Глава 73: «Кровавая нефритовая бусина»
— Омолаживающая сыворотка против морщин от Дайя? — Послышался удивленный шепот.
— Говорят, эффект от нее просто потрясающий. Такой набор, должно быть, стоит не меньше тридцати тысяч юаней!
— Да его даже за деньги просто так не достать! — Подхватил другой голос.
— Но я слышала, что на эту сыворотку от Дайя сейчас полно подделок.
Женщины принялись негромко переговариваться между собой.
— Старик Сунь, к нашему Минци пришел его лучший друг А-Чэнь, а ты только о своих делах и думаешь! — Лань Хуэйсинь, не в силах скрыть радости от подарка, поспешно позвала мужа.
Сунь Цилин, увлеченно беседовавший в стороне с приятелями, услышал призыв жены, тут же поставил бокал и направился к ним.
Как и подобает тренеру бойцов, Сунь Цилин сам обладал недюжинной силой. Он выглядел высоким, статным, а под кожей на руках и икрах бугрились крепкие, словно литые, мышцы.
При этом очки в черной оправе и мягкая, добродушная улыбка придавали его облику благородство и сходство с начитанным военачальником.
— А, А-Чэнь пришел! — С улыбкой произнес Сунь Цилин. — Минци за последнее время мне все уши прожужжал рассказами о тебе. Как поживаешь? У меня тут как раз освободилось место помощника, не хочешь попробовать? Давай для начала устроим тебе небольшую стажировку, осмотришься, что к чему?
Для тренера с именем даже должность стажера была завидным местом: оклад составлял шесть тысяч юаней в месяц, не говоря уже о полном социальном пакете.
Если же стажер переходил в постоянный штат, его заработок тут же переваливал за десять тысяч. А набравшись опыта, можно было вступить в тренерский альянс «Бог Битвы» и самостоятельно выводить новичков на ринг – при должном упорстве за несколько лет можно было полностью изменить свою жизнь.
Поэтому даже за такое скромное место стажера велась нешуточная борьба.
Для вчерашнего выпускника подобная возможность была поистине драгоценным подарком судьбы.
И гадать не приходилось – это наверняка Сунь Минци прожужжал отцу все уши, выпрашивая место для друга.
— Соглашайся! — Тихонько дернул Хань Чэня за край одежды Сунь Минци.
Хань Чэнь широко улыбнулся:
— Спасибо вам огромное, дядя Сунь. Но я еще молод, мне хочется сперва самому осмотреться в мире, набраться опыта. А не то приду к вам зеленым юнцом, толку от меня не будет, только хлопот добавлю.
— Что ж, похвально, — ответил Сунь Цилин. — Молодежи сейчас как раз и не хватает этой твердости под ногами. Ты не переживай: как только почувствуешь, что готов, сразу приходи ко мне. Место помощника я для тебя всегда придержу.
Отец семейства ожидал, что парень тут же ухватится за предложение, и столь независимый, уверенный ответ заставил его проникнуться к Хань Чэню еще большим уважением.
Если прежде он проявлял вежливость лишь потому, что этот юноша был лучшим школьным другом его сына, то теперь он искренне, по-человечески оценил внутренний стержень молодого человека.
— Благодарю, дядя Сунь. А это мой скромный подарок для вас – дикий годжи с золотым узором.
С этими словами Хань Чэнь протянул вторую коробочку.
— Годжи с золотым узором? — Глаза Сунь Цилина загорелись любопытством. Он принял коробку и тут же открыл ее.
Внутри аккуратно стояли четыре прозрачные баночки, в каждой из которых лежало чуть больше десятка ягод, покрытых тонкими золотистыми прожилками.
— Ого, дикий сорт невероятно трудно достать! — К ним подошел один из родственников семейства Сунь, явно разбиравшийся в подобных вещах. На его лице появилась понимающая мужская усмешка. — Я как-то пробовал такой у нашего начальства. Всего одна ягодка выдерживает больше десятка заварок, усталость снимает как рукой, да и вообще… хе-хе-хе!
— Да ладно, неужели правда? — В голосе кого-то из гостей послышалась смесь зависти и сомнения.
Разумеется, Сунь Цилин не стал при всех разглядывать подарок и подвергать его подлинность сомнению. Он бережно закрыл коробку.
— Раз уж пришел, чувствуй себя как дома, не стесняйся.
— Хорошо! — Улыбнулся Хань Чэнь.
Едва Сунь Цилин отошел к гостям, Толстяк Сунь тут же показал другу большой палец.
— Ну ты даешь! Так ловко отступил, чтобы сразу завоевать расположение моего отца. Да еще и подарки такие дорогие притащил… Ты что, на моей сестре жениться вздумал? Ну ладно, я не против, будем одной семьей.
— Твои родители всегда ко мне прекрасно относились, так что сделать им приятное – это в порядке вещей. Почему у тебя любые мысли обязательно выворачиваются наизнанку? — Хань Чэнь бросил укоризненный взгляд на Толстяка, а затем быстро окинул взглядом праздничную залу. Его взор остановился на изящном силуэте в стороне.
