Прыгай. Всё равно твоя смерть будет лёгкой, как пёрышко, точь-в-точь как у этого Чэнь Аньминя.
Затем она повернулась к Цзян Шусянь.
– Кстати, Шусянь, я забрала все твои кубики Рубика. До окончания экзаменов ты их не получишь… А ещё…
Но Цзян Шусянь уже не слышала.
«Психика слишком слабая? Его смерть легка, как пёрышко?»
Она резко вскочила, вбежала в свою комнату. Слёзы капали на экран телефона. Она хотела закричать, но из горла не вырвалось ни звука. Лишь слёзы без остановки катились по щекам.