Сунь Яо!
Признанная красавица второго курса профильного класса первой средней школы Хайланя.
Едва взглянув на нее, Хань Чэнь невольно признал про себя: «А ведь и правда чудо как хороша. Понятно, почему прежний владелец этого тела с ума по ней сходил от безответной любви».
— Эй, гляди, этот тип опять на тебя уставился, — недовольно шепнула Сунь На, двоюродная сестра девушки, стоявшая рядом с ней.
Сунь Яо вздрогнула, перевела взгляд в указанном направлении и увидела Хань Чэня.
Они виделись уже не раз, но у девушки сложилось о друге брата довольно прохладное мнение.
Во-первых, когда он впервые пришел к ним в гости, то по ошибке забрел прямо в ее комнату.
Во-вторых, Хань Чэнь вечно проводил время с Сунь Минци за компьютерными играми, не думая о будущем. Про таких обычно говорят: «праздные приятели».
Ну и в-третьих, Хань Чэню явно не хватало уверенности в себе. При разговоре он вечно отводил глаза, а потом украдкой подглядывал за ней со спины, что вызывало у нее лишь досаду.
Ни одна девушка не оценит парня, который боится собственного взгляда.
— Идет сюда! — Предупредила Сунь На, высокомерно задрав подбородок.
Сунь Яо опомнилась и действительно увидела направляющегося к ним Хань Чэня.
Но на этот раз все было иначе. Встретившись с ней глазами, он не отвел взгляд, а открыто и тепло улыбнулся.
Возможно, дело было в долгой разлуке, но Сунь Яо вдруг показалось, что он стал выглядеть чуточку мужественнее и привлекательнее.
— Я столько раз бывал у вас в гостях, но так ни разу ничего тебе не подарил. Решил исправить это недоразумение, — Хань Чэнь протянул девушке изящный футляр.
Сунь Яо с любопытством приоткрыла крышку, и ее глаза тут же округлились от удивления.
Внутри лежала бусина размером с обычную жемчужину, излучавшая мягкое, глубокое алое свечение. Она была неописуемо красива.
— Это же кровавая нефритовая бусина! Ты что, банк ограбил?! — Раздался ошеломленный крик Сунь Минци.
Кровавой нефритовой бусиной называли сгустки энергии, которые иногда формировались в телах свирепых зверей из их ци и крови.
Их использовали как для поглощения энергии, так и в качестве украшений: они улучшали кровообращение и сохраняли молодость кожи, из-за чего женщины их просто обожали.
Стоила такая вещь баснословных денег, да и простому обывателю достать ее было практически невозможно.
На самом деле Хань Чэнь потратил одно очко вклада, чтобы приобрести крупную бусину для своей сестры, а эту, поменьше, ему дали в качестве приятного дополнения.
Но даже этот скромный подарок для Сунь Яо был верхом роскоши.
— Ты забыл, где я работаю? — Уклончиво ответил Хань Чэнь, решив пока не раскрывать другу, что уже стал воином.
С одной стороны, ему хотелось сохранить прежнюю искреннюю дружбу, ведь разница в статусе могла отдалить их друг от друга.
С другой – хвастаться было не в его правилах. Друзья не начинают разговор с заявления о том, что заработали десятки миллионов.
Это выглядело бы как дешевое хвастовство.
Зачем лишний раз кричать о статусе воина? Если Толстяку понадобится помощь, он просто молча сделает все необходимое.
— И откуда только берутся такие вещи? Настоящую бусину ведь так просто не достать! — Сунь На вытянула шею, с нескрываемой завистью глядя на сокровище в руках кузины.
— Это слишком ценный подарок… Я не могу его принять, — хотя бусина безумно понравилась Сунь Яо, она прекрасно понимала ее реальную стоимость.
Она как-то видела похожую вещицу у одноклассницы – та была даже меньше этой, и привез ее дядя прямо из буферной зоны. На обычном рынке такие сокровища просто не продавались.
— Глупая ты, раз дарят – бери! В крайнем случае, когда он в следующий раз придет ко мне в гости, надень для него белые гольфы пару раз, делов-то! — Сунь Минци без лишних церемоний бесцеремонно запихнул коробочку сестре прямо в карман.
— Если еще раз скажешь глупость, я все маме расскажу! — Лицо Сунь Яо мгновенно залилось краской, и она сердито прикрикнула на брата.
— Ладно, ладно, сдаюсь! — Толстяк тут же примирительно поднял руки, после чего заговорщически шепнул на ухо Хань Чэню:
— После обеда нас ждет кое-что очень интересное, хе-хе!
— А? — Не понял тот.
Лишь после завершения праздничного обеда, когда Сунь Минци привез его на машине к недавно открывшемуся аквапарку, Хань Чэнь наконец понял, о каком зрелище шла речь.